ГАЗЕТА НЕДЕЛИ В САРАТОВЕ, № 27 (255) от 23.07.2013
интервью

Борис Аппак: Никогда не повышайте голос на ребенка

Комментарии:0
Просмотры: 604

Многие думают, что дети из неблагополучных семей сразу попадают в детский дом. Но это не так. В Саратовской области есть государственное бюджетное учреждение «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Возвращение», в который попадают дети, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации. Здесь могут оказаться и сироты. Прожив здесь 1–3 месяца, дети возвращаются в родную семью или отправляются в детский дом.

Центр «Возвращение» – это административный корпус и три филиала в Заводском, Ленинском и Кировском районах. В них проходят реабилитацию 195 детей в возрасте от 3 до 18 лет. На минувшей неделе из Заводского района нам позвонил Борис Георгиевич Аппак, чтобы рассказать о филиале, где он работает с ноября прошлого года инструктором по труду. И мы решили проведать этот филиал.

Бывают люди, которые очаровывают с первых же слов. Борис Георгиевич словно вышел из старых советских фильмов, в которых учитель – не сухой диктатор с указкой, а добрый наставник, вечный оптимист. Всю свою жизнь он работает с детьми, настолько к ним привык, что, кажется, и не представляет, как могло бы быть иначе.

– Борис Георгиевич, как вы пришли в педагогику?

– В четвертом классе я пришел в радио­кружок Дома пионеров и занимался там до 10-го класса. В шестом, кажется, классе построил с руководителем кружка, замечательным человеком Анатолием Семеновичем Скворцовым, транзисторный приемник. Он сам мне предложил это. Тогда мне не­ожиданно удалось найти транзисторы в магазине «Культтовары». Как сейчас помню, 25 рублей за штуку. Я начал копить – каждый день ходил за молоком и за хлебом. Скопил 50 рублей – немало, мама получала тогда 60–80 рублей – и собрал приемник, который работал. Ездили на республиканские выставки, получали грамоты. А приемник в какой-то момент потерялся.

Дому пионеров я благодарен за то, что они дали мне одну из профессий, оказавшейся основной в моей жизни. У меня были удостоверения инструктора-общественника, руководителя радиокружка. А жена у меня занималась в танцевальном кружке – ей дали удостоверение руководителя танцевального кружка. Мы, впрочем, тогда друг друга не знали.

После школы я осмотрелся – ситуация была сложная: родители на пенсии, брат на пять лет младше, пришлось поступать в пединститут на математический факультет, получать специальность учителя математики. Помню как сейчас. 27 августа папа спрашивает: «Куда пойдешь работать?» Говорю: «Папа, Вы же знаете, что я работаю». Папа: «А институт какой?» Я: «Педагогический». Папа: «Ну так иди в школу работать!» Вот и пошел. Я действительно тогда уже работал – дежурным электриком в горсети, через две ночи на третью. Мы все, мальчишки, работали по ночам. Меня не очень хотели отпускать, предлагали стать мастером, зарплата была большая, под 300 рублей. Но отец же сказал – в школу! Я и пошел, там как раз предыдущий учитель уходил. Зарплату начислили 90 рублей, а я жениться собираюсь! Но директор всё понял, дал мне полторы ставки, жизнь наладилась. Потом он присмотрелся ко мне, заметил, что я в радиотехнике разбираюсь, предложил кружок вести. Мы сконструировали планетоход, заняли с ним первое место на городской и областной выставках. За это стали еще 30 рублей доплачивать – совсем уж хорошо зажили.

– Что было потом?

– Я проработал в школе пять лет, потом, в 1975 году, мне предложили работу директором в Западноказахстанской областной станции юных техников в Уральске, которая затем, после перестройки, была переименована в Областной центр детского технического творчества. Вообще много было вариантов за жизнь – и в МВД мог работать, и в КГБ. Но я отказывался: мне больше нравилось быть педагогом. Так проработал до пенсии.

