«Официоз будет иметь обратный эффект». Как российских школьников учат патриотизму (наблюдения репетитора по истории)

Оценить
«Официоз будет иметь обратный эффект». Как российских школьников учат патриотизму (наблюдения репетитора по истории)
Фото архив fn-volga.ru

В новом учебном году российские школьники будут начинать каждую неделю с торжественного подъема флага и пения российского гимна. Министерство просвещения РФ обещает добавить в расписание предмет под названием «Разговоры о важном». Глава ведомства Сергей Кравцов объяснил, что новый урок поможет подросткам, которые сейчас находятся «один на один с информационной войной». Для того, чтобы дети правильно понимали события не только настоящего, но и прошлого, в школах организуют движение юных историков «Сила в правде».

«В старших классах такой официоз будет иметь обратный эффект. Любовь к родине—это не то, что вырастает на словах из учебника и мероприятиях, организованных учителем ОБЖ. Чем больше на подростков будут давить, тем больше окажется противодействие. Молодость - это критика», - напоминает саратовский преподаватель истории Сергей. Он больше десяти лет работает со старшеклассниками, готовя их к ЕГЭ.

Собеседник согласился поговорить с «Свободными новостями» на условиях анонимности, нам кажется, что его комментарии к ситуации в образовании важны, и позволят читателям лучше понять, куда движется государство в этом вопросе.  

И первоклашкам, и студентам

На покупку флагов и гербов для российских школ федеральный бюджет потратит 970 миллионов рублей, 28 миллионов из них выделили Саратовской области. Правда, торги в регионе сорвались из-за отсутствия заявок.

ВЦИОМ утверждает, что 59 процентов россиян положительно оценивают идею с флагом и гимном.

«Я не вижу в этом ничего плохого. Мой ученик из Сан-Франциско рассказывает, что у них в школе тоже поднимают флаг и поют гимн США. С такой же торжественностью чуть не каждую неделю у них проводятся парады ЛГБТ, - рассказывает Сергей. - Главное в том, что уважение к государству зависит не только от подъема флага по понедельникам». 

Весной министерство просвещения РФ объявило, что историю будут изучать с первого класса. Инициативу незамедлительно поддержали. «Семилетки интересуются абсолютно тем же, что и взрослые. И наше министерство просвещения абсолютно уполномочено принимать такие решения», - сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Спикер Госдумы Вячеслав Володин напомнил, что депутаты давно «говорили о необходимости более глубокого знания своей истории».

Чуть позже образовательное ведомство уточнило, что уроков истории в младших классах всё-таки не будет, а будут «просветительские программы». «Их можно проводить в рамках предмета «Окружающий мир», изучать историю своей семьи, региона, можно в рамках внеурочной деятельности посещать музеи и выставки», - рассказал министр Сергей Кравцов.

Ученикам средних и старших классов обещают преподавать историю по-новому: меньше рассказывать о Европе, больше - о прошлом Африки, Азии и Латинской Америки. Российская академия наук разработала новый историко-культурный стандарт с перечнем основных событий, дат и персоналий. В начале года сопредседатель Российского исторического общества Александр Чубарьян предупреждал, что школьную программу изменят уже в сентябре, но пока об утверждении новой концепции не сообщалось.

В 2023/2024 учебном году реформы доберутся до студентов. Сейчас согласно федеральному государственному образовательному стандарту, студенты всех специальностей должны изучать историю (а также иностранный язык, философию и физкультуру). Количество и содержание занятий в документе не оговорены. В отличие от школ, в вузе преподаватель может выбрать любой из учебников. Российское историческое общество (РИО) насчитало их «несколько тысяч». Участники РИО отмечают, что в большинстве непрофильных вузов (профессию историка получают только 0,4 процента российских студентов) предмет изучается поверхностно: студент самостоятельно готовит какую-либо письменную работу и получает зачет.

