Наднациональное и интегрирующее

Оценить
Наднациональное и интегрирующее
Пока из сопредельных стран в Россию едут в основном работники низкой квалификации, согласные почти на любые заработки
Курс на евразийское партнёрство, обозначенный Владимиром Путиным, отнюдь не нов, так что сторонники у него давно имеются

В начале минувшей недели – через несколько дней после того, как была снята тайна с вопроса, пойдёт ли Владимир Путин в президенты – премьер-министр обозначил свой будущий президентский курс. Его главная идея – масштабный интеграционный проект под названием Евразийский союз.

Разворот подготовили Люся Шлёпкина, Дина Болгова

Евразийцам на радость

Премьер опубликовал в «Известиях» статью о том, как было бы хорошо создать «мощное наднациональное объединение, способное стать одним из полюсов современного мира».

Первым шагом к появлению новой интеграционной структуры стал заработавший чуть более года назад Таможенный союз. Пока в него вошли только три страны – Россия, Белоруссия и Казахстан. Касаемо остальных стран известно, что в Таджикистане о возможном присоединении к структуре думают, в Кыргызстане на это почти решились, Украина вступать в Таможенный союз отказалась.

Следующим шагом было создание единого экономического пространства между Россией, Белоруссией и Казахстаном. Стартует ЕЭП в начале будущего года. Идея о формировании подобного пространства была озвучена ещё в 2003 году. Тогда желание поучаствовать изъявляла и Украина.

Идея евразийской интеграции, разрабатываемая в последнее время, не нова. В 20-е годы прошлого века в среде русской эмиграции было положено начало философско-политическому движению, названному «евразийство». Евразийцы считали, что России нечего делать в Европе, что страна должна повернуться в сторону восточных начал и захлопнуть когда-то отворённое ПетромIокно на Запад.

В наше время идею Евразийского союза первым озвучил президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Случилось это в 1994 году. Союз должен был объединить политическое, экономическое, таможенное, военное, гуманитарное и культурное пространство входящих в него государств. Предполагалось, что в союз войдут пять республик бывшего СССР. Это Россия, Белоруссия, Казахстан, Таджикистан и Киргизия. В дальнейшем к нему могли бы присоединиться Узбекистан, Армения, а возможно, и Украина. В числе потенциальных партёров упоминались частично признанные государства Абхазия и Южная Осетия. А также непризнанные государства Приднестровье и Нагорно-Карабахская республика.

После этого о проекте не вспоминали. Вернуться к идее масштабной интеграции решили на саммите ЕвроАзЭС в 2010 году.

Не старший брат, а равноценный партнёр

Президент ассоциации поволжских казахов Владимир Ташпековсчитает, что идея интеграции и с экономической, и с политической точки зрения рациональная и благая. «Период полураспада прошёл. Народы, думаю, к конфедерации готовы», – отмечает Ташпеков. Но при этом подчёркивает, что «сохранение экономического и политического суверенитетов всех стран – участниц будущего союза является важной составляющей его эффективной работы».

Что касается претензий, высказываемых по вопросу равноправия членства в союзе, Ташпеков придерживается следующего мнения: «Экономики России, Белоруссии и Казахстана несопоставимы. Главенствовать должна Россия, которая будет исполнять роль не старшего брата, а равноценного партнёра».

Преимуществ, которыми смогут воспользоваться три названных премьером государства, интегрированные в единый союз, по словам Ташпекова, много. Так, Россия добавит структуре статусности, поскольку «несмотря ни на что Россия остаётся великой державой». Ещё наша страна вместе с Казахстаном будут отвечать за сырьё и энергоносители, которые «по хорошим ценам» сможет приобретать Белоруссия. С помощью прекрасно развитой у братьев-славян лёгкой промышленности, быть может, получится поставить заслон наводнившему всё и вся китайскому ширпотребу, надеется Ташпеков.

Он считает, что будущим предпринимателям интеграция с Казахстаном должна прийтись по душе, ведь в этой стране гораздо легче начать собственное дело, потому что там меньше барьеров.

