Клятва врача? Недействительна!

Оценить
Клятва врача? Недействительна!
Доктор Червяков-Морковкин собственной персоной
Оказать первую медицинскую помощь доктор отказался, сказав, что я «ногу к раковине не задеру»

Вообще-то моя фамилия Алексашина, и вы не раз видели её, если регулярно читаете эту газету. «Укушенная» – это мой статус, к которому пришлось привыкнуть за последнюю неделю. Во вторник вечером меня укусила собака.

Автор: Маша Укушенная

Произошло это на набережной, в районе лодочных баз, где я собирала материал для репортажа, опубликованного на второй странице этого номера. Чья это была псина, я так до конца и не поняла: то ли хозяина одной из лодочных баз, то ли бездомная из стаи.

Я, конечно, с детства наслышанная про 40 уколов в живот или смерть от бешенства, решила, что надо всё-таки обратиться к врачам. Хотя, честно сказать, не очень хотелось. К ним я не ходила уже несколько лет, если не считать флюорографии и сдачи донорской крови. В городе я знаю только два травмпункта – один в Заводском (я там прописана), другой – на Рахова-Московской в поликлинике № 1. А живу я на проспекте Кирова. После происшествия мы с мужем взяли такси и поехали на Московскую – куда поближе.

У меня при себе были все необходимые документы – паспорт и медицинский полис. Но даже не дойдя до кабинета врача, я услышала от одной из медсестер, что если я прописана в Заводском, то туда ехать и надо, так как вакцина «вся записана, и колоть вас здесь не будут». На все мои пояснения, что живу я в центре, внимания не обращали. Я даже расплакалась, не то от обиды, не то от неожиданности. Ведь постоянно нам рассказывают, что каждый сам вправе решать, где ему лечиться. Я решила вернуться и попросить всё-таки объяснить, на каком -таком основании мне не собираются оказывать помощь. Доктору меня представили как «та укушенная». И раз уж он меня знал, то я попросила его тоже представиться. Но он мою просьбу проигнорировал и начал рассказывать, что «бешенство – это смертельное заболевание». Если бы я думала, что бешенство – это как ринит, я бы к доктору не пошла, наверное. Далее последовал второй акт объяснений, что колоть вакцину от бешенства в этом травмпункте мне нельзя, потому что «тут одна серия, а там другая». А также доктор посоветовал нам выследить собаку и наблюдать за ней десять дней: если она не умрет, то и я не умру. Про вакцину мне безымянный доктор тоже рассказал, что нельзя будет пить спиртные напитки и даже газировку.

– Что мне делать сейчас? – спросила я.

– Идите домой и промойте рану проточной водой с самым дешевым мылом, – ответил доктор.

– Вы мне,что, даже йодом помазать не можете её и мыла самого дешевого у вас нет?

– Могу, только вы так ногу высоко не задерете до раковины.

Я еще раз спросила, как доктора зовут. Он ответил: «Морковкин». Потом он еще размахивал руками и кричал на меня, что эти правила придумал не он. Когда я упомянула клятву Гиппократа (это была моя большая ошибка), Морковкин взорвался смехом и заявил, что давал присягу советского врача, а СССР уже 20 лет как нет. Поэтому он никому никаких присяг соблюдать не обязан. Мои документы доктор так ни разу и не посмотрел.

– Вы где живёте? – вдруг спросил он.

– На проспекте Кирова! – говорю.

– Ну, так это не к нам, это во Фрунзенский район.

Прямо как в истории с человеком по имени Авас.

На следующее утро я с трудом дозвонилась до травмпункта и с удивлением узнала, что фамилия дежурившего тогда доктора не Морковкин, а Червяков. Разница не большая, но, согласитесь, есть. Нашла я этого Червякова в соцсети и поняла, что они с Морковкиным – одно лицо. Вечером мы из редакции отправили ссылку на мою историю, изложенную в «Живом журнале», главному врачу этой поликлиники Екатерине Пяткиной. Мы встретились, и она принесла мне официальные извинения. Экспертный совет поликлиники признал действия Червякова некорректными. Также признан факт неоказания первой медицинской помощи, а доктору вынесен выговор. Хотя врач он, по уверениям начальницы, очень хороший, и буквально за день до моего появления спас от смерти женщину. Лично Червяков передо мной, конечно, не извинился и вряд ли признал свою вину. Потому что у каждого своя правда. Впрочем, чего-то я добилась. Главврач обещала закупить сотрудникам бейджи, чтобы пациенты знали своих героев не только в лицо, но и в фамилию и имя-отчество. Если будете в этой клинике в ближайшее время, черкните мне пару строк в какой-нибудь соцсети – ввели бейджи или нет.

Р. S. В итоге помощь мне оказали в травмпункте 2-й Советской больницы без лишних слов и отпирательств. В статусе «укушенной» мне пребывать еще три месяца, так что обзывайтесь на здоровье.