– Как выглядела ваша работа?

– У нас было небольшое здание. Организация была областная, мы в каждом районе проводили слеты юных техников. С моим приходом прекратились выставки технического творчества. Они были плохи тем, что кто-то привезет свою модель, поставит ее, займет какое-то место, а ребенок получит грамоту, и всё. На слетах юных техников иначе: ребенок приносит модель, показывает ее, рассказывает. Потом это перешло с области на республику. Работали активно, в каждом районе нашей области были кружки технического творчества. У нас было 55 или 57 руководителей кружков, которые отчитывались за тысячи детей. Грех жаловаться, нас хорошо финансировали, было внимание. В годы перестройки дело пошло уже иначе: зарплату внезапно прекратили платить, сказали, что всё имущество перейдет в детский дом. Я заявил, что это будет сделано только через мой труп. В результате решили отдать нас Национальной казахской школе. Отстояли центр.

– Я видел часть ваших совместных с учениками работ. Что вы сделали вместе помимо фототира и маяка?

– Еще мы сделали для птиц кормушки к 1 января. К весне был готов скворечник. Вы бы видели, как дети были ему рады, как их поддерживали педагоги! Еще мы умеем ремонтировать мебель, стулья, обтяжку проводить. Я сам ничего не делаю, только помогаю. Причем делаю это сразу. Это ведь тоже очень важно для воспитания: эти дети часто не ожидают, что им могут что-то доверить.

– В вашем центре очень небольшой кабинет для занятий с ребятами. Почему?

– За детьми надо смотреть и наблюдать: один мальчик больше любит молчать, а другой – рассказывать, что да как. Ребят не должно быть много. В том числе и с точки зрения соблюдения техники безопасности. Наши дети нуждаются в индивидуальном внимании, чтобы не было никаких психологических срывов, ревности, что кому-то больше внимания уделяется. Представьте, что будет, если 15 мальчишек в классе – побеседуешь ли со всеми? Это как семья, в которой один, два или три ребенка. Воспитатель здесь работает как мама или папа – с каждым индивидуально.

– Как строится ваш рабочий день? Вы же по будням ежедневно находитесь здесь с часу дня до восьми вечера. Неужели ваши обязанности этого требуют?

– Я веду еще методическую работу: пока у детей тихий час, могу подготовиться к урокам. К тому же занятия не ведутся со всеми детьми сразу. Непосредственно на занятия уходит четыре часа. Это не говоря уже про индивидуальную работу, если кому-то она необходима. Наконец, мне нужно готовиться еще и к встрече с новыми детьми – изучить их документы, познакомиться с диагностикой, составить индивидуальный план. Вы же понимаете, что не всех детей можно вместе учить: кто-то может оказаться гиперактивен, кто-то, напротив, очень замкнут. Приходится думать, кто с кем может работать в паре.

– Трудно вам с ними?

– Бывает, что некоторые ребята быстро понимают, что я с техникой дружу, и начинают просить починить им наушники или плату в телефоне. Я отказываюсь: надо самим учиться делать. Могут схитрить. Вот у мальчика Максима сломались наушники, он долго не мог их отремонтировать. Что он сделал? Отдал Коле. Николай пришел ко мне, я сразу отрезал: не буду делать, сам трудись. И он в результате починил. Теперь оба сидят, слушают музыку.

– В чем тонкость работы в рамках этого центра? Вы же успеваете с ребятами поработать совсем недолго. Стараетесь не привязываться?

– Когда ребенок уходит отсюда, все равно тяжело на сердце. Иногда обидно: мальчик Димка так хорошо занимался, такие хорошие знания имел. Но ничего не поделаешь, ушел, надо других учить.

– Наверняка многие ребята даже представления не имеют о том, чем вы будете с ними заниматься?