«Если Евразийский союз покажет хороший результат, он станет примером для остальных. Та же Молдавия будет стремиться в союз Евразийский, а не в Европейский, как сейчас. Ведь все понимают, что в Евросоюз эту беднейшую страну постсоветского пространства просто не примут. Пример с Грецией отрезвил подходы к приёму новых членов Евросоюза», – уверен наш собеседник.

Что касается первой ступеньки по созданию Евразийского союза, союза таможенного, то от его внедрения Ташпеков пока не в восторге. «К сожалению, пока плюсов от Таможенного союза я не почувствовал. В Казахстане он очень больно ударяет по мелкому бизнесу, который может не выдержать конкуренции. Зайдите в любой магазин Актюбинска или Уральска – 60 процентов товаров в них из России. Российские продукты дешевле, они вытесняют местные».

О местных и «понаехавших»

Основой для формирования Европейского союза было свободное обращение трудовых ресурсов. Таким же образом решили поступить и в случае с евразийской интеграцией. Гражданам обещают снятие миграционных, пограничных и прочих барьеров. Отмены будут и трудовые квоты. Всё это означает, что никто не сможет помешать людям выбирать, где им жить, получать образование и трудиться.

Доцент кафедры экономической географии географического факультета СГУ Светлана Уставщиковаобъясняет, что снятие миграционных барьеров нужно рассматривать с разных сторон – и с положительной, и с отрицательной. «Считается, что в другую страну приезжают либо высококвалифицированные специалисты, которые не могут найти работу и достойную зарплату на родине, либо наоборот – неквалифицированные», – говорит кандидат географических наук. И те, и другие могут обострить конкуренцию на рынке труда того города или региона, куда они прибыли, и вызвать социальную напряжённость. Чтобы этого не случилось, по словам Уставщиковой, необходима эффективная работа чиновников и грамотная миграционная политика на местах.

Ещё одна проблема, с которой могут столкнуться жители евразийской интеграции, – это межнациональные конфликты. «Но у нас есть опыт Советского Союза, мы же уже жили когда-то все вместе, поэтому я думаю, что в конечном итоге разум в отношениях возобладает», – надеется Уставщикова.

Наша собеседница отмечает, что самой притягательной страной для трудовых мигрантов из Казахстана, а также Таджикистана и Узбекистана, которые, быть может, захотят присоединиться к Евразийскому союзу, станет Россия. И это ни кому не повредит, уверена она: «В настоящее время демографическая ситуация в этих странах такова, что они могут безболезненно какое-то время поставлять мигрантов к нам. И это даже будет им экономической помощью. А потом, мигранты, которые прибывают в более развитую страну, они тоже учатся. Учатся работать на новых производствах, новым технологиям, языку. Если при каких-то обстоятельствах они вернутся к себе в страну, то это опять же обернётся плюсом для их родины». Кстати, Уставщикова не исключает и другой возможности: если в Казахстане россиянам предложат более выгодные условия работы и высокие зарплаты, они с удовольствием поедут туда трудиться. Ведь и сегодня у соседей уже работает значительное количество наших соотечественников.

«Эту ситуацию стоит рассматривать с позитивной точки зрения, так как трудовая миграция россиян должна стимулировать государство на создание новых рабочих мест для специалистов и повышения им заработной платы. Вопрос утечки мозгов за рубеж, кстати, недавно поднимали на экономическом форуме в Москве. Тогда Путин ответил, что государству нужно ещё очень много работать над решением этого вопроса – созданием лучших, чем за границей, условий труда», – отметила Уставщикова.

Что касается самой идеи создания Евразийского союза, то наша собеседница её полностью поддерживает. «В любом случае интеграция – это хорошо. Лучше, если наша страна будет представляться вместе с другими странами единым большим блоком. Самодостаточные Соединённые Штаты же тоже работают в связке с Канадой и Мексикой», – подытожила Уставщикова.

