Медведица встала на дыбы

Оценить
Медведица встала на дыбы
Жители Петровска просят президента Владимира Путина очистить реку от мусора

В Петровске и его окрестностях за лето нужно очистить русло реки Медведицы, чтобы в следующем году не повторился сильнейший паводок, пережитый городом нынешней весной. С такой необычной просьбой петровчане обратились к президенту Владимиру Путину. «Вся надежда на Вас, Владимир Владимирович», – говорится в послании, под которым подписались более 400 человек. В весенний паводок в Петровске, по официальной статистике, было подтоплено более 300 домов. Горожане полагают, что на самом деле пострадавших было больше, а местные чиновники пытались приуменьшить размах бедствия, чтобы не рассердить начальство. Как считают жители, причиной половодья стали не только особенности климата, но и заторы на Медведице: русло заилилось, заросло деревьями, забито мусором, и вешним водам некуда уходить.

Уперлись в плотину

Летом Медведица выглядит совсем не грозно, курица вброд перейдет. Русло – не больше трех метров шириной, посередине реки прямо из воды торчат пышные заросли кустов, поверхность затянута ряской. Здесь, в городском парке Петровска, местная жительница Нина Александрова сняла весной ролик для «Ютуб»: видно, как рабочие вываливают в реку полные тачки спиленного сухостоя. Двухметровая гора сучьев и стволов до сих пор лежит под речным обрывом. Нина Ивановна обращалась в природоохранную прокуратуру и областной комитет охраны окружающей среды. Но официальные лица происходящим ничуть не обеспокоились: по их версии, это экологически чистый мусор, который даже полезен для укрепления речного берега.

Нина Ивановна когда-то работала в архитектурном отделе администрации, теперь на пенсии. Освоить интернет-технологии и выучить координаты экологических инстанций пришлось для борьбы за очистку Медведицы. В инициативную группу входят примерно полтора десятка человек, в основном женщины и местный коммунист, издающий оппозиционную газету тиражом 999 экземпляров. Почти десять лет они пишут в инстанции и звонят на горячие линии.

Теперь вот решили просить помощи у Путина: просят его включить Медведицу в федеральную программу очистки малых рек. Каждый день, «после обеда до огорода», женщины ходили по домам и собирали подписи жителей. Набрали 415 штук.

Защитники реки говорят, что «потеряли доверие к местному руководству, устали от лжи и отписок». Как пишут авторы письма, «в эту весну руководство района отрапортовало о полной готовности к весеннему паводку, откровенная ложь нас совершенно унизила». Активисты несколько месяцев добивались встречи с местными чиновниками и депутатами, но те оказывались то «на выезде», то и вовсе «в отпуске».

За пару недель до прихода воды представители группы побывали на плотине, которая когда-то позволяла регулировать уровень воды в реке. «Перед нами открылась ужасающая картина. Плотина вдоль и поперек была забита упавшими деревьями, а за ней лежали тонны мусора на сотни метров. Значит, с осени ничего не было сделано. Куда же идти воде? Вот и случилось то, что должно было случиться», – сообщают президенту.

Вода пришла в начале апреля и, по подсчетам горожан, практически не убывала десять дней. «По телевизору говорили, что затоплено то 23, то 62 дома, а их были уже сотни!» – вспоминают они. Жители уверяют, что реальная работа лодочных переправ, доставка воды и хлеба значительно отличались от телевизионных репортажей, посвященных победе районных чиновников над паводком. «Когда вода уже по грудь стояла, пришли ко мне из администрации, в резиновых костюмах до плеча. Говорят: не звони больше никуда, не жалуйся, ну покажи, где там заторы на реке, мы почистим. Сначала просили: подожди, найдем экскаватор, потом про багры заговорили, да так ничего и не сделали», – вспоминает Александрова.

Плотина забита и сейчас. Из воды торчат облупленные железобетонные ребра, промежутки забиты гнилыми бревнами и пластиковыми бутылками. Вода еле сочится сквозь препятствие: по другую сторону плотины образовалось болото, покрытое желтыми кувшинками и слоем плавучего мусора. Неприхотливые отдыхающие руками разгребают хлам, чтобы освободить себе место для купания. Компания с гордостью демонстрирует свежую находку: в реке обнаружилась целая собачья будка. Говорят, раньше сооружение принадлежало оборонному заводу «Молот», отсюда брали воду для котельной. Пропуск воды можно было регулировать при помощи специальных затворов.

Как говорят горожане, паводок в Петровске случался каждую весну, но разрушительным половодье стало с середины 1990-х. Что именно послужило причиной, жители не знают. Известно, что в это время в городе построили несколько мостов, а в окрестностях проложили крупную автотрассу Саратов – Пенза. Примечательно, что с 1994 года после сооружения дороги Саратов – Тамбов начал регулярно тонуть Аткарск, расположенный ниже по течению Медведицы: оказалось, строители забыли сделать предусмотренный в проекте «сухой мост».

