Профессор Татьяна Черняева: «Гламуризация» жизни превращает вузовские лекции в шоу

Оценить
Профессор Татьяна Черняева: «Гламуризация» жизни превращает вузовские лекции в шоу
Профессор Татьяна Черняева: «Гламуризация» жизни превращает вузовские лекции в шоу
25 января – Татьянин день – своим праздником считают не только женщины и девушки с именем Татьяна, но и все студенты России. В день святой мученицы Татьяны в 1755 году императрица Елизавета Петровна подписала указ об основании Московского университет

25 января – Татьянин день – своим праздником считают не только женщины и девушки с именем Татьяна, но и все студенты России. В день святой мученицы Татьяны в 1755 году императрица Елизавета Петровна подписала указ об основании Московского университета.

«Газета недели» нашла в Саратове героиню Татьяну, которая много лет работает в высшей школе, и расспросила её о студентах нашего времени.

«Как же вы всё это к теме «Татьянин день» привяжете?» – забеспокоилась собеседница в конце разговора. И не мудрено – речь зашла не только о студентах, но и о приметах современности, профессии будущего, о законах психологии вообще.

Знакомьтесь: Татьяна Черняева – заведующая кафедрой социальных коммуникаций Поволжской академии государственной службы, доктор социологических наук, профессор.

– Татьяна Ивановна, современные студенты – какие они? Сравните их сегодняшних и тех, что учились лет 20 назад.

– Я довольно давно работаю в высшей школе. Мне повезло – я застала две разные эпохи. Могу сказать, что в современных студентах очень ярко выражена поляризация. Между теми, кто ориентирован на внешний рынок трудоустройства, и теми, кто на внутренний. Разница между ними колоссальная!

Первые видят себя в будущем в Москве, в Санкт-Петербурге, за границей, поэтому они изначально строят свою карьеру через набор профессиональных компетенций. И от этих студентов ни за что не отвяжешься! Они из преподавателя все соки, все знания выжмут!

Другая группа студентов ориентирована на внутренний рынок труда, она пытается использовать те традиционные стратегии, которые существовали в советском обществе.

– Через знакомства?

– Да. Такие студенты знают, что, каким бы ни был диплом, их всё равно трудоустроят. Поэтому они не вкладываются в обучение, не заморачиваются на этот счёт. По сравнению с прошлыми годами стало больше таких студентов, которые поступают в вуз под воздействием случайных факторов – родители посоветовали, за компанию с кем-то и т. д. Вместе с тем они твёрдо знают, что не пропадут.

Вот такой категории студентов стало больше. К сожалению. И это, может быть, ещё и потому, что повысилась ценность не знаний, а бумажных свидетельств – дипломов.

– Каково соотношение тех и других?

– На разных специальностях по-разному. Чем престижнее специальность, тем больше людей, которые рано понимают, что единственное стоящее вложение, которое никогда не доставляет нам огорчения, это вложение в самих себя. Это как раз те студенты из вышеназванной первой группы.

Эта категория тоже набирает обороты. Они рассматривают университет как некую промежуточную ступень, чтобы потом устроиться на более ресурсно обеспеченной территории, где они за тот же самый труд получат больше денег и станут более успешными.

Они знают, чего хотят, и с ними безумно интересно работать. Именно они задают вопросы, ответы на которые неочевидны, создают дискуссионные ситуации. Именно с их помощью мы, преподаватели вуза, и растём, сами становимся более компетентными.

– А престижные специальности – это какие?

– В нашем вузе это, безусловно, «Связи с общественностью». В прошлом году открылось ещё одно направление – «Конфликтология».

Я веду «Введение в конфликтологию», «Общую конфликтологию» и считаю, что это профессия будущего. Жизнь настолько сложна, мы, потенциально или актуально, оказываемся втянутыми в самые разнообразные конфликты. Часто не осознавая, что мы уже внутри и позиция наблюдателя уже не подходит. Надо принимать решения, надо действовать, а вот как – научит конфликтология.

– Вернёмся к первому вопросу. А какими были студенты России 20 лет назад?