«А потянем ли?» – должны спросить себя кандидаты

Единое экономическое пространство между Белоруссией, Казахстаном и Россией, по словам Путина, бизнесменам сулит только выгоду. Например, любая компания сможет пользоваться всеми преимуществами отечественного производителя трёх государств, включая доступ к госзаказам и контрактам. Ещё один плюс – борьба за предпринимателя. Каждый российский, казахстанский, белорусский бизнесмен получит право выбирать, в какой из стран ему регистрировать свою фирму, где вести дела, где заниматься таможенным оформлением грузов. Борьба юрисдикций, пишет премьер-министр в своём тексте, поможет в борьбе с бюрократией, в совершенствовании рыночных институтов и административных процедур, позволит улучшить деловой и инвестиционный климат стран.

Идею подобной экономической интеграции поддерживает саратовский предприниматель Максим Бычков. «Опыт ЕС показывает, что таким образом упрощается ряд бюрократических механизмов, которые снижают издержки. Для потребителя это важно тем, что сказывается на стоимости и качестве товаров. А увеличение количества игроков на рынке усилит конкуренцию, борьбу за клиента. Для того чтобы остаться конкурентоспособным, компаниям необходимо будет улучшать свои товары и услуги, предлагать лучшую цену», – отмечает Бычков. И прогнозирует, что «эффективность подобных преобразований будет оценена довольно быстро, достигнутый результат можно будет измерить».

Что касается открытости проекта под названием Евразийский союз и гаданий на тему его будущих возможных членов, то Бычков напоминает известную всем истину: главное – не количество, а качество.«Иначе, кроме движения капиталов, мы можем получить огромный поток мигрантов, наркотиков, низкокачественной продукции», – предостерегает бизнесмен. Он уверен, что на первом месте должны быть национальные интересы, вопросы безопасности государства и каждого гражданина.

«Подобная интеграция не должна навредить или стать дополнительно бюрократической надстройкой, пусть даже надгосударственной, со своими органами управления, контроля и решения спорных ситуаций. Для этого необходимо учитывать опыт всех тех интеграционных образований, которые уже прошли этот путь», – отмечает Бычков.

Многие эксперты, рассуждая над идеей создания Евразийского союза, приходят к выводу, что равноправной интеграции, как ни крути, не получится. И Россия будет в любом случае доминировать.И если вдруг экономика Белоруссии начнёт буксовать, то спасать её придётся именно Российской Федерации, ведь Казахстан не настолько силён. И большинство задаются вопросом: «Оно нам надо? Может, лучше порядки в своей стране навести, чем интегрироваться и отвечать за кого-то ещё?»

Конечно, все понимают, что экономика государств-соседей различна, и конечно же, не хочется, чтобы Россия расходовала свои внутренние ресурсы на то, чтобы «подтягивать» остальных вступивших в Евразийский союз, ведь у нашей страны много своих внутренних проблем, которые необходимо решать в первую очередь, замечает Бычков. По мнению предпринимателя, чтобы хоть как-то обезопасить будущих участников интеграции от благотворительности по отношению к более слабым партнёрам, нужно заранее установить определённые правила поведения, которым необходимо соответствовать. «Очень важно, чтобы все условия были обговорены изначально, с учётом опыта ЕС, а государства, которые пожелают присоединиться в дальнейшем, реально бы оценивали возможность своего участия», – резюмирует Бычков.

***

Александр Ульянов, долгое время возглавлявший министерство экономического развития и торговли Саратовской области:

НАСКОЛЬКО СЛАЖЕННО УДАСТСЯ ДЕЙСТВОВАТЬ – ЭТО ЕЩЁ ВОПРОС

– Думаю, Евразийский союз если и создастся, то долгое время будет существовать только на бумаге. Россию с Казахстаном и Беларуссией сегодня многое связывает, у нас много общего. Например, товарооборот, культурный обмен, одинаковые трудности перехода к рыночной экономике.

В рамках единого экономического пространства, о котором говорит Владимир Путин, все три государства, взаимно дополняя друг друга, могли бы более успешно встроиться в мировую экономику, найти своё место в процессе глобализации, повысить уровень и качество жизни населения наших стран.

