«Не ваше дело, когда ее достроят!» Как и на какие деньги в Саратове возводят новую инфекционную больницу

Оценить
«Не ваше дело, когда ее достроят!» Как и на какие деньги в Саратове возводят новую инфекционную больницу
Фото Матвей Фляжников
Спикер Госдумы Вячеслав Володин обещает открыть новую инфекционную больницу в Елшанке в сентябре нынешнего года. Это один из самых дорогих строящихся в регионе объектов. Больница оценивается более, чем в 2,5 миллиарда рублей.

Пожертвования на стройку собирали два благотворительных фонда. Деньги дали бюджет Москвы, неназванные спонсоры, привлеченные Вячеславом Володиным, и саратовские бюджетники. Фонды не публиковали отчетов о расходовании средств. В ответ на запрос «Свободных» благотворительная организация, учрежденная Торгово-промышленной палатой, сообщила, что было собрано 15,3 миллиона рублей (в том числе 1,4 миллиона рублей от частных лиц и 13,8 миллиона – от организаций). «Все собранные средства были потрачены на строительство больницы», – утверждает председатель ТПП Алексей Антонов.

Благотворительный фонд Бориса Шинчука получил 885 миллионов рублей. В том числе 462,2 миллиона рублей, выделенных столичным бюджетом, 396,8 миллионов рублей от юридических лиц и 26 миллионов – от физических. Кроме того, организации передали стройматериалы на 59,2 миллиона рублей. «Все поступившие средства перечислены строительным организациям в полном объеме», – пишет в ответе на запрос «Свободных» Борис Шинчук. В отчете фонда перед министерством юстиции отмечено, что 709,6 тысячи рублей были потрачены на зарплату.

Инфекционная больница в Елшанке

Суперсовременный, по уверениям областных властей, медицинский центр собирались возвести за четыре с половиной месяца и запустить в сентябре 2020 года. Затем срок перенесли на июль 2021-го. Ближе к дате выяснилось, что имелось в виду окончание строительных работ. Монтаж и отладка оборудования, по словам председателя регионального правительства Романа Бусаргина, займут еще два месяца.

Шампанское под яблонькой

У строящейся больницы пока нет адреса. Вахтер конторы, работающей у поворота на Елшанское кладбище, подсказывает, что стройка – по другую сторону Петровского тракта. К кладбищу – направо, к больнице – налево.

Узкая асфальтовая дорога идет через посадки и пустоши. По обочине бродят двое худых молодых людей, увлеченно разглядывая что-то в телефоне. Общественного транспорта здесь нет. Сложно представить, как родственники будут ездить к больным.

С фасадной части строящейся больницы забора нет. Трактора раскатывают по территории песок и щебенку. Рядом с бытовками припаркованы потертые «тазики» строительных рабочих. Дальше начинается свалка.

Инфекционная больница в Елшанке

Земля под ногами – странного рыжего цвета. Судя по всему, сюда свалили глину из котлована. Внизу под холмом блестит Бахчев пруд (зимой нынешнего года мэрия собиралась сдать его в концессию для развития водных видов спорта). Насладиться пейзажем мешают кучи железобетонных обломков. Некоторые явно лежат здесь не первый год, другие – свеженькие, белые. Куски утеплителя, мешки из-под штукатурки, обрезки гофрированных труб, деревянные поддоны, битый кафель. Одичавшие сады сбоку от стройки завалены строительным мусором на несколько сотен метров. Не зря объект часто посещают высокие делегации: под яблонькой скопилась гора пустых бутылок из-под шампанского.

От стройплощадки по склону холма тянется громадная канава. По дну медленно течет желто-зеленая жидкость. Там, где склон круче уходит вниз, к истокам речки Елшанки, канава обрывается. В Елшанку давно сливают отходы соседних предприятий, почему бы инфекционному центру этого не делать? Тем более, схема с оптимизацией канализации давно опробована в ЖК Изумрудный.

Инфекционная больница в Елшанке

«Народ появляется и исчезает»

На наружной галерее второго этажа полулежит на мешках полный брюнет с телефоном. Внутри корпуса (пока это голая бетонная коробка) работают двое – рабочий с перфоратором и маляр.

«Три месяца здесь работаю. Кафель кладем на стены и полы, гипсокартон делаем,–рассказывает улыбчивый Намик, присев на дощатых козлах. – Деньги вовремя дают, материалы привозят, спасибо, все довольны». Конкретных сумм собеседник не называет. Объясняет, что работа сдельная, шесть дней в неделю. «Нам выгодно работать побольше. Все продукты дорогие, у меня двое детей, у некоторых из нашей бригады – по трое-четверо. Бригада у нас хорошая, никто не пьет-не курит», – говорит Намик. На прощание желает: «Главное, не болейте».

