Вышла вон из класса!

Оценить
Вышла вон из класса!
Педагоги и жители села Аряш не согласились с чиновничьими методами смены руководства школы, но директор всё-таки уволен – «по собственному»

Скандал в образовательной сфере региона: на минувшей неделе учителя и жители села Аряш Новобурасского района выступили с открытым письмом против увольнения директора местной школы. По словам педагогов, районное управление образования обвинило директора Елену Морозкину в нарушениях работы школьного автобуса и отсутствии летней оздоровительной площадки.

Недовольство учителей вызвал чиновничий подход к кадровому вопросу: представители управления не встретились с коллективом, о назначении нового директора из другого села в Аряше узнали почти случайно. Как отмечают в школе, смена директора не решит местных проблем: автобус порой не может привезти детей на уроки, так как некому чистить деревенские дороги, а площадка не работает, потому что летом всё село остается без воды.

От Саратова до Аряша чуть больше 30 километров. Днем на улице и во дворах пусто: большинство взрослых в 6 часов утра уезжают на заработки в город, возвращаются часам к восьми-девяти вечера. «Дети целый день в школе. После обеда на этой площадке не протолкнешься даже в каникулы: подтягиваются на турниках, играют в баскетбол, футбол. Летом разрешаем им брать школьный мяч, зимой – лыжи. Кто-то приходит в танцевальную студию, кто-то в кружок информатики, девочки бисером плетут», – рассказывает социальный педагог Дмитрий Соловьев.

Школьное здание – типовая кирпичная двухэтажка. Синий заборчик с турникетом, памятник фронтовикам с новенькими пластиковыми венками, березовая роща. Школа фактически может называться общественным центром: Новый год, День Победы, выпускной или 1 сентября – не «внутришкольные мероприятия», а события в жизни деревни.

Неудивительно, что жители, даже не имеющие детей школьного возраста, не меньше педагогов обеспокоились сообщением о смене директора. Учителя составили открытое письмо и пошли по дворам. Как говорит Дмитрий Соловьев, ни в одном доме не отказали: за один вечер свои подписи поставили 150 человек.

Государственное решение против человеческого мнения…

Как говорит директор школы (уже бывший) Елена Морозкина, в конце июня ее вызвали в районное управление образования. Елена Алексеевна по сарафанному радио узнала, что ей предложат написать заявление по собственному, и не стала сопротивляться, ведь у любого директора найдутся прегрешения, за которые можно уволить. К тому же Трудовой кодекс позволяет учредителю расторгнуть контракт и вовсе без объяснения причин. Как говорит Морозкина, конфликтов с руководством управления у нее не было, «но, видимо, недавний эмоциональный разговор по поводу реорганизации старшей ступени все решил».

«Закрытие 10-11 классов в сельской местности – это государственное решение, мы не в силах что-либо изменить. Как руководитель я это понимаю, – вздыхает Елена Алексеевна, – но мое человеческое мнение такое: к нашему селу можно было применить индивидуальный подход». По словам педагогов, в Аряше достаточно высокая рождаемость: каждый год в первый класс приходят девять-десять человек, предстоящей осенью за парты сядут восемь новичков. К тому же население растет за счет приезжих (дома в деревне стоят по 800-900 тысяч рублей), у них тоже есть дети.

В последние годы старшеклассники из Аряша учатся «кочевым способом»: четыре дня в неделю занимаются в родной школе и два раза ездят в базовую школу в Тепловку, чтобы углубленно изучать предметы в рамках выбранного химико-биологического профиля. Расстояние между деревнями – 25 километров. Причем сначала автобус должен сделать крюк до села Радищево, чтобы привезти в Аряш учеников младших и средних классов – около 20 человек (начальную школу в Радищево закрыли, учитель – с высшим образованием и первой категорией – уехала в Москву работать гувернанткой, а потом устроилась в Дубках на колбасный завод). Затем нужно сделать 14-километровый крюк до села Чернышевки, чтобы забрать оттуда старшеклассников, которые также направляются в базовую школу. Только потом автобус направляется в Тепловку.

