Сергей Наумов: Мы приходим к динамичной, живой модели получения компетенции

Оценить
Сергей Наумов: Мы приходим к динамичной, живой модели получения компетенции
Сергей Наумов: Мы приходим к динамичной, живой модели получения компетенции
С 1 сентября текущего года высшее образование в Российской Федерации переходит на двухуровневую систему подготовки специалистов. Вузы будут выпускать бакалавров и магистров. Зачем нужна реформа высшей школы страны, чем отличается магистр от бакалавра

С 1 сентября текущего года высшее образование в Российской Федерации переходит на двухуровневую систему подготовки специалистов. Вузы будут выпускать бакалавров и магистров. Зачем нужна реформа высшей школы страны, чем отличается магистр от бакалавра, что даст реформа? На эти и многие другие вопросы нам отвечает ректор Поволжской академии государственной службы Сергей Наумов.

– Сергей Юрьевич, почему вдруг случилась эта реформа?

– Это вовсе не «вдруг». Переход на двухуровневое высшее образование – следствие принятия нами Болонской декларации. Во многих вузах бакалавриат и магистратура существуют. Мы, например, готовим бакалавров уже четыре года. Просто раньше эта система была добровольно-разрешительной, с 1 сентября – она обязательна.

Понятно, будет 5-летний этап, когда будет завершена подготовка студентов по так называемому специалитету. Пятилетней же останется система подготовки, например, в здравоохранении и вузах творческой направленности.

– Тогда для начала поясните, что такое бакалавриат, откуда он взялся, зачем нужен?

– Бакалавриат – это первый уровень высшего образования. Студенты учатся четыре года.

Вы никогда не задумывались, чем студенты занимаются, когда приходят в вуз? Повторяют то, что проходили в школе. Некоторые выпускники благодарят своих школьных учителей, по конспектам которых они сдавали два года сессии в вузах.

По большому счёту это не обучение, а профанация.

На мой взгляд, высшее образование должно давать набор базовых профессиональных компетенций. Человек после получения такого образования готов к профессиональной деятельности и приходит на своё место работы с набором навыков и знаний. Да, потом всё равно пойдёт «доводка». Но она должна основываться на определённом фундаменте или наборе компетенций, которые заложены в вузе.

– Компетенции – это…

– Это набор знаний, умений, навыков, необходимых в той или иной сфере профессиональной деятельности. Я, по понятным причинам, объясню свою мысль на примере государственных служащих.

Не секрет, что 70 процентов работников аппарата управления на любом уровне занимаются так называемым делопроизводством. Оно никуда не делось, хотя его перевели в электронный оборот. Приём документов от населения, огромный поток бумаг из различных инстанций. Даже с введением единого окна количество документов не сократилось.

Далее – приём людей. По устным проблемам тоже надо всё оформить документально. Я думаю, здесь достаточно компетенций, которые будущий государственный или муниципальный служащий, работник фирмы, организации или банка получит за 4 года.

Они ему необходимы в нынешней обстановке.

– Что вы имеете в виду под нынешней обстановкой?

– Это когда в вуз выпускники школ идут массово. Я имею в виду серьёзную современную проблему. При советской власти не было, чтобы 70–80 процентов выпускников школ «рвались» получить высшее образование. Такой ситуации нет ни в одной стране мира.

А у нас все хотят быть руководителями, бизнесменами, банкирами, работниками Газпрома и т. д. И почему-то считают, что это в них генетически заложено, а вуз просто даст некие преференции на их дальнейшем пути.

Поверьте мне, это утопия. 30, максимум 40 процентов современных выпускников нашей средней школы готовы или могут получать высшее образование. И быть востребованными как специалисты. Остальные 60 должны получить некий набор профессиональных навыков и идти работать в материальное производство. Потому что у нас скоро создастся такая ситуация, когда некому будет работать на заводах, в сельском хозяйстве.

– Получается, что бакалавриат готовит консультантов, главных специалистов, специалистов – это если судить по градации государственных служащих. А магистратура?

– Магистратура – это вторая ступень высшего образования. Туда принимаются выпускники бакалавриата или выпускники специалитета (это нынешнее 5-летнее вузовское образование) для получения высших навыков либо в управленческой деятельности, либо в научно-педагогической.

То есть после её окончания люди пойдут в науку – будут работать в вузе, в научно-исследовательских структурах, аналитиками в правительстве, либо же будут успешными руководителями государственного или муниципального органа, фирмы и так далее.