Инфекционная больница в Елшанке

В следующий корпус попасть не просто: полтора пролета железобетонной лестницы обвалились, свисает арматура. Подниматься страшно – края ступенек крошатся. С галереи через открытую дверь бокса заходим на этаж. Пластиковые перегородки делят пространство на клетки со стеклянными стенами. В двери бокса, выходящей во внутренний коридор, сделано раздаточное окошко – через него пациентам будут передавать еду.

Внутри сумрачно и тихо. Шуршит свисающая клочьями пленка. Белые пластиковые трубы отопления странно выгнуты. Людей нет. В одной палате на подоконнике стоит забытая чашка, в другой – сложенный из досок и кирпичей стол. Слева и справа тянутся одинаковые прозрачные стены. Становится жутко. Не сразу находим открытый бокс, через который сюда вошли.

Инфекционная больница в Елшанке

На первом этаже слышны голоса. Между штабелями красного кирпича, прихрамывая, пробирается немолодой мужчина. Рассказывает, что работает месяц, делает внутренние перегородки. Спрашиваю, как продвигается работа на объекте? «Всё от зарплаты зависит – народ появляется и исчезает, – пожимает плечами Александр. – Я каменщик. Дефицитная специальность, нам везде платят. Но ведь на стройке нужно много других специалистов и чернорабочих».

Спрашиваю, насколько реально сдать больницу через месяц? Александр хмыкает. Показывает на стены со свисающими проводами и шлангами: «Здесь же ничего нет. По-русски говоря, конь не валялся».

«Через недельку здесь будет ого-го, всё зашевелится», – рабочий в ковбойской шляпе, сидящий в тени бытовки, настроен оптимистично. На объекте он первый день. Что будет здесь делать, еще не знает, но может, по его словам, всё. Спрашиваю, гордится ли он тем, что участвует в борьбе с пандемией? «А есть ли он вообще, этот ковид? – задает встречный вопрос собеседник, отложив шуруповерт. – А вакцина – что это такое, для чего ее всем впаривают? Конкретных оснований для сомнений у меня нет, но чуйка внутренняя подсказывает».

Инфекционная больница в Елшанке

«Социалистическое соревнование»

Напомним, что первым о строительстве новой инфекционной больницы заявил президент региональной ТПП Алексей Антонов. В апреле 2020 года, в самом начале карантина общественник и депутат призвал бизнес жертвовать деньги в специально открытый «Фонд содействия в строительстве инфекционной больницы в Саратовской области».

Почти одновременно с фондом ТПП появилась вторая благотворительная организация с похожим названием – «Фонд содействия в проектировании и строительстве инфекционной больницы в г.Саратове» (позже к наименованию добавилась вторая часть «и служебного жилья для врачей и медицинского персонала инфекционной больницы и Скорой медицинской помощи Ленинского и Кировского районов г. Саратова»). Ее учредителями стали члены Общественной палаты региона во главе с председателем ОП Борисом Шинчуком. Директором – Валерий Сердобинцев, возглавляющий также «Фонд содействия в проектировании и строительстве Парка покорителей космоса».

«Сейчас профильные койки находятся в нескольких медицинских учреждениях. Если все противоэпидемические силы сконцентрировать в одном месте, эффективность лечения повысится в разы», – предположил губернатор Валерий Радаев. Он пообещал быстрое выделение земли и подведение коммуникаций.

Инфекционная больница в Елшанке

Через две недели на стройплощадке в Елшанке начались земляные работы. За объект взялись сразу шесть компаний. Областной депутат Леонид Писной говорил, что подрядчики устроили «социалистическое соревнование». Трудились почти из чистого альтруизма. «Уровень рентабельности объекта – три-четыре процента», – подсчитал парламентарий.

Писной назвал стройку «суперсложной» по срокам и объемам работ. Площадь новой больницы – 28 тысяч квадратных метров, восемь корпусов, соединенных крытой галереей, котельная, прачечная. Сначала, по словам депутата, планировалось строить четырехэтажные корпуса, но ради экономии решили остановиться на трехэтажках. В первый месяц здесь работало около 200 строителей. Подрядчики планировали увеличить количество до 1,5 тысяч человек и не давать выходных. «Никто в очередь не выстраивается», – жаловался Писной на проблемы с кадрами, сетуя, что саратовцы предпочитают такому трудоустройству поход в центр занятости за повышенным карантинным пособием.

