Полковник, который не «строится» на Кумыске

Оценить
Полковник, который не «строится» на Кумыске
Возведённая в лесу палатка и объявленная голодовка – его последнее оружие в борьбе за свои права на жильё

Голодающий в саратовских пригородных лесах полковник Александр Глущенко прославился. Его акцию протеста активно освещали местные (и не только) СМИ. Уж очень редкое пока это явление в России – добровольная голодовка человека, привыкшего всю жизнь подчиняться чужим приказам.

30 декабря, день первый. «Ну вот и прошли первые сутки голодовки протеста, связанной с неисполнением вступившего в силу судебного решения. Пока ничего страшного не произошло…»

31 декабря, день второй. «Самочувствие пока нормальное. Пью много негазированной минералки… Когда смотришь с Кумысной поляны на миллионный город весь в фейерверках и иллюминации, начинаешь задавать себе вопрос: ЧТО Я ВАМ ПЛОХОГО СДЕЛАЛ, вынужденный третий год бомжевать, выполнив свой воинский долг?»

3 января, день пятый. «В пылу новогоднего веселья, бодрых отчётов об ударных итогах года и широкомасштабных обещаний на мои вопросы, видимо, никто отвечать не собирается. Состояние моё в целом нормальное. Беспокоит только головокружение и горечь во рту. Дрова больше не рублю – уже трудно, пот и одышка…»

5 января, день седьмой. «В голове шум (точнее, звон) – соображаю уже с трудом. Ощущение такое, что нырнул на большую глубину. Стараюсь больше ходить и дышать, но это всё труднее».

8 января, день десятый. «Мой маленький личный юбилей наступил. Десять дней без еды. Как любой нормальный мужик, ранее серьёзно занимавшийся спортом, радуюсь, как рекорду. Ну какая разница: пробежать с рекордом стометровку или полосу препятствий или десять дней не есть? Да никакой. Так что будем дальше ставить личные рекорды и отмечать маленькие юбилеи. Пока никаких решений не меняю».

10 января, день двенадцатый. «Двенадцать суток не ел – оказывается, ничего ужасного. Становится как-то спокойнее. Видимо, организм привык. Пропало чувство тревоги. Всё как-то безразлично.

Встречался сегодня с начальником УВД города Саратова и начальником районного УВД. Разговор был крайне тактичный и спокойный. Даже в некоторой степени им благодарен за то, что как правоохранители держат нейтралитет. Просто мужики спокойно объяснили, что их беспокоит моя личная безопасность и одиночное нахождение в лесу. Спасибо им, если это от души».

11 января, день тринадцатый. «Состояние стабильно мерзкое. Поэтому завтра утром с горы съезжаю и буду голодать в снятой комнате в коммуналке. Причина – у друзей начались трудовые будни, нет возможности часто бывать на горе и рубить мне дрова».

Это строчки из «Живого журнала», который 47-летний Александр Глущенко вёл в лесу на Кумыске. Мы встретились с ним на четырнадцатый день голодовки в центре Саратова. По словам полковника запаса, палатку он свернул, а голодовку – нет. «Как я себя чувствую? В голове лёгкость и туман, мысли путаются, похудел на восемь килограммов». И в который раз, с паузами, собираясь с мыслями, пересказывает свою историю очередному журналисту.

Я выбираю Москву

За спиной у Александра Глущенко – 26 лет службы во внутренних войсках МВД России, 14 гарнизонов, руководящие должности, звание полковника, награды. Последние 12 лет нёс службу на Северном Кавказе, участвовал в контртеррористических операциях. Палатки, землянки, вагончики – вот привычные «квартиры» того времени.

В 2006 году Глущенко не прошёл очередную медицинскую комиссию и был признан ограниченно годным к военной службе. Дальнейшая практика в подобных случаях такова: офицера выводят за штат, он подаёт ходатайство о предоставлении жилья и увольняется в запас. В 2007 году Глущенко оформил нужные документы и был признан нуждающимся в получении жилья. Имея право выбрать любой субъект РФ, выбрал Москву.

