Кто назовет нас бандерлогами?

Оценить
Кто назовет нас бандерлогами?
На прошлой неделе Дмитрий Песков, который сейчас рассказывает нации о всех важнейших решениях, сообщил, что прямой линии Путина с народом в этом году не будет. Нашел причину: мол, холодно, народишко жалко. «Отмерзают уши и ноги». Правда, предыдущие д

На прошлой неделе Дмитрий Песков, который сейчас рассказывает нации о всех важнейших решениях, сообщил, что прямой линии Путина с народом в этом году не будет. Нашел причину: мол, холодно, народишко жалко. «Отмерзают уши и ноги». Правда, предыдущие десять прямых линий проводились в эту же пору, и ничего, никто не обморозился. Могли бы и еще потерпеть до 18-го года, а то и дольше.

Тут же люди стали искать истинные причины. Конспирологическую версию о болезни ВВП мы отвергаем решительно и бесповоротно. Песковскую идею о жалости к людям тоже отправляем в корзину. На наш взгляд, остается две версии. Первая: народ стал больно дерзок. Первый раз президент коротенько, за 2 часа 20 минут, рассказал об успехах и ответил на несколько «личных вопросов». Как говорится в романах, прошли годы. В 2010 году на прямой линии были практически одни неприятные вопросы. О лесных пожарах, о массовых беспорядках на Манежной, о потемкинских деревнях в медицине. Годом позже Путину пришлось общаться с народом уже 4 с половиной часа. Президенту пришлось выслушать многочисленные претензии к власти по поводу выборов в Госдуму, его самовыдвижения на очередной президентский срок. Президент не остался в долгу, продемонстрировав лучшие образчики своеобразного чувства юмора. Именно тогда ему показалось, что белые ленты протестующих похожи на контрацептивы. А еще, вспомнив мультфильм «Маугли», он сравнил недовольных с обезьянами-бандерлогами.

И вряд ли в этом году стали бы задавать благостные вопросы. Именно в этом – наше объяснение отмены прямых линий: президенту больше не хочется общаться с недовольными гражданами, а иных практически и нет. Разве что в исполкомах ЕР остались профессионально довольные всем. И второе объяснение, дополняющее первое: Путин устал от всей этой суеты. Недаром же он и в Москве появляется по два раза за месяц.

Саратовцы, на мой взгляд, легкомысленно отнеслись к исчезновению прямых линий. Нет – ну и ладно. Наверное, забыли, что общение с первым лицом страны приносило им некоторые дивиденды. В 2005 году Путин помог пенсионерке Евгении Землянухиной. Во время прямой линии Путин зачитал вопрос Землянухиной о регистрации земельного участка под жилым кооперативным домом в собственность: «Должны ли мы оплачивать стоимость земли полностью или только оплатить переоформление документов?» В ответ Путин заявил: «Произвол ваших чиновников, если это так, как здесь написано, не знает границ». Президент сказал, что местные власти обязаны переоформить землю за свой счет. В итоге все деньги, которые жильцы отдали за покупку земли под домом, вернули.

На прямой линии – 2008 Путин, тогда премьер-министр, ответил сразу на три саратовских вопроса. Первые два поступили в прямом эфире из общественной приемной. Спрашивали о бедственном положении на заводе «Сигнал» и что-то из серии «как вы всё на свете успеваете». Третий премьер отобрал сам – от 17-летнего политически подкованного подростка. Юношу волновало продление сроков полномочий президента и парламента. Напомню, тогда президенту решили давать шесть лет, а думцам – пять. Путин, в частности, сказал: «Что касается увеличения сроков, то это в известной степени дело вкуса. Для такой огромной страны, как Россия, я считаю это обоснованным. Шесть лет для президента в такой сложной по национальному составу стране – это вполне обоснованно, если иметь в виду, что в соседней с нами небольшой Финляндии президент как раз и работает шесть лет». Понятно, когда нам нужно, мы всегда можем отыскать подходящий иностранный опыт. И интересно, чьи вкусы были учтены при решении вопроса?

И всё – теперь саратовцы лишились возможности поговорить с президентом или хотя бы послушать, о чем говорят другие. И повторюсь, никто не расстроился, никто не встал в пикеты с лозунгом «Хочу говорить с президентом». Может быть, не о чем говорить, возможно, боятся, что обзовут бандерлогами. А скорее всего, понимают, что народ нашей власти и не особо нужен. Раньше еще нуждались в нас – в дни выборов. Но с совершенствованием чуровских технологий и на выборах народ тоже ни к чему. Мешает только.