Последний водитель

По словам учителей, зимой на дорогу уходит почти час, «были случаи, что с лопатами выезжали, чтобы завалы расчищать». Если ученик простудится и на уроке почувствует себя плохо, он не сможет, как в родной деревне, отпроситься домой – придется вместе со всеми ждать обратного рейса.

«Бензина мало, обогреватель лишний раз не включишь, в салоне холодно. Однажды бензин вообще кончился, водитель пошел пешком на заправку, а мы сидели и ждали», – рассказывает Дмитрий Соловьев. Кстати, иногда директор покупает бензин на свою зарплату, ведь бюджет выделяет деньги с опозданием недели на две.

«Зима была сложная, сильные снегопады. Федеральная трасса более-менее чистая, а по селу иной раз не проедешь. Утром караван машин пробивается на заработки – вот и вся очистка. Спецтехника приезжала в Аряш раза три за всю зиму. Колхоза, который бы этим занимался регулярно, давно нет», – рассказывают учителя. Несколько раз «подвозные» дети вообще не смогли попасть на уроки.

В марте произошло серьезное ЧП: сотрудники ГАИ, остановившие школьный автобус, обнаружили, что водитель «после вчерашнего». Оказалось, мужчина «расслабился», понадеявшись, что занятия отменят из-за морозов. Утром выехал без предрейсового медицинского контроля и без разрешения директора (руководитель учебного заведения обязана лично подписать путевку). Водителя лишили прав, школа наняла другого. «Это последний в нашем селе водитель с нужной категорией», – говорит Елена Морозкина.

Официально школьному водителю предъявляют массу требований: он должен пройти специальную стажировку на пассажирском автобусе, затем инструктаж, подвергаться регулярным проверкам, при этом зарплата составляет 9 тысяч рублей. В некоторых селах, где большинство мужчин разъехались на заработки, школьные трудовики или военруки остаются единственными достаточно надежными водителями, которым можно доверить детей, – но за такое совмещение школу могут оштрафовать.

«Не было счастья, да несчастье помогло: после мартовского случая в бюджете нашлись деньги на механика», – говорит Морозкина. Жаль, не нашлось на гараж. По правилам автобус должен храниться на территории школы, «но оставить во дворе нельзя, разберут за одну ночь». Построить специальное помещение с надежными воротами (а также положенной по правилам вентиляцией, смотровой ямой и т. д.) на добровольные взносы невозможно, «если мы всем коллективом скинемся, только на фундамент хватит».

Лишние дети

Как рассказывают учителя, старшеклассники жалуются, что в Тепловке им не рады ни местные подростки, ни педагоги. Действительно, столичные идеологи реформы наверняка не приняли в расчет древние традиции вроде «стенка на стенку» и «деревня на деревню». Дети уезжают из Аряша в 7:20 утра, возвращаются в 16:00. «Они вымотанные, голодные. Вся внеклассная работа проходит мимо наших детей: они не могут задержаться на мероприятиях, которые проводятся в школе в Тепловке, и не успевают сюда. А ведь соревнования, капустники, турпоходы для подростков важны даже больше, чем уроки», – говорят педагоги. Был случай: помотавшись между деревнями, один из старшеклассников бросил учебу. К счастью, его сразу устроили в техникум в городе.

Одновременно со сменой директора родителям объявили, что с сентября ученики старшей ступени будут ездить в Тепловку не два раза в неделю, а каждый день. Как говорит классный руководитель Ирина Кузнецова, если раньше почти половина девятиклассников (то есть пять-шесть человек) собиралась продолжить учебу в десятом классе, то теперь ни один родитель этого не хочет. Мамы беспокоятся, что при «разъездном» обучении дети не смогут подготовиться к ЕГЭ, ведь они не смогут задерживаться в Тепловке и посещать консультации (до нынешних событий такие консультации проводились в школе Аряша, причем бесплатно). Нужно учитывать сельскую специфику: «У меня соседи ветврачи. Оба приезжают с работы в девять вечера. Старший сын получает в школе трехразовое питание, ходит в секцию, вечером забирает сестренку из садика, жизнь налажена. Как всё это будет, если мальчика каждый день будут мотать в Тепловку?» – говорит Ирина Васильевна.

