Ум, честь и совесть энергетиков

Оценить
Ум, честь и совесть энергетиков
В единой энергетической системе главная ответственность лежит на диспетчерах

В минувшую пятницу мы узнали, что энергетика – очень сложная штука. В наследство нашей области досталась самая избыточная генерация в стране. А вот потребление электроэнергии хромает. Вырабатывая около 6 тысяч мегаватт, потребляем мы менее двух тысяч.

«Ситуация зависит от потребителя. Если потребителей много – заводы, фабрики, – это не важно, значит в регионе хороший инвестиционный климат. Но в Саратовской области в последние годы бытовое потребление растет сильнее, чем промышленное», – говорил журналистам директор саратовского филиала ОАО «СО ЕЭС» Алексей Бондарев.

А ответственный за промышленность и энергетику министр Сергей Лисовский рассказывал, что его в Москве на днях нашли из приемной губернатора. Нужно было срочно решать вопрос электроснабжения села Хмелевка в Саратовском районе. Система вышла из строя из-за короткого замыкания. Администрация села не шевельнула пальцем, чтобы отправить заявку на ремонт. Обеспокоенные отсутствием электричества жители «нашли» Лисовского. Под министерским административным контролем была составлена заявка, и к 11 ночи свет дали. Это был отрицательный пример работы над надежностью электроснабжения. Положительный журналистам показали на месте.

Внимание, внимание, внимание

Наша жизнь так плотно связана с электричеством, что не хватает воображения представить, что же будет, если сложнейшая система его выработки и подачи вдруг выйдет из строя. Обесточенный город – это погасшие компьютеры. Это отключенные кассовые аппараты, обесточенный электротранспорт, остановившиеся лифты, молчащие телефоны… Директор саратовского филиала ОАО «СО ЕЭС» Алексей Бондарев кусочек этого «счастья» ухватил. В 90-е годы он работал в диспетчерской, управляющей энергетикой Казахстана. И однажды система вышла из строя часов на 12. А Казахстан, кроме всего прочего, – это еще и шахты, в которые воздух гонят с помощью электроэнергии.

– Это были сложные годы, – вспоминал по просьбе журналистов Алексей Васильевич. – Рыночные механизмы в Казахстане опережали технологические возможности. Были риски потери управляемости. Все хотели зарабатывать деньги. В Российской Федерации в основу реформы электроэнергетики заложили в первую очередь надежность. И поэтому в России не было крупных аварий. Московская в 2005 году ликвидировалась очень быстро и была просто несопоставима по масштабам с теми, что случались в последние десятилетия в других странах.

– И всё это надежное, зримое, вечное придумал Чубайс? – вспомнили мы ненавистного большинству российских людей руководителя РАО «ЕЭС России». Наши авторитетные экскурсоводы рассмеялись, но согласились, что «начало реформы было положено им».

Реформа энергетики началась в 2002 году с образования системного оператора, которому предстояло обеспечивать надежность энергообеспечения потребителей. Диспетчеры в стране были. Новые диспетчерские управления создавались на базе диспетчерских служб региональных АО-энерго, выделяясь из них. Независимость диспетчерскому подразделению ЕЭС России была нужна для того, чтобы изолировать технологическое управление от любой из сфер электроэнергетики. Потому что будущим самостоятельным генерирующим компаниям предстояло думать о прибыли, будущие распределительные сетевые компании подозревались в желании обойтись минимальными инвестициями в свое хозяйство, будущие сбытовые страховались на случай сговоров с хорошими покупателями и отместки тем, кто не приглянулся.

– Управление в электроэнергетике стоит на двух ногах, – заверяет нас Алексей Бондарев. – Мы должны всегда помнить о надежности и не забывать об экономических рычагах. Все наши команды по управлению режимами должны быть максимально обоснованными для субъектов рынка. Командами диспетчера обеспечивается баланс между производством и потреблением электрической энергии. Мы загружаем и разгружаем объекты генерации и объекты сетевого комплекса.

– Тонкость в том, что всё происходит не в рамках нашей региональной системы, а в рамках ЕЭС России, – вступает в разговор заместитель Бондарева, главный диспетчер Валерий Луничкин. – Есть большая модель, где восемь раз в сутки происходит перерасчет спроса и предложения. И диспетчеру приходят определенные индикаторы, по которым он загружает ту или иную станцию в зависимости от ее цены. Это происходит по всем регионам. Так устроена энергосистема.

От сложности устройства энергосистемы и от важности задания ежеминутно тонко настраивать ее не сойти с ума могут только настоящие высококлассные спецы. Их на самом деле в России по пальцам можно пересчитать. Нашего главного Луничкина, за плечами которого богатейший опыт и дореформенной, и реформированной диспетчерской работы, в Москву звали неоднократно. Но он из саратовских патриотов. И никуда не уедет, даже если здешний заработок будет в разы меньшим. Но на самом деле начальство зарплатную мотивацию чтит, опасаясь оттока кадров.

– Суммарная генерация ТЭЦ составляет 530 МВт. Текущая нагрузка Саратовкой ГЭС – 500 МВт, Балаковской атомной – 4030 МВт. Отклонений по частоте нет. Уровни напряжения в пределах графика. Замечаний по работе электростанций и сетей нет, – рапортовал старший диспетчер Сергей Горюнов министру промышленности Сергею Лисовскому. Дисциплина на территории системного оператора была почти военная. И рапорты начальству тут в порядке вещей. Входит начальник – диспетчер встает и отчитывается по заранее определенным параметрам.