– Да, нередко оказывается, что они не знают даже, что такое ножовка по металлу или штангенциркуль. Например, один парень понятия не имел обо всем этом, а ведь ему уже практически 17 лет. Сейчас уже знает. А кто-то и сам может рассказать, что к чему и для чего.

– Сколько вы занимаетесь с каждым учеником?

– По графику, я сам регулирую его.

– В зависимости от степени подготовки и способностей детей?

– Нет. Всё должно быть равноценно по времени. С теми, у кого всё очень хорошо получается, я могу встретиться в методические часы. К тому же, повторюсь, здесь работа не столько классная, сколько индивидуальная, я в любом случае постараюсь помочь отстающим нагнать остальных.

– Часто складывается ощущение, что ребята могут пойти в технари?

– Бывает. Недавно ушли Дима с Мишей – они не бросят радиотехнику, прикипели к ней. А вчера я понял, что зря не занимался с девочкой Настей. Она взяла достаточно простой рисунок для выжигания по дереву, я вижу результат – может больше. Взяла другой рисунок – опять удача. На вопросы викторины обстоятельно отвечала. Я неправильно считал, что с девочками не должен заниматься. Ничего, скоро приедет из лагеря отдыха, буду с ней постоянно работать.

– С девочками в основном занимается другой педагог?

– Да. У них больше домоводства, дизайна и интерьера.

– Многие ли ученики, если взять ваш опыт работы в Казахстане, пошли по вашим стопам? Мне сказали, что восемь из них поступили в МГТУ имени Баумана.

– Тут сложно ответить – за всеми не проследишь. Знаете, когда мы переезжали сюда, я связался со своими учениками, которые здесь живут, они помогли мне с переездом, мебель перевозили. Потом был случай – труба потекла. Домоуправление не хочет ремонтировать, позвонил мальчишкам – пришли и сделали всё. Или другой случай: незадолго до отъезда из Уральска ко мне пришел один мужчина. В общем, сидим за столом, и он говорит мне: «Спасибо вам! Мы с вами сооружали планетоход, участвовали в выставке на ВДНХ, за это я получил путевку в «Артек». Отец у меня грузчиком был, а мать уборщицей». Видите, вспомнил… А ведь он уже давно взрослый мужчина, свои дети есть. Ребята всякие, никто не забывает, будь то плохие или хорошие. Хотя плохих не бывает – всё зависит от того, как к ним относишься.

– Ни для кого не секрет, что профессия учителя малопрестижная. Учителями труда и технологий часто становятся отставные военные, которым не хватает пенсии. Молодой учитель труда – почти оксюморон.

– Какой престиж? Дело совсем не в этом, а в том, как человек, придя в школу, поставит себя. Я в свое время тоже начинал с 90 рублей, но благодаря трудолюбию стал пробиваться. Значит, как себя поставишь, так и будет работа оплачиваться. Наконец, не стоит отбывать трудовую повинность: если на уроках труда пытаетесь фантазировать, изобретать, конструировать, то всем станет лучше – и вам, и тем более детям.

– Обратимся к другой проблеме – материально-технической базе. Очень многим учителям труда часто приходится самим искать фанеру, металл для работы. А как у вас?

– Конечно, нужно, чтобы все помогали. Когда я сюда переезжал, то ничего с собою не привозил. Пошел на базар, ничего не знаю, вижу – мужики торгуют электродеталями. Говорю им: веду кружок в центре реабилитации детей, куда мне сходить? Они мне мешок радио­деталей отдали: пусть дети будут заняты.

– Бесплатно?

– Просто так. Когда мне понадобилось строить скворечник, я также подошел на базаре к женщине и поинтересовался: может, есть обрезки подешевле – для скворечника нашему центру? Она попросила прийти через месяц – привезла хорошие материалы и тоже отдала просто так. На телецентре два ящика радиодеталей подарили. Сейчас лето – я бы с мальчишками строил модели самолетов, воздушных змеев. Но подсчет вышел неутешительным: на змея уйдет 30 метров рейки, а метр стоит 20 рублей. И нужен, разумеется, не один змей – мальчишечек-то много! Получается очень дорого. Я считаю, что если захочешь, то создашь материальную базу.

