Главное оружие 21 века

Оценить
Главное оружие 21 века
В руках сотрудников ГИБДД шариковая ручка приобретает огромную разрушительную силу, особенно если её дополнить эвакуатором и штрафной стоянкой

На улице светит солнце. Время суток, что называется, обеденное. Спешу из областной думы к своей оставленной на Радищева машине. Обхожу громадный белый «Лексус», припаркованный прямо у памятника Столыпину. Вокруг понатыкано много машин, но такой наглости – заехать чуть ли не на самый постамент – набрался пока только водитель «японки». Пересекаю Московскую.

Протискиваюсь между стоящим на тротуаре внедорожником «Тойота» и гнутым серебристым забором, вот уже который месяц закрывающим непонятные раскопки на отрезке Радищева между Московской и Кутякова. «Это же надо так умудриться машину поставить. Совести у людей нет!» – возмущается идущая мимо бабулька. «Угу», – соглашаюсь я с ней.

Пролетаю дальше и понимаю, что моей машины нет. «Может, просмотрела?» – обнадёживающе спрашиваю сама себя и возвращаюсь обратно. Вся улица плотно заставлена машинами, но моей среди них не видно. «Эвакуатор увёз», – озаряет догадка.

Со мной такое впервые. Что делать, куда звонить – не знаю. Подумав, звоню в городскую автоинспекцию. На том конце трубки звучит милейший голос. Это был первый и последний на тот день воспитанный сотрудник ГИБДД, с которым получилось пообщаться. Описываю ему ситуацию. Уточнив номер машины, мне объясняют, как действовать далее.

Получить копию протокола о задержании, съездить в ГИБДД Кировского района на Университетскую, поставить там на этот самый протокол печать и заплатить 300 рублей штрафа за то, что оставила машину под знаком «Остановка запрещена». После подобных манипуляций можно ехать забирать свою ласточку со спецстоянки. «Копию протокола о задержании можно получить возле часовни у Театральной площади, там сейчас стоит машина составившего протокол инспектора, – информирует вежливый голос. И предупреждает: – Только вы быстрее идите, у нас ребята шустрые, раз – и уедут куда-нибудь».

Вперёд, за «полюсом ОСАГО»!

Невежливый инспектор у часовни отправил меня искать ксерокс, чтобы сделать копию протокола. Мои права он предусмотрительно оставил у себя. Когда я вернулась, гаишник важно отчитывал владельца дорогой иномарки за грязные номера. Чтобы было понятно, откуда у полицейского взялась смелость, добавлю: регион приписки у джипа был не саратовский.

На Университетскую меня привёз папа. Понаблюдав за тем, как делаются дела, он решил сопровождать меня до победного конца. Забегая вперёд, сообщаю: конец наступил в девять вечера. А началась эпопея в два дня.

В ГИБДД Кировского района мне не повезло. Во-первых, я с трудом вошла в здание. Ведущие в него ступени не чистили, видимо, с самого первого снега, поэтому они превратились в обледенелую горку. Одолеть её стоило больших усилий. Ещё сложнее было потом с этой горки спускаться. Если не вцепиться в находящийся сбоку поручень, можно кубарем скатиться вниз. Во-вторых, разрешения на выдачу машины в связи с устранением причины задержания я не получила.

Так как работающие на первом этаже гаишники тщательно отгородились от мира железной дверью с кодовым замком, люди по незнанию поднимались сразу на второй этаж. Там, отстояв очередь и узнав, что вопросы их решают ниже, спускались обратно. В число ходящих туда-сюда попала и я. Пока ждала аудиенции, прочитала, что всем, кто хочет вызволить свою машину со штрафной стоянки, нужно при себе иметь: водительское удостоверение, копию протокола о задержании и «полюс ОСАГО». На первом этаже сотрудники оказались грамотнее, там «ю» карандашом исправили на «и». Так как мой полис находился в бардачке, пришлось ехать на штрафстоянку, забирать его из машины.

Ехали долго – машину мою укатили в самый конец Заводского района на Крымскую улицу. Там под штрафтоянку арендован небольшой кусок обычной стоянки.