«Своё будущее я вижу именно в Москве, там меня ждёт интересная работа, хорошие друзья», – объясняет Александр Анатольевич. Но в ноябре 2007 года министр МВД издаёт приказ об увольнении полковника Глущенко в запас без предоставления жилья. Глущенко подал в суд, тот постановил признать незаконными действия министра и обязал обеспечить истца жильем.

Прошло ещё два года хождения по инстанциям – добиваясь исполнения решения суда, Глущенко обращался к судебным приставам, в прокуратуру, министерство МВД, Общественную палату, к президенту страны… Ему советовали оформить жилищный сертификат, заново собрать документы, просто «посылали» и т. п.

Новоселье полковник так и не отпраздновал, зато решил отметить трёхлетие мытарств и объявил голодовку.

«Почему в Саратове, а не в Москве? Я здесь родился, учился, здесь есть друзья, которые могут помочь палатку увезти-привезти, врач знакомый меня наблюдает, – разъясняет Александр Анатольевич. – Этот участок Кумысной поляны я отлично знаю: когда учился в училище, на пузе всё исползал, каждая тропинка знакома!

Конечно, можно было палатку где-нибудь в центре города разбить, но не хотелось излишнего докучливого внимания врачей и журналистов. Кроме того, ни областное правительство, ни городская администрация мне ничего не должны, чего ж я буду глаза мозолить!»

Наведались в палатку двое в штатском. Не представились, но явно намекнули, что если Глущенко не прекратит голодовку, то его «устроят» в психиатрическую клинику и там он долго будет доказывать свою юридическую дееспособность. Или вдруг окажется, что в палатке хранятся наркотики или оружие.

Полковнику никто не пишет

Глущенко говорит, что не особо рад интересу журналистов к его персоне. Чиновники и люди «уполномоченные» реагируют менее активно, желаемый эффект – квартира в Москве – не достигнут.

В минувший четверг, на 14-й день голодовки, как пишет Глущенко в своём ЖЖ, «забрезжила надежда». В Саратов приехала комиссия из главного командования внутренних войск. «Я был поражён… Наглостью, снисходительно-раздражённым тоном, упрёками в моей нескромности (это из-за голодовки и обращения к президенту), открытым заявлением: «При чём тут решение суда? У нас из имеющих на руках судебное решение очередь стоит». Естественно, что о сроках исполнения судебного решения речь не шла. Есть пока не начинаю. Страшно болит голова».

А ещё к голодающему наведался представитель министерства внутренних дел и предложил компромисс. Глущенко отказывается от квартиры в Москве, за что ему точно предоставят жильё в Подмосковье или другом регионе. Голодающий отказался. Как и от широкого жеста общественного фонда «Православие и современность» (руководитель – депутат областной думы Сергей Курихин). Фонд объявил, что готов подарить полковнику запаса Александру Глущенко двухкомнатную благоустроенную квартиру в Саратове. Полковник подозревает, что есть в этом какой-то пиар, в котором он участвовать не собирается.

Получить квартиру в Москве – дело принципа, говорит голодающий. «Почему я, здоровый взрослый мужик, отдавший лучшую часть жизни служению Родине, должен ютиться в одной квартире с 82-летней мамой или снимать жильё, благо пенсия и зарплата позволяют?! (Глущенко преподаёт ОБЖ в колледже имени Гагарина. – Прим. ред.) Я не только не получил квартиру, которая положена по закону. Нарушается масса других статей Конституции: право жить там, где хочу, работать там, где хочу, и так далее».

Полковник рассуждает, что оказался в такой ситуации не потому, что законы плохие, а потому, что их и судебные решения надо неукоснительно и своевременно соблюдать. И наказание для тех должностных лиц, кто законы не соблюдает, должно быть неотвратимым.

Он знает другие случаи, когда знакомые, тоже военнослужащие, попадали в похожую ситуацию и не стали бороться. Махнули рукой – мол, на гражданке заработаю. Кроме того, в военных силён стереотип: подчиняться приказам, не высовываться со своей инициативой. «Мне удалось отключиться от инерции мышления, я просто встал на правовую позицию. Есть закон, устав, положение, и их надо выполнять!» Лучшим исходом дела для себя полковник видит письмо или телеграмму, в котором будет сказано, что ему предоставляется квартира с чётким указанием московского адреса и приглашением вселяться.