Министерство образования и науки предлагает ввести не меньше 144 учебных часов (то есть примерно два семестра) истории для студентов всех специальностей. Причем 80 процентов времени должны занимать лекции и семинары. Экспертный совет при министерстве займется экспертизой вузовских учебников. Из тех пособий, которые уже попали на проверку, забраковали 10 процентов.

Академик Александр Чубарьян предлагает включить в университетский курс рассказы об упадке колониальных империй, национально-освободительной борьбе, а также «сюжеты, которые являются предметом оживленной дискуссии», например, происхождение Руси и присоединение Украины к России.

Представители вузов отмечают, что новый курс потребует дополнительных расходов на приглашение преподавателей. По мнению председателя РИО Константина Могилевского, это должны быть «люди, настроенные патриотически, понимающие ценность той возможности, которую сегодня имеет Россия, - развиваться независимо, суверенно».

«Конечно, в вузе можно дать дополнительные часы истории, но что это даст студенту, который предметом никогда не интересовался и выбрал своей профессией, скажем, химию или физику? - задается вопросом Сергей. - На истфаке примерно так изучали основы высшей математики. Преподаватель с мехмата полгода обреченно читал нам лекции. В качестве зачета мы должны были предъявить конспекты - доказать, что мы хоть что-то слушали. Каюсь, я тогда, как и многие, показал чужую тетрадь».

История краткого курса

Власти демонстрируют повышенное внимание к преподаванию истории уже почти десять лет. В 2013 году президент Владимир Путин, выступая на совете по межнациональным отношениям, потребовал разработать концепцию преподавания истории, избавить учебную литературу «от двойных толкований» и научить детей «уважению ко всем страницам нашего прошлого».

«Как, например, можно с уважением относиться к крепостному праву? Сочувствие к жертвам — да, конечно. Уважение к героям и борцам против зла - да. Но уважение ко всем без разбора страницам прошлого, особенно к некоторым элементам государственной политики - никогда», - писал доктор исторических наук Андрей Зубов.

Год спустя на встрече с разработчиками историко-культурного стандарта президент подчеркнул необходимость «избавиться от идеологического мусора»: «В учебной литературе, которая поступала в школы, проскакивали такие вещи, которые абсолютно неприемлемы для нашей страны, это просто как плевок в лицо». 

В 2015 году министерство образования и науки отобрало учебники, соответствующие новому стандарту. По подсчетам РИО, на тот момент в российских школах использовалось около 50 линеек учебников истории с 5-го по 11-й класс. В конкурсе участвовали восемь учебно-методических комплексов от пяти издательств. Экспертизу проводило Российское историческое общество. Одобрение получили три комплекта пособий издательств «Просвещение», «Дрофа» (с 6 по 10 класс) и «Русское слово» (с 6 по 9-й).

Летом 2021 года в издательстве «Просвещение» вышел учебник по отечественной истории XX — начала XXI века под редакцией Владимира Мединского. Пособие стало заключительным в комплекте, по которому школьники начинают заниматься с 6 класса. Учебник рассказывает о событиях после 1914 года.

Школьные учителя положительно отзываются о главах, в которых говорится о жизни страны до 2000 года. Эта часть учебника написана профессиональными историками и методистами. Автором последних четырех параграфов стал член центрального совета Российского военно-исторического общества Армен Гаспарян. По образованию он журналист, работал на радио «Голос России», «Вести FM» и в медиагруппе «Россия сегодня», выступал экспертом радиопрограммы Владимира Соловьева «Полный контакт». По оценке заслуженного учителя России Тамары Эйдельман, качество последней главы нового учебника «за гранью добра и зла».

Весной нынешнего года министр просвещения Сергей Кравцов пообещал внести в учебники рассказ о спецоперации в Украине. С точки зрения педагога-практика, такое решение кажется неоднозначным.

«Сейчас вопросы на экзамене по истории ограничиваются 2000-м годом. Последние по времени касаются формирования вертикали власти и появления федеральных округов, - говорит репетитор Сергей. - От 20 века у детей и так мозги кипят. Не считаю логичным добавлять в школьный курс текущие события - это еще не история, а актуальная действительность, которая научного осмысления не получила».