Особенности строительства удивили областную прокуратуру. «Выяснилось, что под объектом даже не сформирован земельный участок. Строительная компания просто вышла в поле, вырыла котлован, начала заливать фундамент, не разработав проект и не получив абсолютно никаких разрешений. Поскольку строительной документации нет в принципе, возникает закономерный вопрос о будущей безопасности пациентов и врачей», – говорил весной 2020-го в интервью «Коммерсанту» глава надзорного ведомства Сергей Филипенко.

Расчетов по сметной стоимости объекта проверяющие также не обнаружили. Прокуратура обещала проверить «фонд, который собирает деньги на строительство».

Судя по всему, контролеры быстро осознали социальную значимость происходящего и больше не приставали с формальными придирками. Информации об административных выводах по замеченным нарушениям и дальнейших проверках не поступало.

«Святое дело» и роллс-ройсы

Первоначально стройка оценивалась в 1,2 миллиарда рублей. Половину денег пообещал найти спикер ГД Вячеслав Володин. 138 миллионов рублей он привлек от неназванных спонсоров.

После обращения к московскому мэру Сергею Собянину столичный бюджет выделил 462 миллиона рублей.

В виде субсидии московские средства перечислили фонду, имеющему длинное название и Бориса Шинчука в числе учредителей. 401,3 миллиона были потрачены на строительные работы, 709,6 тысячи – на зарплату.

Инфекционная больница в Елшанке

Вторую половину необходимой на больницу суммы областные власти должны были найти самостоятельно. Как говорила депутат областной думы Зинаида Самсонова, первые работы на стройплощадке велись за счет самих подрядчиков. «Организации работают на своих оборотных средствах», – подтверждал парламентарий Андрей Воробьев. По подсчетам минстроя, местные предприятия вложили в начало работ 65,2 миллиона рублей деньгами и стройматериалами (расходные материалы на 59,1 миллиона также прошли через фонд Шинчука). Например, балаковский металлургический завод дал 1,5 тысячи тонн арматуры. Кирпичные заводы привезли свою продукцию.

Высшее региональное начальство – от губернатора до зампредов – пожертвовали на больницу свои зарплаты за месяц.

Член ОП Николай Скворцов опубликовал на своей странице в Facebook письмо от имени областного министра здравоохранения, адресованное главврачам больниц. В документе медикам предлагалось «не остаться в стороне» от всенародной стройки. Бюджетники из районов анонимно жаловались журналистам на добровольно-принудительные поборы по 500-1000 рублей с человека. «Святое дело делаем!»–отвечал на претензии тогдашний зампред правительства Вадим Ойкин.

Спикер ГД, обладающий фантастической способностью вынимать из рукава сотни миллионов от неназванных спонсоров, стоял весь в белом. «Это не только несправедливо, но и непорядочно. Такие разнарядки могут давать только бессовестные люди, у которых нет головы на плечах», – комментировал он инициативы по сбору средств с бюджетников в своем Instagram.

«Как Rolls Royse купить – у вас первым делом. А помочь построить инфекционную больницу – нет. Потом лежат, причитают во 2-й городской больнице», – обращался он к бизнесменам (фрагмент закрытой встречи с представителями строительной отрасли опубликовали в соцсети сторонники Володина). По данным председателя Госдумы, в регионе за год в полтора раза увеличилось количество миллиардеров.

Всего область смогла набрать на стройку около 200 миллионов рублей. Стоимость строительных работ, между тем, выросла до 1,6 миллиарда рублей. «Надо прямо сказать, что у вас не получилось ни собрать средства, ни найти финансирование», – заявил Володин саратовским чиновникам в июне 2020 года. Стало ясно, что построить инфекционный центр за четыре-пять месяцев не удастся. Срок сдачи отодвинулся на «середину следующего года».

«Не ваше дело, когда ее достроят!»

С собранными благотворительными деньгами происходило что-то не совсем понятное. Летом прошлого года спикер ГД отчитывал региональное правительство за долги перед строителями: «Очень плохо, имея деньги, не рассчитываться с подрядчиком. Он остается в одних подштанниках. Он зарплату не поднимет никогда».

Осенью выяснилось, что, наоборот, строители не осваивают имеющиеся средства. «У вас сегодня на счетах 125 миллионов рублей благотворительных, привлеченных», – говорил Володин в ноябре.

Единственным шансом сдать объект он назвал федеральное финансирование. В ноябре депутат Госдумы Николай Панков заявил, что против расходов на стройку саратовской больницы выступает Минфин. «Наверно, такого противостояния комитета Госдумы и Минфина не было ранее. Комитет выстоял», – рассказывал Николай Васильевич об обсуждении проекта бюджета в своем Телеграм-канале.

