Вынужденные выселенцы: беженцы из горячих точек не в состоянии купить жильё на полученную от государства компенсацию

Оценить
Вынужденные выселенцы: беженцы из горячих точек не в состоянии купить жильё на полученную от государства компенсацию
Ну, по крайней мере попасть в Центр для содержания иностранных граждан областного ГУВД семье Иничкиных не грозит: как-никак российские граждане, на родине находятся
Неделю назад из Красноармейского центра временного размещения вынужденных переселенцев выселили по решению суда семью Иничкиных: супругов Валентина и Аллу, их дочь и сына. Здесь они прожили 10 лет, после того как потеряли двухкомнатную квартиру в Гро

Неделю назад из Красноармейского центра временного размещения вынужденных переселенцев выселили по решению суда семью Иничкиных: супругов Валентина и Аллу, их дочь и сына. Здесь они прожили 10 лет, после того как потеряли двухкомнатную квартиру в Грозном.

Авторы: Алексей Степанов, Мария Аксанич

Государство откупилось дёшево

Иничкины сдавали свои документы в областной миграционный центр дважды. Первый раз документы потерялись. Из-за нерадивости чиновников своё право на получение компенсации переселенцам пришлось доказывать повторно.

В сентябре 2008 года Иничкиным перечислили 120 тысяч рублей, что лишило их статуса переселенцев. По действующему законодательству государство выполнило перед ними свой долг, и они были обязаны покинуть ЦВР, приобрести жильё и переехать на постоянное место жительства. Но на покупку жилья этих денег не хватит. А помощи ждать больше неоткуда. И они остались жить в центре.

По решению районного суда судебные приставы приходили к ним с требованием покинуть помещение. Адвокат Валентина Молокова подала кассационную жалобу в областной суд. По словам главы семейства Валентина Иничкина, решение районного суда о выселении было приостановлено до нового рассмотрения. Но неделю назад им всё-таки пришлось покинуть ЦВР. Иничкины по-прежнему не имеют прописки, они лишены статуса вынужденных переселенцев.

Юристы областного миграционного центра считают, что вернуть статус не получится, а значит, и благоприятный исход дела маловероятен. Ведь предстоит доказывать, что государство не защитило Иничкиных, что у них не было никакой возможности остаться в Чечне, что их дом был разрушен. И нужны не только документы, но и вещественные доказательства. И даже если будет принято положительное решение, ждать его придётся долго.

«Мы обратимся в администрацию района с просьбой предоставить нашей семье место в общежитии, – рассказал корреспондентам «Газеты недели» глава семьи Валентин Иничкин. – Если и в этом нам откажут, то семья окажется на улице».

Общественное внимание давно угасло

В конце 90-х годов в Красноармейском центре временного размещения вынужденных переселенцев проживало более 400 человек. Для вновь прибывавших из горячих точек не хватало мест. С тех пор как в Чечне начались боевые действия, ЦВР стали единственным пристанищем для тысяч людей, бежавших от войны. Тогда проблема переселенцев и беженцев была в центре общественного внимания. Сейчас интерес к этой категории людей угас, хотя многие из них до сих пор не могут получить полагающиеся им и такие необходимые квадратные метры.

За десять лет большинство переселенцев действительно определились с постоянным жильём. Тем не менее, в Красноармейском ЦВР остаётся около 40 человек, которые всё ещё не получили компенсацию за потерянное имущество. И если в 1997 году за 120 тысяч рублей можно было приобрести крышу над головой, то сейчас это сделать практически невозможно.

Переселенцы не раз обращались в различные инстанции с жалобами и с просьбой пересмотреть сумму компенсации. Пытались и самостоятельно найти выход из сложившейся ситуации. Кому-то помогли родственники, кто-то собрал нужную сумму благодаря личным сбережениям. Был случай, когда две разные семьи, получив компенсацию, сложились и купили одну квартиру, чтобы не остаться на улице.

Уроженка Грозного Нина Товсултанова, которая прожила в Красноармейске восемь лет, да так и не дождалась компенсации, вернулась в Чечню, куда её позвали проживавшие там дети.

Среди переселенцев немало людей, которые не спешили получить соответствующий статус, а пытались самостоятельно, без помощи государства устроить свою жизнь за пределами автономной республики.

Возвращаетесь – получите втрое, остаётесь – пеняйте на себя

Вера Петровна Кардапольцева ещё в начале 90-х годов, когда атмосфера в Чечне накалилась до предела, вместе с мужем, сыном и дочерью пыталась обустроиться в Ставропольском крае. Её мужа, квалифицированного плотника, взяли на работу в совхоз «Ольгино» Степновского района Ставропольского края. Семья поселилась в добротном доме. Потом хозяйство распалось, умер муж Веры Петровны, и она решила вернуться вместе с детьми в Грозный. Вскоре Вера Петровна поняла, что допустила ошибку. Ей пришлось бежать из родного города от постоянных бомбёжек.

Во время переезда случилось ещё одно несчастье – потерялся сын Эдик. С тех пор прошло больше десяти лет. Кардапольцева пыталась найти сына, но чуда не произошло. Сейчас она живёт в Красноармейском центре вместе с дочерью Еленой. Понимая, что скорого решения жилищной проблемы не предвидится, а в Чечне обстановка стабилизировалась, женщина написала письмо президенту Чечни Рамзану Кадырову с просьбой помочь ей вернуться в Грозный. Кадыров ответил, что Вера Петровна может беспрепятственно возвращаться. Но дочь Елена не захотела покинуть Россию.