Хотя спонсоров все равно надо привлекать. Так, нам дрель подарили, конструктор, путевки в лагеря тоже организовывают. Вообще иногда хочется, чтобы спонсоры сами приходили, смотрели, что нужно. Со стороны может показаться, что какая-то «мелочь» и не сильно нужна, а на самом деле именно в этом сильнее всего и нуждались – в клее, бумаге, полистироле. А где-то они просто в избытке могут быть. Был случай: хожу по базару, за мной мужик постоянно следует. В конце концов подошел и сказал: «Я всё хожу за вами, пытаюсь понять, что вы ищете. Приезжайте ко мне, дам вам что надо». Приехали к нему в гараж – он действительно много что отдал. А я даже не знаю его имени.

– Скоро будет год, как вы здесь работаете. Конечно, делать выводы рано, но все-таки чем вы можете гордиться?

– Достижениями своих детей. Гордиться можно не только какими-то победами в конкурсах: я ученикам сумел доказать, что главное – не первое место, а само участие в конкурсе. Или другой повод для гордости: Максим курить бросил! Чувствую, куревом не пахнет. А сколько бесед вёл с ним: бросай курить, качайся лучше! Вот это здорово!

Работа директором на самом деле мне вовсе не нравилась. Вот то, что я тогда не дал детям, отдаю теперь. И сейчас никем не пошел бы работать, кроме как учителем, кем, собственно, и являюсь. С 1975-го по 2009 год работал руководителем, хотя всю жизнь мечтал быть педагогом.

– Борис Георгиевич, дайте совет – как подружиться с воспитанником?

– Наверное, уважать его надо, понять, что это личность. С этого всё начинается, а дальше всё само собой пойдет. Как к детям относишься, так и они к тебе будут относиться. Я никогда не повышал голос на ребенка, только становился строгим, когда мальчишки нарушали технику безопасности.

Оцените новость
0
18 (432)
от 23
мая
2017
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
1
Хвост, чешуя – дело государственное
Чем больше рыбы, тем крепче продовольственная уверенность.
Наше трезвое счастье
Неожиданно подумал, что знаменитый указ от 16 мая сейчас помнят только пятидесятилетние россияне и, понятное дело, те, кто старше. А ведь кажется, еще вчера только было.
Фронт пошел на бой с мусором
В Саратове состоялся рейд по несанкционированным свалкам.
Размытые тайны прошлого
История маленького села в большой стране.
Хотели 27 миллиардов, а получили в 10 раз меньше
Новый механизм льготного кредитования заработал не для всех.
НАШИ РУБРИКИ:
7 дней с Дмитрием Козенко, pro & contra, «Саратовские страдания», а где-то есть тёплые страны, банковская отчётность, беседы с инсайдером, билет до детства, блогосфера, былое, вы можете помочь, гадание на символе, город, граффити, деду Морозу и не снилось!, деловые женщины, день работников ЖКХ, залп хлопушек, интервью, информация, итоги года, итоги года: культура, итоги года: политика, каталог, конфетти, краем глаза, кстати сказать, максимальное приближение, нам отвечают, ничего смешного!, новости, новости вековой давности, новости полувековой давности, новости полуторавековой давности, общество, объявление, печальные итоги: экономика, письмо в редакцию, политика, получите подарочек!, примите наши поздравления!, путешествия, Радаев. Итоги, разговор у ёлки, регион, реклама, репортаж, с Новым годом!, с праздником!, с юбилеем!, серпантин: день за днём, сновидения, события, спорт, удивило!, фейерверк, фото недели, фоторепортаж, экономика
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Политик Алексей Навальный о России, где президентом стал он
Полная версия интервью

>> СОЦСЕТИ