Школьный учитель имеет право выбирать одну из линеек учебников. На практике педагог чаще всего работает по тем пособиям, которые есть в школьной библиотеке. Никто не запрещает при подготовке к уроку использовать дополнительный материал. Но в массовой школе учитель, загруженный бумажками и дополнительными заданиями от начальства, чаще всего вынужден ограничиваться пересказом учебника.

Разобравшись с отечественной историей, российские чиновники занялись всеобщей. Сейчас эти дисциплины изучают в школе параллельно: полгода школьникам рассказывают о том, что в какой-либо период происходило в России, еще полгода - о событиях за её пределами. По словам академика Александра Чубарьяна, сейчас заканчивается оформление концепции преподавания и историко-культурного стандарта. Эти документы разрабатываются с 2013 года. С 2021-го их пытаются сократить до пригодного для практического применения объема.

Примечательно, что последние пять лет представители власти грозят ввести обязательные испытания по истории для всех выпускников школ. Бывшая министр образования Ольга Васильева, глава межведомственной комиссии по историческому просвещению Владимир Мединский и депутат Госдумы Александр Хинштейн предлагали сделать обязательным ЕГЭ по истории. Осенью 2021 года Рособрнадзор выдвинул идею проводить для одиннадцатиклассников обязательную контрольную по предмету. В нынешнем году депутаты Госдумы высказали пожелание устроить не только для школьников, но и для взрослых исторический «Тотальный диктант».

«Вполне средневековые мотивации»

Этим летом ЕГЭ по истории сдавали больше 90 тысяч выпускников. Средний балл составил 57,95 балла (в 2021 году - 54,9 балла, в 2020-м - 56,3 балла). Высокие результаты (более 80 баллов) обычно набирают лишь 10-11 процентов сдающих. В нынешнем году резко подскочило количество стобалльников: летом 2021-го максимальный результат показали 366 человек, сейчас - 638.

«Я считаю, что ЕГЭ дает шансы детям из небогатых семей, из провинции, помогает бороться с коррупцией. Но никакая система не идеальна. Каждую весну начинаются звонки с вопросом: «А вы можете сдать экзамен за моего [Имярека]?». Видимо, существуют способы передать подсказки. Я никогда такие заказы не беру. Во-первых, если я не сдам на 100 баллов, не приедут ли ко мне с кинжалом? Во-вторых, это для меня принципиальный вопрос: я работаю с детьми, которые действительно вкалывают, и не хочу, чтобы их места в вузе были заняты нечестным путем», - говорит Сергей.

Сергей поступил на истфак в начале 2000-х, не задумываясь о прибыльности профессии историка. Как он говорит, «не пошел на политологию, потому что в то утро лень было вставать на экзамен». Единственный из однокурсников добровольно распределился на кафедру Средних веков. Кафедра, специализирующая на истории европейских городов, считалась на факультете самой непопулярной. Сергею хотелось изучать то, о чем он в детстве читал в романах Скотта и Стивенсона.

«Людям нравится думать, что за прошедшие тысячу или пятьсот лет мы сильно поумнели. На самом деле, нет. Логика развития исторических событий и мотивации человеческих поступков у нас вполне средневековые», - полагает историк. 

Во время учебы Сергей подрабатывал грузчиком. После выпуска устроился шлифовальщиком на завод. Сейчас работает коучем в IT-компании. Однокурсники тоже нашли места работы, мало связанные с записью в дипломе: «Кто-то в логистике, кто-то на складе, кто-то пытается делать карьеру в муниципалитете».

Жена Сергея после истфака работала в школе. «Когда я тоже порывался стать учителем, она спрашивала: «Думаешь, ты будешь рассказывать детям о викингах? Нет, ты будешь писать отчеты и планы». Сейчас она руководит музеем на предприятии. Вспоминает школу как страшный сон».

