Виктор Григорьев: 45 лет Дедом Морозом – не шутка!

Оценить
Виктор Григорьев: 45 лет Дедом Морозом – не шутка!
Виктор Григорьев – классический Дед Мороз. Он высок, статен, крепок, у него густой рокочущий бас, шикарный гулкий смех. Вообще-то, Виктор Сергеевич – народный артист России, солист Саратовского театра оперы и балета, оперный бас, преподаватель Сарато

Виктор Григорьев – классический Дед Мороз. Он высок, статен, крепок, у него густой рокочущий бас, шикарный гулкий смех. Вообще-то, Виктор Сергеевич – народный артист России, солист Саратовского театра оперы и балета, оперный бас, преподаватель Саратовской консерватории.

Первый раз я примерил тулупчик и бороду в седьмом классе. Правда, тогда я был худой, как велосипед, и тулуп можно было обернуть вокруг меня раза три. (Смеётся.) С годами набирал вес, опыт и репертуар.

Не пугаются ли меня, такого громогласного, дети? Разве что очень маленькие, годовалого возраста. Остальные квадратными глазами смотрят – что, мол, дальше будет. Начинаем играть, прыгать, скакать. Я могу выйти с монологом, с песней, завести хоровод, игры организовать, зажечь ёлочку. Не шутка ведь – 45 лет подряд в Деда Мороза превращаюсь! Обхожусь без репетиций, главное – знать очерёдность выхода.

Быть Дедом Морозом – нелёгкая работа. Дети в лёгких нарядах, костюмах, в туфельках. А я – в тулупчике, шапке, сапогах, «заклеенный» с ног до головы в бороду, усы, парик. Просто так на стульчике посидеть – упреешь! А уж поплясать, в игры поиграть – выхожу насквозь мокрый.

Сколько раз, закончив очередной дедморозовский сезон, отработав утренников тридцать, я себе говорил: «Всё! Хватит, надоело! В следующем году не соглашусь!» Но проходит год, в октябре начинают звонить: «Виктор Сергеевич, приходите!» Подумаешь и соглашаешься. Хороший приработок? Неплохой. Но не всё меряется деньгами. Эти мордашки счастливые видишь, глаза распахнутые… Подходят и спрашивают (изображает): «Дед Мороз, а ты настоящий?» Ты басом: «А ты как думаешь ?» «Думаю, настоящий!» От детей как будто кусочек счастья получаешь!

Как правило, современные дети перестают верить в Деда Мороза уже в начальных классах. Правда, встречаются особо уникальные экземпляры, которые верят до десяти лет. (Смеётся.) А вообще, в школе быстро объясняют, что к чему.

За последние 20–30 лет в нашей стране мало что создано для детей. Поэтому на утренниках из года в год звучат одни и те же новогодние стихи русских писателей – Пушкин, Некрасов. По-моему, правильнее вспомнить хорошее старое, чем декламировать бездарное новое. Но, кстати, знаю одного очень хорошего современного поэта – Виктор Демидов. Он тоже солист нашего театра, делает переводы с английского, пишет замечательные детские стихи. Написал для меня чудесный монолог Деда Мороза в стихах, я с ним выступаю.

Трудовые будни Деда Мороза с 23 декабря по 10 января – ёлки в детских садах, представления перед началом детских спектаклей в фойе театра. Кроме того, обычные спектакли никто не отменял. Уже второго января играю спектакль. И пошло-поехало (перечисляет, глядя в январскую программку): третьего января – два спектакля, четвёртого – один, пятого один, шестого два, восьмого один, девятого два, десятого один.

Берегу ли я зимой голос? А как его беречь? Я никаких особых методик в этом смысле не придерживаюсь, просто надо правильно уметь петь. Правильный вокал связки лечит.

Когда случаются нештатные ситуации, приходится выкручиваться, спасать положение. Если я Дед Мороз на утреннике, а ёлка не загорается, сочиняю на ходу, что это злые волшебники мешают проводить праздник. А в это время воспитатели лампочку меняют.

И на сцене всякое бывает. Был случай, шла опера «Каменный гость». Я учился в консерватории и был артистом хора в саратовском оперном. Вторая картина, Лаура поёт с солистом, а солиста на сцене нет! Вступает оркестр… и тишина. И я своим басом, невзирая на то что партия тенора, начинаю петь за солиста. Потом оказалось, что солисту не принесли бороду с усами, потому он и не вышел.

Мы в любом состоянии должны выйти и спеть как надо, качественно. Никого не волнует, что артист перед спектаклем недоел, поел, с женой поругался, начальник отчитал. Не знаю, как сейчас, но раньше было чёткое указание – запрещалось сообщать артисту любые новости, касающиеся его личной жизни (передавать телеграммы, звать к телефону), перед спектаклем.