Что же будет после «короны»? Дайджест прогнозов на жизнь после пандемии

Оценить
Что же будет после «короны»? Дайджест прогнозов на жизнь после пандемии
Российские власти пока еще не определились, пройден ли в стране пик заболеваемости или он впереди, а, может, его и не будет вовсе.

Или, как говорит Дмитрий Песков: «Прогнозы на среднюю или дальнюю перспективы вряд ли возможны. Называть какие-то сроки было бы пальцем в небо». Тем временем люди начинаются задумываться, какой будет жизнь после пандемии. Появилось множество прогнозов, и мы представляем вашему вниманию их дайджест. Без наших комментариев, ибо прогнозы – дело неблагодарное, а их комментарии – тем более. Отметим только, что видение будущего у официальных лиц куда более оптимистичное, чем у независимых наблюдателей. 

Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента РФ: «И где-то к середине мая мы тоже уже должны выйти на это плато. А потом, в первый месяц лета, наверное, уже станет полегче. И все эти тяготы быстро забудутся». 

Помощник президента Максим Орешкин: «У России достаточно ресурсов, чтобы быстро восстановиться после кризиса, вызванного коронавирусом. У России есть все ресурсы для того, чтобы восстановление из текущего экономического кризиса было максимально быстрым». Помощник президента уточнил, что российская экономика подошла гораздо более подготовленной к нынешнему кризису по сравнению с 2008-2009 годами. 

Председатель Счетной палаты Алексей Кудрин: «Никто не мог предсказать, как будет проходить пандемия в России и мире. Это необычная ситуация — такая бывает раз в 100 лет. 

Напрашивается аналогия с 2008 годом, но тогда спад был 7,8 процента ВВП. Сейчас если спад даже будет таким же по величине, то с точки зрения негативного воздействия на отдельные отрасли и предприятия будет хуже. Потому что появляется яма, когда спроса нет совсем. Очень много предприятий могут распасться или обанкротиться.

В целом нужно ожидать падения от 6 до 8 процента ВВП. К сожалению, наша экономика сильно зависит от нефти, а спрос на нефть обрушился. Но наша экономика будет работать нормально. После пика кризиса она восстановится. Самое сложное — пережить пик. Он сейчас более глубокий, чем при обычном кризисе. Уже сейчас ряд отраслей потеряли по 90-100 процентов спроса. Поэтому в некоторых отраслях восстановление займет год и больше». 

Герман Греф, глава Сбербанка: «Самые большие потери банковского сектора будут на следующих этапах — в связи с банкротством клиентов и невозможностью обслуживать долги. Скорее всего, банковский сектор закончит этот год с убытком. Если подъем экономики не начнется в этом году, то ситуация будет еще более сложная. Возможно, что в конце этого года банкам уже придется оказывать поддержку. Восстановление займет более длинный срок, чем мы предполагали в начале. Если кризис продлится год и дольше, то уйдет значительное количество лет, чтобы вернуться к докризисным параметрам». 

Виталий Савельев, глава «Аэрофлота»: «Просто дать деньги всем может не получиться — мы не знаем, как долго будет кризис. Денег может не хватить.

Авиационная отрасль первой получает удар в любом кризисе. Практически все авиакомпании остановлены. Если раньше мы выполняли в этот период примерно 800 рейсов в сутки, то сейчас — 50-80. Если раньше легко перевозили 110-120 тысяч пассажиров, то сейчас — три-пять тысячи. В основном — внутри России. Но спрос падает. Мы видим необходимость закрыть некоторые рейсы, потому что они нерентабельны. Сейчас начинается горячий для всех авиакомпаний сезон — летом мы зарабатываем. Но этот высокий сезон пока ограничен. Если другие страны будут готовы и удастся начать полеты, скажем, в середине июля, то есть шанс, что мы восстановимся за шесть-семь месяцев. Если позже, то кризис будет глубже и это может затянуться на год — может быть, больше. Чем мы дольше стоим, тем сложнее будет подниматься. Многие могут вообще не подняться».  

«Форбс» об авиации: «Пассажиров ждут более дорогие билеты, полупустые самолеты, уход лоукостеров с рынка и отмена привилегий для часто летающих пассажиров. Когда пандемия коронавируса пойдет на спад, возвращение к норме не будет быстрым. Перелеты станут сложнее из-за новых проверок состояния здоровья и усиленных мер безопасности в аэропортах. Авиакомпании будут превращаться в уменьшенные копии самих себя по мере того, как их маршрутные сети будут сокращаться, а процесс обслуживания на борту меняться.