Репетиторством Сергей начал заниматься «от скуки»: «Подумал: для чего я столько читаю, столько интересного вижу в истории? Нужно эти знания как-то задействовать». Через сайт с объявлениями репетиторов нашел учеников. Долгое время занятия с детьми оставались скорее увлечением, чем способом заработка.

О счастье людей под кремлевской стеной

«В среднем, у меня бывает 20 учеников в год. Лето - мертвый сезон. Сейчас у меня занимаются два человека. Основные заказы идут с осени до Нового года. Весной я беру новых людей, только если сильно просят. Понятно, что за два месяца до ЕГЭ сложно что-то успеть», - рассказывает репетитор.

Днем он занят в IT-компании, благо работать можно удаленно. Вечером и в выходные проводит уроки по скайпу.

«Каждый год планирую организовать себе хоть один выходной в неделю, но всегда находится кто-то, кто упрашивает», - смеется Сергей.

Его ученики - девятиклассники, которые готовятся к сдаче ОГЭ, и одиннадцатиклассники.

«Нельзя сказать, что все они - максимально мотивированные ребята, интересующиеся историей. Например, для поступления в училище Росгвардии тоже нужна история. Но физкультура важнее», - объясняет историк.

Как говорит Сергей, он не относится к числу репетиторов, которые «ради собственной анкеты работают только с потенциальными стобалльниками».

Перед началом занятий он предупреждает родителей, что потребуется контроль с их стороны: «У репетитора нет инструментов воздействия на ученика. Я даже двойку не могу поставить, особенно дистанционно». По словам Сергея, отказаться от ученика он может в исключительном случае - если ребенок совсем уж безответственно относится к занятиям и семья не выполняет обязательств по оплате.

«Обычно я стараюсь учитывать жизненные обстоятельства людей и, если родители не могут заплатить прямо сейчас, могу подождать. С одним мальчиком я занимался бесплатно. Мне было интересно, потому что я видел большую отдачу: он учил материал, дополнительно читал, задавал вопросы. В итоге мальчик поступил в театральный», - рассказывает репетитор.

В первые месяцы занятий Сергей читает ученикам лекции. «В школьной программе делается упор на грандиозные события, а не на повседневную жизнь людей. Например, в учебниках превозносят Ивана Калиту, который, несмотря на монгольское иго, строил Москву. На строительство нужны были деньги, князь повысил налоги. Я предлагаю детям подумать, как это отражалось на подневольном населении, которое было вынуждено платить и Орде, и Калите? С точки зрения геополитики, появление новой кремлевской стены можно считать достижением, но были ли счастливы люди? Может, в этом исторические корни нашего типа государственности, нашего общественного смирения с тем, что люди - расходный материал для государственной машины», - размышляет историк.

Сергей считает важными некоторые исторические события, которые в школьных учебниках почти не описаны: «В 1571 году у деревни Молоди произошла битва, в которой было спасено московское государство. 30-тысячный отряд князя Воротынского разбил 120-тысячное войско хана Девлет-Гирея. Кстати, через несколько месяцев Воротынского, находившегося в оппозиции к Ивану Грозному, обвинили в колдовстве, пытали огнем и то ли обезглавили, то ли четвертовали - точных сведений не имеется. В учебнике этой битве посвящено ровно одно предложение. Мне это обидно. Если бы не та победа, не было бы всей дальнейшей истории российского государства. И даже Путину негде было бы президентствовать», - разводит руками педагог. 

На ЕГЭ проявляются недостатки школьного преподавания истории. По наблюдениям собеседника, больше всего ошибок выпускники делают в задании на анализ текстового источника. Знания терминов и дат недостаточно, нужно уметь осмысливать информацию.

Второй пробел связан с географией (на экзамене есть задания на работу с картой): «Дети не знают, где какой город даже в центральной России и Поволжье. Если вопрос по Сибири - это конец. У меня занималась девочка, с которой мы долго учились определять правый и левый берег реки. Я ей пообещал: если сдашь ЕГЭ, подарю маленький глобус. К счастью, пришлось дарить».