– Плановые переключения на потребителях не сказываются? – спросил спецов намеренно «для журналистов» министр. Спецы твердо заявили, что «переключения готовятся так, чтобы избежать отключения потребителей».

На стене диспетчерской висела огромная живая схема, где множество линий чертили путь электрической энергии. Потребление постоянно менялось. Нарастало ближе к полудню. Пик в последние две недели приходится на два часа дня – жара, кондиционеры. Летний максимум уже приближается к зимним значениям и составляет 1700 МВт.

Перед схемой располагаются рабочие места старшего и дежурного диспетчера. Здесь компьютеры, трубки. Все энергообъекты заведены на прямую связь в эту комнату. Текущее состояние системы и все параметры всех объектов видны в режиме онлайн. Спецы говорят, что автоматическая звуковая сигнализация подсказывает диспетчеру то, что не доглядел глазом. За спиной шкаф с кипами инструкций, которые диспетчер должен знать наизусть – «потому как процессы настолько быстры, что подчитать не получится». Смена длится 12 часов. Никаких тебе «пауков» и «косынок» на рабочем столе, никаких отвлечений. Ввод для флешки заблокирован. Всё строго. Это стратегически важный для страны объект. И министр Лисовский привез сюда журналистов, чтобы они увидели, поняли и рассказали читателям про непростой диспетчерский труд. А сам вручил за него руководителю благодарственное письмо по случаю десятилетия со дня основания службы и пошел проводить рабочее совещание.

ЛЭП-500 не простая линия

Совещание было посвящено строительству новых объектов. Министр Лисовский немножко рассказал журналистам о том, что в третьем квартале вступает в строй действующих крупнейший сетевой объект – линия 500 киловольт «БАЭС-Курдюм». Он поможет выводить мощности Балаковской атомной станции. Курдюм является тем узлом, через который дальше эта электроэнергия пойдет на Фролово в Волгоградскую область и дальше на Ростов. Кроме того, эта линия позволит повысить надежность нашей региональной электросистемы. От нее будет запитываться правобережная часть. Например, Усовка, Чардым сейчас испытывают недостаток мощностей из-за интенсивного строительства дачных объектов. Следующий объект – высоковольтная линия «БАЭС-Ключики» с выходом на Пензу.

– А хватит ли мощности Балаковской атомной на все эти новые ЛЭП? – попытались выпытать у министра журналисты. – Не придется ли нам потом строить новый блок?

– Есть такая проблема, и ее будем обсуждать. Но нужны глубокие расчеты, – уклончиво ответил министр, свернув на то, что схемы программ развития обсуждаются постоянно. И формируются сначала на пять лет – это самый главный период прогнозирования. А потом каждый год корректировка. – Сейчас действует программа на 2011–2016 годы. Мы заканчиваем работать над программой 2012–2017 гг., потом будет на 2013–2018 гг. Под новые потребности потребителя мы должны готовить и генерацию, и линии передач.

Пока избыток мощностей передается в соседние энергосистемы Пензенской, Волгоградской, Самарской и Ульяновской областей. Журналистам было очень трудно понять тонкости продажи товара, который невозможно складировать и как-то компенсировать. Это тебе даже не газ, который тоже не видно, но который можно закачивать в подземные хранилища, а потом оттуда забирать. Электроэнергии нужно вырабатывать в любой момент столько, сколько потребляется. В этом искусство диспетчерской работы. Поэтому и прогнозирование здесь многоступенчатое – на пять лет, на год, на квартал, на месяц, на неделю, на каждый день и на каждый час.

«Часто в суд на вас подают потребители-производители?» – спрашиваем у директора. Отвечает, что «в Саратовской области не было ни разу», хотя «ошибки рассматриваются под микроскопом». «Цена вашей ошибки очень высокая, – сказал, награждая коллектив из 90 спецов, министр Лисовский. – Но в последнее время ошибок не было».

Принудительная синхронизация

В 2009 году правительство России приняло постановление, в соответствии с которым региональные министерства промышленности и энергетики получили право согласовывать программы предприятий энергетического комплекса. Начиная от атомной станции и кончая мелкими сетевиками, обслуживающими несколько километров сетей. «Сделано это с глубоким умыслом, – сказал Сергей Михайлович. – То, что мы согласовали по потребителям с регулятором, мы должны заложить в инвестиционные программы. Или проконтролировать, чтобы было заложено».

Те субъекты электроэнергетики, где нет доли государства, под жесткий контроль законодательно не подпадают. Но руководство области предупреждает их: встраивайтесь, и только тогда всё у вас пойдет нормально. Постановление наполнено такими строгостями, что даже такой монополист, как Российские железные дороги, вынуждено согласовывать свои инвестиционные программы по электрохозяйству с министерством.

– Энергетика должна развиваться непрерывно, потому что растет потребление, – говорил журналистам Алексей Бондарев. – Энерговооруженность населения растет. Узлы нагрузки сосредоточены в основном в городах. И схема перспективного развития энергетики это учитывает. Она должна отталкиваться от стратегии развития региона. Мы владеем технологией перспективных расчетов и поэтому участвуем в составлении планов. Мы заранее предупреждаем, что вот здесь будет дефицит, и надо строить либо станцию, либо линию.