Захожу в сторожку. Объясняю ситуацию с полисом в бардачке. Сидящая в помещении парочка оживляется. Сочувствует. Рассказывают, что их машину тоже забрали. После чего товарищи по несчастью «радуют»: «Чтобы вернуть авто, придётся заплатить четыре тысячи рублей за работу эвакуатора». Пока я перевариваю информацию, сторож разрешает мне забрать полис. Авто моё было не опечатано. Поэтому распечатывать, как полагается в таких случаях, а потом запечатывать заново его никто, разумеется, не стал.

Забрали полис, еле плетёмся по пробкам в отделение ГИБДД по городу Саратову на Соколовую, так как печать, оттиск которой необходим на копии протокола о задержании, после пяти вечера перевозят туда. Сидящий за стеклом дежурный, указывая на гаишника с автоматом, говорит: «Путь он вам штраф выпишет». Послушно подхожу к тому, на кого пальцем ткнули. Инспектор начинает выделываться, мол, кто вам сказал ко мне обратиться. Объясняю. Тогда он неохотно идёт за бланками.

Пока он пишет, наблюдаю дивную картину: один сотрудник ГИБДД заполняет какой-то журнал, второй, готовясь делать то же самое, просит у того ручку. На погоны я не смотрела, но по тону первого поняла – тот главнее. «Как же ты мог забыть своё главное оружие? Чем ты протоколы заполняешь?» – отчитывает он товарища по работе.

Вот оно как, оказывается, врут анекдоты, не полосатый жезл – главное оружие автоинспектора, а шариковая ручка. Выписывающий мне штраф, услышав перепалку, любезно предложил коллеге ручку. «Что, не мог раньше дать?» – огрызнулся тот и, поставив в журнале закорючку, удалился.

Тут пришли в отделение люди из сторожки со штрафстоянки. Сказали, что четыре тысячи владельцу эвакуатора отдали. На мой вопрос, выписали ли им какую-либо квитанцию, ответили отрицательно. «Это же незаконно», – возмущаюсь я. «А что поделать, машину-то надо забрать. А то за вторые сутки плата пойдёт, сотня в час, – отвечает мужчина. И тихонько добавляет: – Тут ничего не поделаешь, тут, говорят, долю уж больно высокопоставленные лица имеют». «А это законно – брать деньги за эвакуацию?» – спрашиваю я гаишника с автоматом. «А это не наше дело», – хитро щурясь, отвечает он.

Немного постояв, мечтательно говорю, что, наверное, самые выгодные в такой ситуации машины – те, что с автоматической коробкой передач, такие эвакуатор не забирает. «Мы все забираем!» – возражает автоинспектор. «А за чей счёт потом чинят машины, если их повредили? За ваш?» – наивно вопрошаю я. «Ага. Да, прям. За ваш!» – с вызовом заявляет собеседник.

Оплатив там же в отделении штраф и получив заветное разрешение на выдачу транспортного средства, едем в Заводской. Пробка рассасываться не спешит. В итоге дорога занимает часа два, не меньше. Всё моё пылкое стремление разузнать об эвакуаторщиках побольше и выяснить, кто за ними стоит, остужает банальная усталость. Планы вызвать полицию или позвонить в прокуратуру, сообщив, что на штрафстоянке с меня вымогают взятку, тают.

Деньги сейчас, чек – на следующей неделе

Приезжаем на место, ждём некоего Артёма Калабухова, который, по словам сторожа, заведует штрафстоянкой и которому мы должны заплатить за свободу моей машины четыре тысячи рублей. Стоим на улице, болтаем. Сторож, милейший человек, показывая на закуток, занимаемый спецстоянкой, рассказывает, что машины, припаркованные с нарушениями, привозят сюда регулярно. Потом показывает на стоящие в углу «шестёрки» и одну грузовую «Газель», обитающие здесь уже несколько месяцев. Объясняет, что забрали их у пьяных водителей, и, скорее всего, отправятся эти авто на металлолом, потому как хозяевам легче теперь купить новую машину, чем выкупить старую. Неожиданно приезжает компания. Хотят вернуть одну из таких «шестёрок». Калабухова мы ждём теперь все вместе.

Вскоре на стоянку влетает тонированная «в хлам» четырнадцатая и, сделав резкий поворот, останавливается у сторожки. Из неё выходит молодой человек. Тот самый нужный нам Артём Калабухов. Так как мы просим выписать нам за услуги эвакуатора чек, он сначала разбирается с компанией. Дело решают быстро.