Третий пробел - всеобщая история. В современном экзамене ей отведены всего два вопроса, но из-за особенностей оценки результатов ошибочные ответы на них отнимают много баллов. «Школьная программа построена так, что ребенок с самого начала уверен: есть мы, и мы изолированы от всего мира. У 90 процентов учеников нет понимания, что у нашей страны есть соседи, у них есть свои интересы и построение взаимосвязей - не слабость, а очень полезное занятие. Когда я рассказываю, что под Великим Новгородом находили арабские монеты, в Пскове - скандинавские украшения, а дети Ярослава Мудрого женились и выходили замуж по всей Европе, - ученики удивляются».

«Куда больше про войну?»

Чиновников в российской истории, как правило, больше всего волнует Великая Отечественная война. Президент Владимир Путин в публичных выступлениях вспоминает о ней чуть не каждый год. Например, весной 2021-го года в послании Федеральному собранию глава государства вдруг рассказал о школьном учебнике, в котором говорится о втором фронте больше, чем о Сталинградской битве. «С удивлением смотрю, что там написано. Как будто не про нас. Кто пишет? Кто пропускает такие учебные пособия?» - негодовал президент.

Позже выяснилось, что Владимиру Владимировичу попался учебник для техникумов по всеобщей истории. В нем, разумеется, более подробно говорилось об участии иностранных государств во Второй мировой, ведь о сражениях советской армии рассказывается в учебнике отечественной истории. Но более мелкие чиновники развивали тему президентского негодования, не вдаваясь в подробности. 

В апреле 2022 года спикер Госдумы Вячеслав Володин поручил депутатам проанализировать качество преподавания в российских школах истории Великой Отечественной войны. По мнению политика, этой теме «в школьной программе уделяется очень мало времени». В июне заместитель секретаря Совета безопасности РФ Рашид Нургалиев заявил о подготовке единых учебных пособий по истории Великой Отечественной войны для школ СНГ. По мнению Нургалиева, «учебные курсы, финансируемые США, дают крайне извращенное понимание истории СССРи очерняютподвиг советского народа в борьбе с фашизмом».

Как напоминает учитель истории московской гимназии №1543 Леонид Кацва, на Великую Отечественную войну в школьной программе отводится четыре часа, а на весь 20 век - революцию, Гражданскую войну, 1930-е годы, послевоенный и новейший периоды - 68 часов.

«Владимир Владимирович принадлежит к моему поколению. Возможно, ему кажется, что войну можно изучать так, как ее изучали в наше с ним время, - 20 часов. Но когда мы были школьниками, история заканчивалась 1975 годом», - рассказывал педагог журналистам. 

«Может, я крамольную вещь скажу, но куда больше про войну? - задается вопросом репетитор Сергей. - Можно сделать в учебнике десять глав на эту тему, но не думаю, что количество перейдет в качество, и те, кто клеит на стекло машины «Можем повторить», сумеют сказать, сколько фронтов участвовало в Берлинской операции. Впрочем, я не спорю с президентом, о войне можно говорить долго, весь вопрос: какие темы поднимать? Например, можно порассуждать о том, почему больше миллиона советских граждан перешло на сторону врага, и это не считая Кавказ и казачьи регионы? Что происходило на оккупированных территориях? Об этом мне рассказывала бабушка, жившая в то время на Украине. Война - не повод для фейерверков, это была величайшая в Европе бойня».

Историк согласен с высказываниями политиков о том, что изучение истории должно воспитывать любовь к родине.

«Но, вспоминая музыканта Юру, что значит родина? Я всегда говорю детям: не надо путать свое, человеческое отношение к земле, на которой мы родились, и государственный патриотизм. Я могу не любить людей, которые сейчас, на ничтожный в историческом плане миг, оказались у власти, - и это мое конституционное право. Но я люблю свою страну, её жителей, культуру, историю, природу. Смешивать эти категории - подмена понятий, которой сейчас очень увлеклись», - говорит педагог.