***

Москва не для военных?

По данным министерства обороны России (на июль 2009 года), 90,7 тыс. военнослужащих числятся как нуждающиеся в обеспечении постоянным жильём. Количество приобретённых квартир в этот период составило порядка 98,5 тыс. (в 2009 году – 45,6 тыс. квартир, в 2010-м – около 52,9 тыс. квартир).

В 2011–2013 гг. планируется получить ещё около 77 тыс. квартир и завершить обеспечение очередников жильём.

Между тем последние семь лет правительство страны и президент обещают решить жилищный вопрос военнослужащих. Президенты – Путин, а потом и Медведев – периодически заявляли, что «к 2010 году задача обеспечить их (военнослужащих и ветеранов) постоянным жильём должна быть, безусловно, выполнена. А к концу 2012 года должен быть полностью сформирован фонд служебного жилья».

Но выделяется жильё совсем не там, где военнослужащие хотели жить после многих лет службы. Почему? Эксперты считают, что министерство обороны закупило десятки тысяч квартир в городах или даже приравненных к ним посёлках, где стоимость квадратного метра минимальная.

Кроме того, раздают квартиры в недостроенных домах или домах-призраках. Заместитель министра обороны РФ Татьяна Шевцова в конце прошлого года сообщила, что «мы только в четвёртом квартале получили порядка 35 тыс. квартир. И напрямую направили извещения военнослужащим». При этом извещение далеко не ордер, а вот для отчётной статистики 35 тыс. квартир – солидная и красивая цифра.

Особые трудности с квартирами для военных существуют в Москве. «Жильё мы покупаем по ценам минрегиона РФ, установленным постановлением правительства, – объясняет Шевцова. – Несколько раз мы объявляли аукционы по закупкам жилья в Москве. К сожалению, по таким ценам нет строителей, желающих предоставлять жильё министерству обороны. И у нас несколько аукционов были признаны несостоявшимися».

В ноябре министр обороны Анатолий Сердюков издал распоряжение, вообще запрещающее вести строительство постоянного жилья для военнослужащих вооружённых сил в Москве. Только служебное.

***

***

Голодающий класс

Добровольные голодовки российских военнослужащих с требованием решить жилищный вопрос – редкий случай.

В ноябре 2005 года в Красноярском крае 19 бывших военнослужащих ракетной части в посёлке Кедровый объявили голодовку. Они были недовольны вариантами квартир, которые предлагает им минобороны. Через три дня голодовка прекратилась – ракетчикам пообещали, что согласно договору, заключённому между министерством обороны РФ, администрацией Красноярского края и администрацией ЗАТО Кедровый, проблемы будут решаться в индивидуальном порядке.

В августе 2007 года бывшие военнослужащие Канской дивизии ракетных войск стратегического назначения и члены их семей разбили палаточный лагерь и начали трёхдневную предупредительную голодовку, требуя обеспечить их жильём. Через несколько дней военные добились подписания соглашения о выдаче жилищных сертификатов всем нуждающимся до конца 2008 года.

В 2009 году полковник запаса Евгений Абдрашкин из Самары объявил голодовку, после того как его выселили из квартиры. Его прежнее жилище по суду отошло местному предпринимателю, и семейство полковника вынуждено было ночевать в своей старой машине. Вмешались военная прокуратура и командование Приволжско-Уральского военного округа, временную квартиру выделили за счёт резерва командующего войсками округа, обещали постоянную квартиру в строящемся доме.

В октябре прошлого года голодовку провели военные пенсионеры Ульяновска. Десять офицеров и две женщины (жена офицера и вдова) поставили палатки на площади перед зданием областной администрации. Цель: обратить внимание президента Медведева и других чиновников на проблемы военных пенсионеров и членов их семей. Впрочем, ветеранские ульяновские организации открестились от голодающих, заподозрив их в пиаре.

***