Инфекционная больница в Елшанке

Единороссы в областной думе заявили, что депутаты от КПРФ в Госдуме проголосовали против выделения денег на саратовскую инфекционку. Коммунисты объяснили, что голосовали против «антинародного бюджета» в целом. Депутат Александр Анидалов уселся в кресло спикера облдумы и отказывался покидать его, требуя извинений от оппонентов. Депутат ГД Ольга Алимова пригрозила обратиться в прокуратуру и ФАС с вопросами: «Почему деньги на строительство собирали с представителей бизнеса и бюджетников, куда делись эти деньги и какой структуре «случайно» доверили строительство?».

В марте федеральный бюджет выделил на завершение работ 1,6 миллиарда рублей. Регион обязался добавить 11 процентов этой суммы.

Теперь, когда строительство ведется на бюджетные деньги, подрядчиков выбирают на торгах. Конкурсы на достройку корпусов выиграли ООО «Предприятие по строительству «Лесстр» (достроившее саратовский пляж), ООО «Строй Эксперт» и ООО «Специализированный застройщик «Межрегионстрой» (фирма строит бассейн в Турках, детсад в Балашове, садик и две школьные пристройки в Саратове).

«Работы, связанные с отделкой и благоустройством, мы завершим до 1 июля, – обещал председатель саратовского правительства Роман Бусаргин весной. – Потом нам потребуется еще около двух месяцев, чтобы запустить работу больницы».

В конце июня областные депутаты от КПРФ поинтересовались, когда откроется новая больница? «Как только, так сразу, – ответил зампред думы единоросс Алексей Антонов. – Не ваше дело, когда ее достроят».

«До конца года контракты заключены. До конца декабря. Это максимальный срок», – сказал председатель правительственного комитета по инвестпроектам Роман Карякин. На следующий день Роман Бусаргин разъяснил в своем телеграм-канале, что завершить объект планируется все-таки в сентябре.

Инфекционная больница в Елшанке

Тем временем, строительство продолжает дорожать. Губернатор Валерий Радаев объяснил областным депутатам, что причина – рост цен на стройматериалы, в том числе, 30-процентное подорожание металла.

Добро пожаловать на 1-ю Лагерную

В прошлом году было подсчитано, что на оборудование больницы требуется 1 миллиард рублей. Володин заявлял о намерении взять на себя половину расходов. Областные власти планировали перевезти в Елшанку технику из инфекционных отделений в действующих медицинских учреждениях.

«Они крайне устаревшие. Но ничего не будет закрываться. Наоборот, все будет оптимизироваться», – уверял год назад зампред областного правительства Вадим Ойкин.

Тогда же стало известно, что на содержание нового центра понадобиться 390 миллионов рублей в год.

Для работы в новой клинике нужно 1200 человек. Вопрос о том, где их взять, обсуждался еще в начале строительства. «Скорее всего, придется концентрировать имеющиеся ресурсы», – предполагал областной депутат Леонид Писной. Весной нынешнего года министр здравоохранения Олег Костин отмечал, что «сюда переходят многие специалисты». По состоянию на март, как подсчитывали сторонники Володина, не хватало 30 процентов персонала.

Чтобы привлечь врачей, решено построить 200 служебных квартир. Шестиподъездный дом должен появиться на улице 1-й Лагерной к 25 декабря.

Интернет в Елшанке работает слабовато. Без навигатора непросто найти нужный адрес среди заборов частного сектора, полуразобранных деревянных бараков, старых тополей и разросшихся до гигантских размеров лопухов. Заметив над крышами подъемный кран, пробираемся по узким переулкам к стройплощадке. Но никакой стройплощадки нет. Стрела крана торчит над запертыми воротами какой-то базы, а на месте врачебного дома – длинный пустырь. В бурьяне торчат остатки стен с желтой краской и покосившиеся газовые трубы.

Пустырь на месте врачебного дома

Аукцион на строительство был объявлен в конце июня. Контракт стоил 226 миллионов рублей. Не было подано ни одной заявки. Теперь торги объявили повторно.

Рядом на улице Клубной укладывают асфальт перед новыми домами для сотрудников «Скорой помощи» (жилье обещали сдать в июне). Красные двухэтажки с мансардами выглядят уютно. 56 квартир построили в рамках благотворительного проекта Володина, без использования бюджетных денег. Это служебное жилье, о передаче в собственность речи не идет.

Дома для сотрудников «Скорой помощи»

«После поднятия зарплаты до 60 тысяч рублей молодым специалистам, предоставления служебного жилья, льготного поступления в университет, сколько останется дефицит по врачам и фельдшерам? Было 70 процентов, теперь сколько?» – спрашивал Володин во время майского визита в Саратов.

Главврач городской станции скорой помощи Олег Андрущенко ответил, что не хватает 30 процентов фельдшеров и 60 процентов врачей.