Не «фонтан»

Еще один скандальный ролик на «Ютубе» демонстрирует, как из трубы ливневой канализации в Медведицу хлещет поток фекалий. Жители заметили незаконный сброс в мае. Обратились в саратовские СМИ и областной комитет охраны окружающей среды. Как выяснили лабораторные исследования, показатели содержания химических веществ в воде завышены, то есть из трубы действительно текут не ливневые стоки с улиц, а настоящие канализационные отходы. Однако никого за это не наказали: оказалось, что ливневый коллектор когда-то принадлежал тому же «Молоту», а теперь вроде бы ничейный. Как предположили в природоохранном комитете, это жители сделали самовольные врезки, по которым спускают свои отходы, искать виновных должна полиция.

Сейчас из коллектора течет скромная струйка. Но ясно, что в тридцатиградусное пекло появление дождевых стоков с улиц крайне маловероятно.

Не интернет-ролик, а полноценный фильм ужасов можно снять возле насосной станции: по лесу ползет поток бурой глянцевой жижи, в которой отражаются сплетенные ивы и крапивные заросли. До Медведицы остается метров пятнадцать-двадцать. Коммунист Юрий Соковнин, желая вывести коммунальщиков на чистую воду, устремляется на станцию. На месте только женщина-машинист. Юрий Степанович требует объяснить, что это такое течет в лесу. Машинист вяло отбивается, мол, это не мы, это ливневку прорвало, вот мастер подъедет… Из машинного зала оппозиционер выбегает с торжествующим выражением детектива, нашедшего неопровержимую улику: насос, который должен гнать канализацию на поля фильтрации, отключен. То есть отходы закачивают в бетонные емкости-отстойники, а оттуда жидкость, судя по всему, переливается в лес, к реке.

Дом на воде

В доме Ольги Снеговой спустя два месяца после паводка еще пахнет сыростью. Диван стоит на табуретках, старый шифоньер – на пеньках. Ольга Николаевна приподнимает отклеившийся угол обоев, штукатурка осыпается кусками. Полы вздулись, в зале под картонкой спрятана дыра.

Дом Ольги Снеговой за последние восемнадцать лет затапливало четыре раза. Уровень воды в комнатах составлял 40–70 сантиметров и держался по несколько дней. На это время Ольга Николаевна переселяется к маме. Если вода не заходит в дом, заливая лишь двор и огород (так бывает в «удачные» годы), Снеговая робинзонит: заранее запасает гречку, макароны, хлеб, лекарства и ждет окончания бедствия, ведь без болотных сапог за порог не выйдешь. Некоторые петровчане перед паводком едут в Саратов и в магазинах для рыбаков закупают гидрокостюмы.

Весной нынешнего года, едва река немного отступила, Ольга Николаевна убралась в доме, «чтобы тины не осталось», и еще по колено в воде поспешила в районную администрацию оформлять компенсацию. «Девушка в приемной сказала, что мне нужно в кабинет № 7. Ждала час. Оказалось, там отвечают за воду, но водопроводную. Направили в кабинет № 8. Там говорят, зайдите в № 9. В девятом сказали, что по таким вопросам надо в мэрию. Бегала два часа из одной администрации в другую, наконец записалась на прием к нужному чиновнику. Прихожу назавтра. Сидит нога на ногу, спрашивает важно: ну, сколько вам дать? Семь тысяч хватит?» Для сравнения: один кубометр досок, необходимых для ремонта полов, стоит 6 тысяч рублей.

Пенсия Снеговой (она работала на вредном химическом производстве) – 7 тысяч рублей. Одну тысячу она отдает за кредит: взяла 30 тысяч на пять лет, чтобы сделать опалубку и спасти от затоплений кухню. Две тысячи отсылает сыну, который уехал искать работу в Пензу (когда-то в Петровске были кирпичное производство, птицефабрика, винно-водочный комбинат, завод автозапчастей и огромное секретное предприятие, выпускавшее детали для подводных лодок, теперь от местной промышленности остались в основном воспоминания). Аккуратно оплачивает коммунальные услуги и живет на оставшиеся 2 тысячи.

«Как мне жить дальше, не знаю», – говорит Ольга Николаевна, оглядывая свой испорченный водой дом. Страшнее всего, считает она, что следующей весной Медведица придет снова и уничтожит все попытки ремонта. Но если у государства не хватает денег на очистку реки, пенсионерка готова пожертвовать свою компенсацию.

***

Справка «Газеты недели»

Федеральная программа очистки малых рек действует в регионе уже несколько лет, по подсчетам саратовского комитета охраны окружающей среды, область получает средств в три-четыре раза больше, чем другие регионы. В 2009 году федеральный бюджет выделил 82 миллиона, в 2010-м – 61,4 миллиона, в 2011-м – 56 миллионов, в нынешнем – 57 миллионов рублей. За счет этих субвенций вырубают камыш и тростник, срезают намытые островки и мысы, углубляют дно.

Но Медведица под это финансирование не подпадает, так как это «межсубъектная» река (начинается в Саратовской области, заканчивается в Волгоградской). За подобные водоемы отвечает федеральное агентство водных ресурсов. В середине 2000-х выделялись федеральные средства на очистку полутора километров Медведицы в районе Аткарска: здесь спрямили русло, выкорчевали деревья по берегам, и это облегчило ситуацию с паводком. Работы в районе Петровска за последние десять лет не проводились.