Адвокаты Зайцев и Мамедов должны покинуть процесс по «делу Лысенко», считает Виктор Паршуткин

26.08.2013, 13:21
Комментарии: 0
Просмотры: 2395

Фото Роман Пятаков

Московский адвокат Виктор Паршуткин, представляющий интересы экс-главы Энгельсского района Михаила Лысенко, обвиняемого в тяжких и особо тяжких преступлениях, заявил корреспонденту ИА «Свободные новости» о «попытках воздействия» силовых структур на сразу нескольких защитников бывшего депутата. По его словам, в отношении двух адвокатов подсудимого - Станислава Зайцева и Михаила Мамедова - проводится доследственная проверка, основанием для которой послужило заявление «криминального авторитета» Петра Самородова, одного из ключевых свидетелей уголовного дела. По некоторым данным, в СИЗО, где он содержится, приезжал его защитник Леонид Харитонов и якобы предлагал изменить показания за вознаграждение в размере около 3 миллионов рублей. Все это, по предварительным данным, происходило от имени защитников Михаила Лысенко.

Также Виктор Паршуткин подчеркнул, что больше не может называть Зайцева и Мамедова «коллегами». Причины такого резкого заявления столичный адвокат изложил в эксклюзивном комментарии нашему изданию.

«Минувшая пятница, 23 августа, это был день, когда сторона обвинения исчерпала представления своих серьезных доказательств в коллегии присяжных заседателей. Был допрошен последний важный свидетель стороны обвинения, бизнесмен из города Энгельса Лев Борисов. Он является одним из основных свидетелей по эпизоду получения взятки в сумме 92 миллиона рублей по средствам получения на личный счет в Сберегательном банке. Сейчас за процессом наблюдает оперативное сопровождение, которое привлечено в большей степени из соседних регионов, в том числе и из Мордовии. Они цепко следят за происходящим, из-за чего у нас пятница стала драматичным днем внутри адвокатской команды самого Лысенко, а нас четверо: я, Ольга Скитева, Станислав Зайцев и Михаил Мамедов. Среди нас произошел очень серьезный раскол, причем публичный, все это вылилось в самом судебном заседании. Он касался именно тактики допроса Борисова. Я думаю, что все, кто наблюдает за процессом, со стороны прокуратуры, ФСБ, полиции осознают, что представление доказательств идет очень плохо со стороны обвинения, да и сами доказательства весьма слабые. Когда ты их слушаешь в системе, приходишь к их абсурдности, ведь для присяжных самое главное впечатление от той информации, которую они получают. Все доказательства абсурдны. Доказательства, касающиеся обвинения в убийстве Балашова, основаны на показаниях отребья, лиц, которые находятся в местах лишения свободы. За условно-досрочное освобождение или кусок хлеба они, возможно, готовы рассказать все, что желает обвинение. Слушая показания этих лиц в совокупности, к примеру, Суляна, который произвел омерзительное впечатление на участников процесса, даже на самого Нефедова, этого бандюгана, который почему-то связывает себя с Лысенко. На Сочана, который приговорен к пожизненному заключению за смерть реальных убийц вора в законе Балашова. Конечно, у всех было совершенно удручающее впечатление. Все понимают, что их показания даны с определенными условиями. Суляна освободили условно-досрочно, и пока он не оказался на свободе, он отказывался ехать в суд и давать показания.

В понедельник его освободили, и уже в среду он появился в суде для дачи показаний. Он вел себя очень дерзко. Ну, даже хорошо, ведь это вызывает негативное влияние на простых людей. Когда в процесс привезли Самородова, который уже отбывает наказание в местах лишения свободы, это были одни из самых дерзких показаний, где было много измышлений против Лысенко. На мой взгляд, возможно, ему тоже пообещали условно-досрочное освобождение. В последнюю пятницу мы допрашивали Льва Борисова, в отношении которого до сих пор проводятся следственные действия, он обвиняемый. Ему изменили меру пресечения с содержания под стражей на подписку о не выезде. Вот он и отрабатывает свое.

