Ночь, улица, фонарь, больница

Оценить
Ночь, улица, фонарь, больница
За больничной тумбочкой нужен глаз да глаз, а то можешь остаться без последнего «имущества»
И в самом деле: какие же могут быть претензии, да и к кому?

Не так давно со мной произошла весьма неприятная история. Совсем не смертельно, но, поверьте, удовольствия я не получил никакого. Итак, смотрели мы с другом матч Германия – Италия у меня дома. И нет бы после матча выпить чашку чая, успокоиться и отправиться на боковую, нам приспичило пройтись еще немного по улице. Вроде как стряхнуть эмоции, а потом уже и по домам. Прошлись. Постояли, потолковали, поспорили, потом разошлись.

Автор: Арсений Савельев

Домой подходил я часа в три ночи. Плюс-минус. Кто же смотрит на часы в это время? Благополучно дошел практически до подъезда. И вот здесь, как снег на голову, на меня «высыпались» гопники. Было их четверо, хотя активное участие в «беседе» и в дальнейших событиях проявляли вроде как двое. Вспомнить сегодня это затруднительно. Из дальнейшего рассказа будет понятно, почему. Темы для разговора были типичными: сигареты, мелочь, служил, почему так выглядишь? Внешность у меня, надо сказать, отнюдь не брутальная, потому я положился на силу великого и могучего. И поначалу, как мне показалось, помогло. Потому что до поры до времени говорили мы нормально. И даже вполне спокойно разошлись. Я повторяю, телосложение у меня отнюдь не атлетическое, встреча с ночными собеседниками меня отнюдь не порадовала. Потому от греха подальше я решил дойти до дома обходными путями – мало ли что. Впрочем, мой план не сработал. Ночные «рыцари улиц» радостно догнали меня и ударили в спину, а повалив, начали не менее радостно избивать. Чего им грустить – четверо (или двое, тут уже какая разница) на одного, тем более лежачего. В какой-то момент мне удалось вырваться, я постарался отбежать – получилось не особо. Ноги были ватные. Меня опять повалили, начали избивать, припоминая, что моя кровь оказалась на чьей-то рубашке и я, гад такой, ее испортил. Короче, всё как полагается у этой братии. А потом отпустили, посоветовав убегать поскорее. Короче, ничего нового и экстраординарного. Но, повторяю, удовольствия никакого.

Поскольку следы «приятной встречи» встрече были на лице и налицо, я отправился в больницу. Не сразу: в три часа ночи передвигаться по ночным улицам я, по понятным причинам, не рискнул. В больницу меня положили. Но радостного приема ни со стороны врачей, ни со стороны пациентов я не наблюдал. И те, и другие сомневались в целесообразности моего желания быть госпитализированным. Побои – да, есть, но особых травм, тем более несовместимых с жизнью, вроде как не обнаружено. Позже, правда, выяснилось, что у меня небольшой перелом носа, но без смещения, что, естественно, не смертельно. Короче, приняли меня неласково.

Впрочем, с соседями по палате мне познакомиться сразу не удалось по одной причине – отделение оказалось переполненным. В результате меня положили в соседнее, да и там, как выяснилось, в палатах коек лишних не было, и пришлось лежать в коридоре, где я проторчал полдня. Подозреваю, что мог бы и дольше, если бы не вышел во двор пройтись, подышать воздухом и посидеть на скамейке. Вернувшись на свое место через сорок минут, я не обнаружил ни воды (бутылка осталась), ни мыла с мыльницей, и даже мой не очень на вид трезвый сосед куда-то пропал, вероятно, с моими пожитками.

Пошел разбираться к лечащему врачу. Он очень удивился моим претензиям: «Вы же подпись поставили, что больница не несет ответственности? Какие претензии могут быть?» Не согласиться с этим было нельзя. Потому я соглашаюсь, но все-таки прошу перевести меня наконец в палату. На что доктор флегматично замечает: «А думаете, там у вас воровать не будут? Будут. Это нормально». Я решил не спорить. В палату меня тем не менее после этого сразу перевели.

Но в больнице я долго не задержался. Удовольствия от общения с товарищами по несчастью, то есть пациентами, я не получал никакого. А врачи прописали мне анальгин, который я с успехом принимал дома.

Короче, история весьма неприятная. Но я сделал из нее выводы. Надеюсь, всем понятно, какие.