Подходит наша очередь. Говорю: «Четыре тысячи заплатить готова, но нужна квитанция». «Чтобы квитанция была, вам нужно было чуть пораньше приехать, потому что у нас оплата через банк, а банки уже, вы сами знаете, закрыты. Вы бы сразу позвонили и мы бы вам дали реквизиты, а так, если квитанция нужна, вы можете попасть на штрафные часы, банки же только завтра открываются, а после 12 оплата пойдёт 100 рублей в час», – подробно объясняет молодой человек.

Пытаясь выяснить, на каком основании с меня пытаются взять деньги, вспоминаю советы попавших в такую же ситуацию людей, рекомендующих напомнить любителям быстрой наживы о постановлении правительства № 759 «Об утверждении правил задержания транспортного средства, помещения его на стоянку, хранения, а также запрещения эксплуатации». Там чёрным по белому написано, что плата за перемещение и первые сутки пребывания транспортного средства на специализированной стоянке не взимается.

В ответ на моё заявление молодой человек смеётся. «Во-первых, у нас стоянка частная». «У вас договор с ГАИ?» – спрашиваю я. «Конечно», – отвечает собеседник и указывает на стену. Там действительно висит некий договор № 107 «О взаимодействии должностных лиц органов внутренних дел РФ с ответственными за хранение транспортных средств на специализированной стоянке и их выдачу». Подписан он 9 февраля 2011 года. Органы внутренних дел в договоре представляет начальник УВД по городу Саратову А. Н. Дураков. Организацию, ответственную за хранение транспортных средств, – генеральный директор ООО «Городская специализированная стоянка» некий Александр Викторович. К сожалению, фамилию гражданина мой смартфон, на который я фотографировала договор, не захватил.

Молодой человек также сообщает, что у организации имеется договор с администрацией. Объяснения прерывает проходящий мимо сторож, который задел брюки нашего собеседника. «Аккуратнее, это «Армани», а не «Пума», – возмущается молодой человек. После чего продолжает: – Следующий момент. У нас в Госдуме зарегистрирован вот этот прейскурант цен о том, что за эвакуацию четыре тысячи берётся. Первые сутки по штрафным часам бесплатно. За вторые стуки идёт уже каждый час 100 рублей».

На стене сторожки, действительно, висит прейскурант. В нём расписаны цены на услуги, оказываемые ООО «Городская специализированная стоянка». Погрузка-разгрузка транспортного средства стоит 500 рублей, перевозка его на автостоянку 3500. Подписан прейскурант гендиректором того самого ООО Д. А. Волковым. Как видно, инициалы «Д. А.» совершенно не совпадают с именем и отчеством человека, заключившего в январе прошлого года договор с Дураковым. Хотя оба этих человека значатся генеральными директорами «Городской специализированной стоянки».

«Если вам нужен чек, то я на следующей неделе вам могу сделать чек», – любезно сообщает Калабухов. Он предлагает встретиться у Заводской администрации, после чего вместе сходить в банк.

Перед тем как отдать деньги, мы просим написать расписку. Молодой человек сделать это отказывается. Тогда мы спрашиваем, какое отношение он имеет к «Городской специализированной стоянке». Калабухов сообщает, что он является директором ООО. На замечание, что в прейскуранте обозначен совершенно другой человек, собеседник замечает, что тот директор номинальный, он же директор реальный. На этом наше общение заканчивается.

Почему-то кажется, что молодой человек по фамилии Калабухов собирает деньги не для себя, а кого-то высоко сидящего (или сидящих). После происшествия не покидает меня вот какая фантазия: увозят наши машины с улиц не из благих побуждений, а с целью потуже набить чей-то карман. Не иначе.

Поэтому прошу считать опубликованный материал официальным обращением в прокуратуру города Саратова, в управление внутренних дел города Саратова, в администрацию города Саратова.

Напоследок хотелось бы обратиться к сотрудникам ГИБДД. Напомнить им, что они такие же люди, как и все остальные, – не лучше, не хуже. И попросить не вымещать недовольство своей жизнью и работой на других. Гаишники, будьте человечнее. Это не сложно!