Александр Дроздин: Особенно интересно показать то, что женщина как бы прячет

Оценить
Александр Дроздин: Особенно интересно показать то, что женщина как бы прячет
Гость рубрики – саратовский фотохудожник, известный по выставкам «Небесное равновесие» и «Механические бабочки» в «Иллюминаторе», а также «Радиоэфир», «Линия жизни» и «Год, которого не было» в галерее «Феникс-94» и другим.

Гость рубрики – саратовский фотохудожник, известный по выставкам «Небесное равновесие» и «Механические бабочки» в «Иллюминаторе», а также «Радиоэфир», «Линия жизни» и «Год, которого не было» в галерее «Феникс-94» и другим.

Мой творческий путь можно условно разделить на две части. Первая часть – до того, как мне начали нравиться мои работы. Я занимался рисованием и пытался что-то найти для себя. Вторая часть началась не с того момента, когда я взял фотоаппарат в руки, а когда первый раз посмотрел на свою работу и понял, что это хорошо. Это был набросок человеческого лица ручкой, я вообще по профессии фотограф-портретист, у меня мало натюрмортов и пейзажей. Люди для меня – самый интересный объект творчества. И с этого момента (мне было лет двенадцать) завязалось то, что можно назвать моим творческим путём. Началось моё погружение в процесс. А становление – это когда художник получает обратную реакцию, люди начинают судить о его работах.

Мне интересны любые суждения и интерпретации со стороны зрителей. Когда люди высказывают мнения о моих работах, их интересно послушать. Да и вообще на всё, что есть на этом свете, мы смотрим по-разному. Один и тот же фильм вами и мной интерпретируется по-разному, кто-то над чем-то смеётся, кто-то над чем-то плачет. Я даю название работе как некий ключик. Название работы является моей интерпретацией. Если другой человек увидит по-иному, то ради бога.

Первые мои работы были сделаны не фотоаппаратом, а сканером. Я до сих пор использую его в моём творчестве. Вся моя работа построена на сочетании каких-то вещей и образов. Любой мой фотомонтаж многослойный. Я накладываю слои друг на друга, некоторые детали делаю полупрозрачными. С одной стороны, это определено самой работой, а с другой стороны – на фотографиях присутствует смысловая многослойность.

Женщины – главные героини моих работ. Я делаю фотографии привлекательными в первую очередь для себя. Я самый первый и свой любимый цензор, и главное, чтобы работа понравилась мне самому. Так как я являюсь гетеросексуалом, то вижу больше красоты в женском теле, чем в мужском. Во внешности любой женщины можно найти что-нибудь интересное, особенно интересно показать то, что она как бы прячет. За время практики я определил для себя число 80 – то количество сделанных фотографий, после которого человек начинает раскрываться. Раскрыть – моя основная задача на фотосессиях. Когда девушка приходит зажатая, в ход идут музыка, коньяк… А куда деваться? Работа с фотографом – это всегда работа двоих. Если человек не выкладывается, как я (а бывали такие случаи: мол, работайте, я же деньги плачу), то я скажу ему «До свидания». Модель должна быть актрисой. Это же театр. Конечно, легче снимать профессиональных моделей. Иногда человек, который чем-то начинает заниматься в первый раз, может как-то по-новому, интереснее преподнести себя. Но такое редко бывает, тут нужен талант.

Фотография для меня – это изображение, нанесённое на бумагу. Когда мы берём её в руки, мы можем её воспринимать. Она не виртуальная, а реальная. Ещё с того момента, когда я сам их проявлял и печатал, мне чётко врезалось в голову, что фотография должна иметь бумажную основу. Напечатанная фотография становится вещью, она существует в природе, а компьютер можно выключить, и картинка пропадёт. Я бы хотел видеть свои работы формата А2 и А1. Некоторые из моих работ висят в саратовских кафе, но это не так важно. Вот если бы они висели в Третьяковской галерее…

Если я зарабатываю деньги на съёмках для рекламы, то это не значит, что такая работа не является для меня творчеством. И зачастую делать всё приходится в спартанских условиях. Это не Москва и не Голливуд, работу надо сделать хорошо, за два часа и за три рубля. Я всем занимаюсь: и творчеством, и фотографированием суши для рекламы. Дело в том, что у меня профессиональная работа смешалась с творческой. Заниматься своим любимым делом – об этом многие мечтают.

Есть ли в моих фотографиях мораль? Не дай бог, не хочу с этим связываться. Я не собирался никогда никого ничему учить и быть моралистом. Это не моё. Я лучше сделаю какую-нибудь интересную работу по дизайну, чтобы она была красивой и человек получал от неё заряд положительных эмоций.