По моим сведениям, всем аналитическим службам тех подразделений, которые наблюдают за процессом уже ясно, что доказательства не оказывают влияния, они представляются очень слабо и они противоречивы. Сторона обвинения проигрывает. И вот было решено на последнем допросе Льва Борисова стравить между собой адвокатов Лысенко. Дело в том, что на всех нас оказывается давление. Что касается Ольги Скитевой, она достаточно спокойно ведет себя в процессе. Но в отношении Михаила Мамедова и Станислава Зайцева Кировский следственный отдел Следственного комитета России по Саратовской области проводит доследственную проверку по заявлению Самородова, которое он сделал в судебном заседании, что некий адвокат по поручению Мамедова и Зайцева приезжал к нему в колонию и просил его изменить показания. В отношении меня тоже происходит давление. Лето мой племянник проводил в Мордовии, и там живет его бывшая жена. Каждый раз, когда нужно было устроить перерыв в заседании, в его отношении начинались активные действия со стороны полиции. То он где-то ее оскорбил, то он где-то с нее что-то сорвал и так далее. И вот 16 августа было объявлено, что в отношении него возбуждено уголовное дело. И в этот день он был приглашен на допрос в качестве подозреваемого. Конечно, это давление на меня. Все прекрасно понимают, что ко мне нельзя прийти и сказать: адвокат Паршуткин, пожалуйста, уйдите из процесса, перестаньте активно защищать. Я не предаю своих клиентов, это знают все мои процессуальные оппоненты. Вот таким вот образом пытаются воздействовать на меня. Близкого мне человека заключить под стражу, чтобы я уменьшил активность при защите Лысенко. Я, конечно же, преодолел это препятствие. Мой племянник уехал за границу, и благодаря этому способ воздействия на меня исключен. Он будет находиться там, пока не завершиться дело Лысенко.

Что касается Зайцева и Мамедова, в отношении них сейчас осуществляются активные проверочные действия, которые, по моим сведениям, могут вылиться в реальное уголовное дело. И его передадут для расследования в Следственный комитет по Кировской области. Как раз туда, где отбывает наказание Самородов. Я так думаю, что Зайцеву и Мамедову были поставлены условия, а именно: или создадите условия, чтобы адвокат Паршуткин сам ушел из дела, или против вас будет возбуждено уголовное дело. Они очень сильно напуганы, то, что произошло на заседании суда в пятницу, меня возмутило и потрясло.

На самом деле эти два человека, а я их больше не могу называть своими коллегами, Зайцев и Мамедов, начали против меня действия, создавая нервозную обстановку. Они начали делать несогласованные, противоречащие позиции защиты, которую я определяю, заявления. Это направлено на то, чтобы рассорить меня с Лысенко. Конечно, все прекрасно понимают, что в такой нервозной обстановке, которая была у нас в пятницу, работать невозможно. Мамедов заявил в пятницу, что мне нужно уходить из дела. Он заявил другому человеку, который находится в команде Лысенко, о том, что с Паршуткиным надо расставаться, и он нам больше не нужен. Вот доказательства того, что этот человек проводит политику тех органов, которые наблюдают за нашим процессом, чтобы я ушел. Не получилось оказать давление на меня через племянника, а это была бы настоящая трагедия, тогда решили использовать другой козырь. Я так думаю, что ни у кого ничего не получится. Адвокату Зайцеву и Мамедову, наверное, лучше уходить из процесса, потому что их провокационные действия не совместимы с адвокатским статусом. Что касается меня, пока у нас будет согласие с Лысенко, и пока мы с ним не примем решение о том, что я должен уйти, никому не удастся оказать на меня давление. Не через правоохранительные органы Мордовии, не через провокационные действия адвокатов или иным способом, чтобы я ушел из дела. Пусть не радуются. Пока я и Лысенко считаем, что я должен участвовать в процессе и осуществлять его защиту так, как мы считаем нужным, я буду в деле. Пусть господа Мамедов и Зайцев и иже с ними, и стоящие за ними руководители силовых структур Саратовской области не радуются», - сообщил корреспонденту ИА «Свободные новости» Виктор Паршуткин.

Реклама
Оцените новость
1
Новости партнеров
Loading...
29 (443)
от 8
августа
2017
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
Страх
Алексей Навальный говорит о своих президентских амбициях громко и достаточно долго. Владимир Путин, которого считают главным и безальтернативным, по сути, кандидатом, молчит или отделывается туманными намеками – «Я еще не решил», «Я подумаю».
А по Волге вверх теплоход
Саратовцы могут добраться до своих дач на речном транспорте.
В Саратовской области не успеют расселить в срок 30 тыс. кв. м аварийного жилья
Согласно указу президента Путина, реализация программы переселения из аварийного жилья должна быть завершена в России к 1 сентября 2017 года.
Саратовский рабочий отпуск
Визит Вячеслава Володина и радужные перспективы.
Обещание, которое сбывается
В Саратовской области собрали почти половину от запланированного урожая зерна.

>> ВАШЕ МНЕНИЕ
архив

СМИ сообщили, что россиянам могут списать триллион рублей долгов по кредитам. Должны ли российские банки простить безнадежные долги своим клиентам?
Проголосовало: 1423
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Политик Алексей Навальный о России, где президентом стал он
Полная версия интервью

>> СОЦСЕТИ