Кстати, в этом году мы получили лицензию на несколько направлений подготовки магистров и бюджетные места на них, и впервые в Саратове открываем приём в магистратуру по программам «государственное и муниципальное управление» и «менеджмент в социальной сфере». Ещё мы отправили документы в Москву и ждём выделения дополнительных мест в магистратуру по направлению «политология».

Если выстроить всю линейку высшего образования, то бакалавриат готовит работников низшего и среднего звена управленческих структур. Это высокопрофессиональные и хорошо подготовленные специалисты, ориентированные на исполнение конкретных задач. Магистратура – это уже люди, способные не только выполнять, но и ставить задачи. Следом идёт аспирантура, затем докторантура.

– То есть мы приближаемся к западным стандартам?

– Безусловно. Единственно на Западе нет разделения на кандидата и доктора наук. Я думаю, вхождение в западный стандарт – это нормально. Возможно, многим это пока непонятно, а в нашей стране то, что непонятно, враждебно. Но к этому надо привыкать, если мы хотим вписаться в общемировую модель образования, мечтаем о мобильности студентов.

– То есть?

– Например, закончил студент в ПАГСе какой-то курс в рамках бакалавриата и считает, что ему надо продолжить обучение, например, в Вене, Будапеште, Штутгарте. Он может найти через Интернет интересующий его курс и прослушать его в любом вузе. И в академии ему этот курс перезачитывают.

То есть сейчас идёт встраивание в общеевропейскую систему. Заодно происходит сокращение сроков обучения. Сейчас мы активно ведём переговоры с нашими зарубежными вузами-партнёрами в Германии, Бельгии, Венгрии о том, чтобы сделать такую мобильность наших студентов реальностью в рамках совместных программ бакалавриата и магистратуры.

Уже несколько лет подряд выпускники академии с успехом продолжают обучение в магистратуре Высшей школы управления и финансов Людвигсбурга (Германия) по программе «европейский менеджмент».

– Ещё бы и преподаватели шли в ногу со временем.

– Вы абсолютно правы. Есть преподаватели, особенно старшего поколения, да и среднего (я ни в коей мере не имею в виду всех поголовно), имеющие огромный жизненный опыт, прошедшие со страной сложный путь, которые не готовы работать по-новому.

До сих пор наша высшая школа жила по лекалам вуза, сшитым в Берлине в Гумбольдтовском университете в XVII–XIX веках. Система строилась традиционно – лекции, семинары, зачёты, экзамены. Мы читаем лекции по конспектам. И хорошо, если конспекты эти регулярно обновляются в соответствии с современными реалиями, с новыми профессиональными теоретическими и практическими достижениями.

Давать навыки практической работы и проектной деятельности, привлекать к проведению занятий действующих специалистов. В нашем случае привлекать наиболее эффективных и успешных государственных и муниципальных менеджеров, представителей предпринимательского сословия, которые достигли реальных результатов в своей работе. В нашей академии такой подход в полной мере реализуется.

Уже начиная со 2-го курса студенты в разных формах погружаются в практику государственного и муниципального управления, деятельность различных фирм и предприятий, а более 10 процентов наших преподавателей составляют практики-управленцы, представители тех организаций, куда затем трудоустраиваются наши выпускники, уже имея достаточный багаж практического опыта.

– Учебный план бакалавриата будет отличаться от плана специалитета?

– Конечно. Оттуда вынимают так называемую школу, то есть дублирование школьных предметов. Мы уходим от «камеры хранения» – это когда родители отправляют детей «пересидеть» какое-то время, дабы пожить счастливой студенческой жизнью. Мы приходим к динамичной, живой модели получения компетенции.

Если школа – это возможность получения равных стартовых возможностей для детей из всех сословий, то вуз – это более вариативная система, здесь на эти равные возможности накладывают компетенции.

– Как я поняла, вузы на переход к двухуровневой системе образования готовы и проблема только в непонятливых родителях?

– Самая большая беда, что к вузовской реформе не готово государство. До сих пор нет изменений в законодательстве, определяющих, куда может быть трудоустроен бакалавр, а куда магистр.

– Вы говорите о федеральном законодательстве?

– Да. На местном уровне мы вышли с инициативой о том, чтобы регион делал заказ, аккумулируя требования муниципалитетов, свои возможности на подготовку специалистов для нужд государственной службы региона и муниципалитетов.