«Чтобы в Евросоюзе услышали». О саратовских митингах, философах и символах города

Оценить
«Чтобы в Евросоюзе услышали». О саратовских митингах, философах и символах города
Что произошло в Саратове в сентябре.

Сентябрь вот закончился. Последняя неделя его была вроде бы и богатой на события, хотя эти события были разной степени важности.

Дмитрий Кудинов, например, покинул пост председателя саратовской городской думы, тем самым напомнив нам, что в Саратове есть свой парламент. Чтобы снова задаться вопросом: чем собственно занимаются городские депутаты? Есть, кстати, люди, которым интересна эта новость?

Еще в Саратове состоялся митинг в поддержку присоединения к России четырех регионов Украины. Патриотического запала хватило на сорок с небольшим минут. Среди выступавших был Борис Шинчук, он сейчас, кажется, председатель областной общественной палаты. Имею несчастье быть знакомым с этим человеком — большего любителя европейских поездок я не встречал. Теперь вот — он большой патриот, предлагал людям на площади кричать так, «чтобы в Евросоюзе услышали». Однако при упоминании новых территорий отчего-то не назвал Запорожскую область. Забыл? Плохо, Шинчук — «двойка»!

Вообще в так называемой политической жизни Саратова нет и не было такого непотопляемого человека. Всегда при должностях, что при Аяцкове, что при Радаеве, теперь вот при Бусаргине. Как говорится — «От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». А еще когда слушал его проникновенный спич, вспомнились строки Андрея Вознесенского: «…рыдай, Россия, какое время на дворе — таков мессия».

Еще новости из мира патриотизма.

Известный саратовский силач, член общественной палаты, владелец нескольких тренировочных клубов Вячеслав Максюта и, конечно, истинный патриот поступил на очное отделение магистратуры философского факультета СГУ.

«Уже длительное время работаю над одной очень волнующей меня темой, относящейся к разделу философии. Взял себе индивидуальный план, предметно пообщался с ведущими мою группу преподавателями, согласовал тему курсовой и теперь занимаюсь научной работой. Это моё личное желание познаний и анализа взглядов и представлений. Мы очень часто пытаемся проникнуть в тайны своего миропредставления, но никогда (или очень редко) анализируем лестницу своей жизни», — сообщил Вячеслав в своем Telegram-канале.

Мы не очень сильны в философии и не представляем, что такое лестница жизни. Но нашлись люди, блогеры, понятное дело, которые стали упрекать силача, дескать, в магистратуре он пытается укрыться от частичной мобилизации. Истины ради надо сказать, что ряды саратовского философского сообщества Максюта пополнил еще в сентябре, еще до начала мобилизации.

Но магистрант все равно обиделся. И захотел объясниться. Вышло, скажем так, не очень. «Позицию я свою по мобилизации не скрываю: буду необходим на фронте с орудием в руках — однозначно пойду».

Вячеслав, орудие — это пушка, гаубица, на худой конец, мортира. Вы, наверное, не в курсе. По этому поводу будущий философ получил в сети пару шпилек: «Вячеслав, трогать свое орудие руками лучше дома, где вас все знают.

На фронте это будет выглядеть, мягко говоря, нелепо».

Вся эта забавная история оказалась связана с философией еще одним странным образом. Как раз когда кипели страсти, исполнилось сто лет со времени отплытия так называемого «философского парохода». (На самом деле пароходов было пять). И отчего-то вспомнились слова Александра Грибоедова из его «Горя от ума»:

Я князь — Григорию и вам,
Фельдфебеля в Вольтеры дам.

Тогда грозили в Вольтеры дать фельдфебеля, теперь — бодибилдера. Просто Грибоедов не мог знать этого слова.

Продолжается история со сносом здания ресторана на Октябрьской улице, строительство которого было признано арбитражным судом Саратовской области незаконным.

Бенефициар экс-депутат Сергей Курихин так разволновался, что не исключил возможности изъятия у него почки. Хотя причем тут внутренние органы — не совсем понятно. Попутно создали петицию в защиту ресторана. Ее авторы упирали на два момента. Первое, здание, дескать, было построено на пустыре. Это неправда. Здание было возведено на незаконно отчужденной у музея Федина территории. И не оно одно: офисное здание на углу улиц Волжской и Комсомольской построено на месте сквера, «Каштан», у которого сейчас тоже проблемы, — на место памятника архитектуры.

Еще противники снова утверждают, что новодел — нечто архитектурно прекрасное. Но это, простите, дело вкуса. Кому-то, может, и нравится, а кому-то многочисленные финтифлюшки по фасаду и барельеф самого Курихина в костюме начала девятнадцатого века представляются некоей нелепостью. Как, впрочем, и ростовые статуи, долженствующие изображать основателей Саратова у другого курихинского дома — на улице Лермонтова.

Есть во всем этом украшательстве неуловимое сходство с фигурами херувимов, которыми курихинские архитекторы уродовали старинные дома. У этих фигурок было очень много общего со статуэтками ангелочков, гномов и медвежат для непритязательного украшения сада, которые продают на дачных базарах вдоль автотрасс.

Нет, конечно, настоящим символом Саратова должна стать Триумфальная арка, а вовсе не здание ресторана. Тоже, понятно, новодел, но сколько присущих именно нашему городу примет есть здесь. Арку торжественно открыли 9 сентября, а уже в последнюю неделю сентября у арки дважды с небольшим перерывом забил огромный фонтан из прорвавшегося водопровода. В интервале между фонтанами арку окутало облако пара, а потом на проезжей части улицы Чернышевского образовался огромный провал. Сейчас провал спешно заделывают, а можно было бы и оставить.

Можно было бы поставить кассу и продавать билеты. Как в Пятигорске Остап Бендер продавал билеты на осмотр пятигорского провала, а деньги, по его словам, шли на укрепление провала — чтобы не слишком проваливался.

Триумфальная арка наша еще символична и по той причине, что под ней никуда далеко не пройдешь. Будешь спускаться к Волге — через пятьдесят метров упрешься в забор какого-то завода. Пойдешь в другую сторону — окажешься перед очень оживленной дорогой. Правда, на Чернышевского движения нет — провал заделывают.