Чтобы вернуть пассажиропоток на уровень 2019 года, авиационной отрасли потребуется от двух до пяти лет, считает аналитик Инвестбанка Cowen Хелейн Бекер. Перевозчикам придется ужиматься: к концу года штат авиакомпаний уменьшится на 20-30 процентов». 

Валентина Матвиенко, спикер Совета Валентина Матвиенко: «Один год – это же не трагедия. Вот на этот год не надо планировать никаких зарубежных путешествий».

Центральный банк России подготовил прогноз последствий экономического кризиса, связанного с эпидемией коронавируса. По подсчетам Центробанка, ВВП страны упадет во втором квартале на 8 процентов, после чего экономика начнет восстанавливаться (в случае, если в России и в мире будут сняты меры борьбы с эпидемией). Восстановление будет медленным: докризисные показатели валового продукта не будут достигнуты ни в 2020 году (всего по году будет спад в 4-6 процентов), ни, возможно, в 2021 году.

Согласно прогнозу, цены на нефть останутся низкими долгое время: 15 долларов за баррель во втором квартале и 25 долларов в конце года.

Федеральный бюджет сверстан из расчета цены на нефть в 42 доллара за баррель, он потеряет значительную часть нефтегазовых доходов. Из-за спада в экономике и уменьшения доходов населения  предприятия и граждане заплатят меньше налогов. Образуется дефицит бюджета в 6  процентов.

Мгновенного восстановления экономики не случится: 80 процентов предприятий испытывают проблемы из-за борьбы с эпидемией; их деловые настроения резко снизились, что повлияет на темпы восстановления. Также восстановлению будет мешать падение доходов населения. Из-за медленного восстановления экономики по итогам года будет зафиксирован спад ВВП в 4-6 процентов. 

Доктор экономических наук, социолог, публицист Владислав Иноземцев: «…судя по динамике, пиковые значения придутся на начало мая и достигнут 10-13 тысяч человек в день при общем числе зараженных к концу месяца на уровне более 150 тысяч человек. Это означает, что принятый властями подход не позволит отменить режим самоизоляции как минимум до последней декады мая, а большинство бизнесов в крупных городах останутся закрытыми в течение двух месяцев.

По всей вероятности, именно на второй квартал придутся и дно спроса на нефть, и окончательное заполнение нефтехранилищ; таким образом, цены опустятся к уровню, когда российский бюджет практически не будет получать доходов от экспорта (уже признано, что в мае они ориентировочно составят $1/баррель против $36/баррель в 2019 году).

В-третьих, за последний месяц стали ясны контуры «антикризисной» политики властей: серьезного вливания денег в экономику не будет; налоги не будут прощены, а лишь отсрочены; правительство пойдет на частичную компенсацию заработных плат на уровне максимального пособия по безработице, но после 18 мая; региональные власти «обменяют» освобождение бизнеса от арендных платежей и части имущественных налогов на обязательства сохранять рабочие места и сдерживать цены. Все это говорит о том, что экономическая активность во втором квартале останется в крайне подавленном состоянии, а ВВП сократится более чем на 20 процентов по отношению к тому же периоду 2019 года.

Глубина экономического спада, которую я бы определил в 2-4 процента в первом квартале, в 20-23 во втором и в 10-12 процентов по итогам года, будет обусловлена двумя обстоятельствами.

С одной стороны, наиболее пострадавшими окажутся отрасли с высокой добавленной стоимостью и большим числом занятых: торговля, общественное питание, туристический и гостиничный бизнесы, практически все сегменты сферы услуг, а также строительство. Сотни тысяч организаций в этих отраслях разорятся.

На ближайшие месяцы оптимальной выглядит «стратегия анабиоза». Самоизоляция до второй половины мая – самый разумный вариант действий, т.к. последствия инфицирования коронавирусом (причем не только физиологические и социальные, но даже чисто финансовые) перевешивают эффект любых усилий, которые могут быть предприняты в эти дни и недели.

Постоянное пребывание дома, минимизация контактов с внешним миром, максимальная экономия – всему этому сейчас нет альтернативы. По мере «открытия» экономики главной задачей для тех, кто окажется наиболее затронутым кризисом, должен стать поиск новой работы и, вероятно, переквалификация, так как нужно исходить из того, что значительная часть высокооплачиваемых рабочих мест в коммерческом секторе исчезнет в результате программ сокращения издержек».