В июле 2003 года у переселенцев появилась надежда. Вышло постановление правительства РФ № 404 об увеличении суммы компенсации до 350 тысяч рублей. Но касалось оно только тех, кто желает вернуться в Чечню. А среди русскоязычных переселенцев желающих возвращаться практически не было.

21 марта 2006 года вышло постановление правительства РФ, в котором говорилось о реализации федеральной целевой программы «Жилище», предусматривающей выдачу и реализацию жилищных сертификатов отдельным категориям граждан, в число которых вошли и вынужденные переселенцы. Сумма по условиям данной программы увеличивается до среднерыночной стоимости жилья в данном регионе.

До сих пор только одна обитательница центра 86-летняя Мария Котельникова получила сертификат на 260 тысяч рублей в рамках данной программы. На эти деньги дочь купила ей старый дом без удобств в Красноармейске. Но Котельникова получила свой сертификат как участница Великой Отечественной войны, а не как вынужденная переселенка. Больше никто из переселенцев в рамках данной программы денег не получил. В силе до сих пор остаётся устаревшее постановление 1997 года – компенсация в размере 120 тысяч рублей.

***

Валентина Молокова, адвокат Саратовского городского филиала Саратовской областной коллегии адвокатов:

ЕСЛИ ГОСУДАРСТВУ ЭТИ ЛЮДИ НЕИНТЕРЕСНЫ, НИЧЕГО ОНИ НЕ ПОЛУЧАТ

– Вынужденные переселенцы из Чеченской республики находятся в тяжёлой жизненной ситуации. Компенсация за утраченное имущество на данный день составляет 120 тысяч рублей. По сравнению с 1997 годом (с момента выхода постановления правительства РФ, установившего выплату компенсации для тех, кто утратил в Чеченской республике жильё и имущество) сумма компенсации не изменилась. Люди потеряли в Чечне и жильё, и имущество, а на полученные деньги ничего приобрести не могут.

Начиная с 2000 года многие из числа вынужденных переселенцев, а также общественные организации во многих регионах России обращались в Верховный суд России по поводу незаконного ограничения суммы выплаты компенсации. Суд не усмотрел оснований для удовлетворения таких заявлений.

Иничкиных в минувший четверг выселили из Красноармейского ЦВР по решению суда. Причина: получив 120 тысяч рублей в 2008 году, семья утратила статус вынужденных переселенцев. А утратив статус, они больше не имеют права проживать в центре временного размещения. Иничкины пытались отказаться от этих денег через суд. Но в рамках закона отказ от компенсации не предусмотрен. Эта компенсация перечеркнула все возможные варианты выхода из проблемы.

И таких людей по России немало. 300 тысяч русскоязычных в своё время бежали из Чеченской республики. Многие остаются до сих пор в статусе переселенцев, но у них хотя бы остаётся надежда на получение субсидий на приобретение или строительство жилья. Сумма субсидии довольна приличная, на неё можно купить жильё на вторичном рынке даже в Саратове. Те же, кто подал заявление на выплату компенсации, право на получение субсидий не имеют. Закон не защищает этих людей.

Ещё в 2000 году проблема стала очевидно неразрешимой. Обсуждалось увеличение суммы компенсации, по этому поводу собирались круглые столы с участием общественных организаций, государственных структур. Но сделать экономический расчёт затрат никто не смог. Федеральная миграционная служба могла бы, при желании, установить число необустроенных переселенцев в целом по стране. Но этого никто не делает, государственным органам это неинтересно.

Но ведь это компенсация за то, что люди утратили. Это не просто помощь, а долг государства за то, что оно не обеспечило безопасность своих граждан. А помощь должна идти рядом. Я не вижу вариантов выхода из этой ситуации. Изменение законодательства зависит только от отношения государства к людям. Если государству эта категория людей неинтересна, то ничего они и не получат.

***

Де-юре и де-факто

После распада СССР большое число русских и русскоязычных граждан оказались жителями иностранных государств, в прошлом союзных республик. Во многих государствах стали ущемляться их права и свободы. В наиболее сложных условиях из-за резкого обострения межнациональных отношений оказалось русскоязычное население в Азербайджане, Грузии, Армении, Таджикистане, Киргизии и Молдавии. Началось массовое вынужденное переселение людей в Россию. События осетино-ингушского конфликта и военные действия в Чеченской республике привели к появлению внутренних вынужденных мигрантов.

В России стали создаваться центры временного размещения вынужденных переселенцев. Красноармейский ЦВР, образованный 16 лет назад, – самый крупный из 15 учреждений этого рода в стране. Два его трёхэтажных корпуса рассчитаны на одновременное проживание 440 человек.

В соответствии с законодательством РФ центры временного размещения должны организовывать питание и бытовое обслуживание переселенцев, обеспечивать им оказание первой медицинской помощи, юридических и социально-психологических консультаций, содействовать в решении вопроса обеспечения их детей местами в общеобразовательных учреждениях и т. д.

Приём в центр осуществляется по направлению территориального органа миграционной службы. По закону в ЦВР можно находиться не больше трёх месяцев, после чего государство обязано предоставить жильё и компенсацию за потерянное имущество. Тем не менее, многие живут там ещё с 1999 года, после второй чеченской кампании.