Подростков отправят в городские техникумы. Не факт, что все поступят на бюджетное обучение, потребуется платить за жилье, питание и т. д. «Из десяти выпускников девятого класса – шесть мальчиков. Получается, что в пятнадцать лет они останутся без присмотра. В селе любой человек на улице в случае чего спросит: почему ты не в школе? А в городе как?» – переживает Ирина Васильевна. Системы производственного обучения, при которой 15-летний парень из деревни мог получить место ученика на заводе, общагу и шанс стать квалифицированным рабочим, сейчас не существует. По словам классного руководителя, две семьи, у которых есть еще и младшие дети, задумались о переезде из Аряша.

Безводная аномалия

По словам педагогов, вторым обстоятельством, которое управление образования называет в качестве причины увольнения Елены Морозкиной, стало отсутствие летней оздоровительной площадки при школе. Как говорят учителя, они прошли медосмотр и подготовили документацию, но площадка не может работать, потому что во всем селе нет воды.

Недалеко от Аряша течет река Чардым, из которой качают воду в деревенский водопровод. По словам жителей, каждую весну, в апреле-мае, вода в трубах исчезает, а осенью, в октябре, возвращается. Так происходит в течение 18-20 лет. Причина аномалии неизвестна: то ли падает уровень воды в реке и насос не справляется, то ли увеличивается водоразбор на полив огородов. Какая организация отвечает за работу водопровода, учителя не знают. Как говорит Елена Морозкина, у школы даже нет договора с поставщиком (то есть учебное заведение не платит за эту услугу): «Когда вода есть – мы ей просто пользуемся, когда нет – не пользуемся».

Для домашних нужд воду берут где придется: роют колодцы во дворах, «был такой год, когда зимой, как в блокадном Ленинграде, ходили на речку с санками и ведром, а весной черпали из луж на улице». Школе колодец не помог бы: под землей в Аряше залегает только соленая непитьевая вода, которая не пройдет проверку СЭС. Под окнами стоит армейского вида автоцистерна. В прошлом году здесь по настоянию районных властей испробовали небанальное инженерное решение: автоцистерной привозили воду, ее закачивали в трубы в здании школы, чтобы вода текла из крана. «Бочка прогревается на солнце, в этом году еще и проржавела. Такой водой даже полы мыть нельзя», – говорит Морозкина.

Как отмечают учителя, чиновники очень беспокоятся из-за неработающей площадки, но не упоминают, что в районе не открылся оздоровительный лагерь. Речь о лагере «Чистые ключи», где два года назад утонул мальчик.

Как с крепостными

«Если в школу придет другой директор, в селе появится вода или дороги?» – говорит Ирина Кузнецова. Учителей задело поведение чиновников, которые не встретились с коллективом.

«Если бы с нами поговорили по-человечески, мы бы шумиху не поднимали. На деле получилось так: мы через третьи руки, почти случайно узнали, что нам, оказывается, уже назначили нового директора из Чернышевки. Выяснилось, что это человек без педагогического образования. Женщина только сейчас оканчивает пединститут и сразу становится директором – каково? При этом в нашей школе достаточно учителей, имеющих более высокую квалификацию, согласно приказу есть человек, который становится и. о. директора на время отпуска или больничного. Зачем это волевое решение?» – удивляются педагоги. Недоумевают, почему высокое начальство поступило с ними, как с крепостными: «Хотя в селе много людей коммунистических взглядов, голосуем мы не хуже, чем в стране. И в апреле-мае всем коллективом подали заявления о вступлении в партию. Ну, убеждения у нас такие…»

Через неделю после того, как в селе началось недовольство, и спустя три дня после того, как конфликт выплеснулся в областную прессу, в Аряш наконец приехали представители регионального министерства образования. Педагоги остались довольны встречей. По их словам, чиновники внимательно выслушали мнение коллектива и предложили компромисс: Елена Морозкина уходит с должности директора соответственно своему заявлению, по собственному желанию, при этом она может остаться работать учителем, а нового руководителя назначат с учетом пожеланий учителей из числа работников школы.