Вполне возможно, сработает и идея премьера о «конкуренции юрисдикций», когда российские, белорусские, казахстанские предприниматели могут выбирать, в какой из трёх стран им регистрировать свой бизнес, где вести дела. В любом случае такая конкуренция может дать толчок к развитию предпринимательства во всех трёх странах.

Но вот рассуждение Путина о «сложении природных ресурсов, капиталов, сильного человеческого потенциала», которое должно, по расчётам премьера, позволить Евразийскому союзу быть конкурентоспособным, я бы оценил как косвенное признание слабости и неконкурентоспособности экономик наших стран. Если расставить рейтинги в этом соревновании относительно самого Евразийского союза, первое место я бы отдал Казахстану. Но втроём, несомненно, мы будем сильнее. Правда, насколько слаженно удастся действовать – это ещё вопрос. Во всяком случае уже существующий союз с Белоруссией, на мой взгляд, не дал ожидаемого результата.

Полагаю, что проект создания единого экономического пространства между Россией, Белоруссией и Казахстаном подразумевает введение единой валюты. Общая валюта Евразийскому союзу действительно будет нужна. Но в Союзе с Белоруссией договориться по этому вопросу не удалось. И проблема тут не в том, какой должна быть эта валюта, а в том, кто будет проводить эмиссию. С Белоруссией единый рубль создать не удалось потому, что Россия хотела быть единственным эмитентом и единолично контролировать эмиссию. Белоруссию это не устроило. Сомневаюсь, что договориться удастся и в Евразийском союзе.

Доллар выпускает, естественно, США, а евро – все страны Евросоюза. Это можно увидеть на монетах (евроцентах) – они разных стран. Фактически эмитентом евро является специально созданный Центральный европейский банк. Но инициатором эмиссии может выступать любое государство.

***

Виктор Марков, депутат Саратовской городской думы:

ПРИ НЫНЕШНЕМ РУКОВОДСТВЕ ПОКА ДЕЗИНТЕГРАЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

– Виктор Константинович, что вы скажете о «союзной» идее?

– Создание Евразийского союза – это тема будущей президентской кампании Путина. Программа эта будет строиться вокруг желания быть сверхдержавой и возобновления связи с бывшими союзными республиками.

Вообще сегодня существует довольно много разных интеграционных структур, но как-то не особо они работают. К Таможенному союзу другие страны присоединяться не спешат. От СНГ потихоньку откалываются бывшие республики. Не знаю, что ещё для реальной интеграции можно предложить, всё что могли, уже использовали. Мы сейчас не на том этапе, когда республики должны сходиться. У нас, наоборот, пока процесс расхождения идёт. При нынешнем руководстве пока дезинтеграция продолжается.

– В своей статье об интеграционных процессах премьер-министр Владимир Путин пишет о либерализации экономики. Но о какой либерализации может идти речь в Белоруссии или Казахстане, если там руководство страны бессменное? Да и России, наверное, тоже подобное грозит…

– Что касается либерализации экономики и несменяемости руководства, то здесь однозначной зависимости первого от второго нет. С одной стороны, власть, конечно, должна обновляться. Я с этим согласен. Но с другой, если взять, к примеру, Китай с его бурным, даже выше, чем у некоторых демократических стран, ростом экономики. Руководство Китая доказывает, что и при авторитарном режиме можно сделать экономику либеральной. У нас же, к сожалению, всё наоборот идёт. Здесь тебе и огосударствление, и создание монополий.

– Какие плюсы обещает нам интеграция?

– Плюсов от интеграции масса. Это приток капитала, беспошлинный провоз грузов, приток рабочей силы, безвизовое посещение стран. Это с экономической точки зрения. На моральный климат в обществе повлияет воссоединение с родственниками, которые оказались по разные стороны государственных границ после распада Союза.

За 20 лет разъединения у каждого государства появилось своё лицо. Казахстан, например, так же как и Россия, сырьевая страна, добывает и экспортирует газ, нефть. Там есть свободные денежные средства, которые они готовы вкладывать в России. У нас промышленность развита лучше, есть хорошие земли, где можно вести сельское хозяйство. В республиках Средней Азии, если они поддержат идею интеграции (хотя я сомневаюсь, что Таджикистан, Узбекистан или кто-то ещё присоединится), есть людские ресурсы. Они помогут России и её гражданам, за 20 лет потерявшим квалификацию и желание трудиться, с рабочей силой.

***

Михаил Данилов, доцент кафедры политических наук юридического факультета СГУ:

ЭТО ВСЁ В ПРОЕКТЕ, В ОЧЕНЬ ОТДАЛЁННОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ

Михаил Викторович, какую выгоду в политическом плане может сулить Евразийский союз своим странам-участницам и их населению?

–О конкретной политической выгоде для населения пока говорить рано. Но в качестве образца, я думаю, будет продвигаться модель Европейского союза с фактическим отсутствием внутренних границ, общим рынком, одной валютой, надгосударственными политическими институтами. Но это всё в проекте, в очень отдалённой перспективе. Более реальна выгода для политических элит стран, продекларирующих своё желание присоединиться к Евразийскому союзу. У них появляется дополнительная возможность торговаться с Россией об условиях присоединения, выбивая для себя разнообразные преференции.

С тех пор как развалился СССР, попытки интеграции на просторах бывшего Союза предпринимались неоднократно. Не очередная ли это идея воссоздания СССР?

–Идея Евразийского союза имеет несколько измерений. Во-первых, электоральное. Путин, как главный претендент на пост президента России, нуждается в определённом манифесте, с которым он выйдет к избирателю. Для Медведева, напомню, таким манифестом стала идея модернизации.

Во-вторых, историко-философское измерение. Идея евразийства имеет богатые исторические и философские традиции. Достаточно вспомнить русских евразийцев началаXXвека. В новейший период идею евразийства активно эксплуатировал президент Казахстана Назарбаев.

В-третьих, социально-экономическое измерение. Моделью является Таможенный союз.

О воссоздании СССР речи не идёт, поскольку Советский Союз был государством в первую очередь идеологическим. В современных условиях интеграция возможна только на экономическом и военном фундаментах, одной идеологией реально никого заманить невозможно. Тем не менее допускаю, что в качестве электоральной идеи Евразийский союз способен у определённой части населения вызвать позитивный отклик именно с аллюзиями на тему СССР.

Евросоюз трещит по швам. Пример для будущего Евразийского союза не очень воодушевляющий. Или этот пример брать в расчёт не стоит, потому что у нас другая ментальность, другая история?

–Треск по швам Евросоюза сильно преувеличен. Данное объединение демонстрирует неплохие адаптивные способности и приспосабливается под очень непростые внешние условия. Евросоюз дожил до нынешних проблем через почти полвека интеграционных процессов. Кстати, для потенциальных участников Евразийского союза европейский опыт может оказаться очень даже воодушевляющим, поскольку спасение Греции, например, ложится на плечи прежде всего Германии и Франции. Роль такого «спасителя» в Евразийском союзе, естественно, отводится России.

«Евразийский союз – это открытый проект. Мы приветствуем присоединение к нему других партнёров, и прежде всего стран содружества», – заявил Путин. Кого, на ваш взгляд, можно считать потенциальным членом Евразийского союза и почему? А кто никогда в этот союз не вступит?

–Прежде всего, авторы нынешней идеи рассчитывают, по-видимому, на страны, входящие в Таможенный союз и в ОДКБ. А не рассчитывают на страны ГУАМ (это Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия).

Возможно ли создание партнёрских отношений между странами Евразийского союза? Не получится ли так, что России придётся играть роль экономического и идеологического лидера, а остальным странам достанется участь периферии?

–Термин «придётся» должен употребляться в данном контексте не как опасность, а как возможность для России. Именно для этого, помимо чисто предвыборной составляющей, всё и затевается. Чтобы Россия играла роль экономического и идеологического лидера, а остальным странам объективно уготована роль младших партнёров. Это объективно, а поэтому правильно.