– Тогда студенты вообще намного меньше задумывались, как они будут трудоустроены, где работать. Большинство выбирали профессию по личным симпатиям и пристрастиям. В 90-е годы в вузах вообще упал конкурс, туда зазывали, у молодёжи не было мотивации учиться.

– А чем российские студенты отличаются от студентов, например, Запада?

– На Западе какая стратегия? Поменять мест двадцать работы и выбрать лучшее. В России другая мотивация. Здесь всегда выбирали профессию под себя.

Я помню, что у меня в школе были успехи во многих областях – истории, русском языке, физике. Но моя мама говорила: «Таня, не думай о том, где ты будешь работать! Важно выбрать ту профессию, которая тебе доставляла бы радость, где было бы интересно именно тебе».

– А на Западе разве не так?

– Там важнее, где ты будешь востребован. Они часто меняют места работы, чтобы понять, где твоё настоящее место. Приходя с работы, мы что обсуждаем? Что на работе произошло. А там работа закончилась, и всё – началась личная жизнь. Жизнь начинается после работы. А в России личная жизнь без работы немыслима.

Для нас профессия – не только средство зарабатывания денег, это наша судьба. По-моему, эта стратегия освоения профессии через личность и сейчас в России сохранилась.

Однако очень многое в отношении к учёбе зависит от того, с каким багажом человек пришёл в вуз, от его школы, от социального положения семьи, от освоенного культурного поля.

Например, заметна колоссальная разница между теми, кто учился в школе «на окраине» и в престижном лицее. Последние часто приходят в вуз с ощущением избранности: «А зачем учиться? Мы и так уже многого стоим». Да, по уровню знаний абитуриенты из школ «с окраины» лицеистам явно проигрывают, им труднее. Но это и заставляет их учиться особенно старательно.

По-моему, нельзя говорить о современных студентах в отрыве от окружающей жизни. Изменилась социокультурная ситуация в нашем обществе. Произошла – мне кажется очень точным этот термин – «гламуризация» жизни.

– Гламуризация – вы так просто по-своему выражаетесь или это научный термин?

– Это термин Дмитрия Иванова, профессора из Санкт-Петербурга. Суть в том, что всё становится товаром, который должен быть хорошо упакован и продан. По мысли ещё одного профессора Покровского (Москва), таким товаром становятся и знания, и вся система образования.

Посмотрите, как сейчас «продаются» лекции! Каждая лекция становится шоу. Невозможно представить, чтобы не было видеопрезентации, чтобы преподаватель просто стоял и бубнил себе под нос у доски. Нет, преподаватель должен быть артистом и привлекать студентов. Которые выставляют ему оценки, влияющие на рейтинг и зарплату в вузе.

Поэтому преподаватели вынуждены работать на эту оболочку, упаковку. И эта упаковка становится более важной, чем само содержание.

– Значит, желание учиться в Москве или Санкт-Петербурге, а не в Саратове или Ростове зависит от раскрученного столичного имиджа?

– Именно. Выбирают вузы более престижные и более раскрученные. Хотя это не даёт никакой гарантии высокого уровня знаний. Ведь почему так много юристов и экономистов? Их уже через край. Но имидж этих профессий так высок, что вопреки здравому смыслу остаётся привлекателен.

Тот же Иванов вывел формулу гламура. Она такая: роскошь, эротика, экзотика, кто-то блондинистый и что-то в розовом. Всё это присутствует в любом глянцевом журнале, которые многим заменяют университеты и академии. В соответствии с этим идеалом человек должен скандально врываться в общественную жизнь. Вот как раз студентов, которые скандально врываются в жизнь, стало больше.

– И в чём это проявляется?

– Больше внимания уделяется внешнему имиджу, форме, одежде, манере разговаривать, тем кругам, в которых ты вращаешься вне учёбы. Иногда студенты понимают, что главнее не к зачёту подготовиться, а пойти на тусовку. Потому что это тот самый социальный капитал, которым так сильно и отличаются слои социального общества в России сегодня. Посмотрите на наших студенток. Это же фотомодели!

– Вы, преподаватели, как-то боретесь с этим гламуром?

– Как можно бороться с катком, который едет прямо на вас? Можно попытаться обойти, но противостоять ему невозможно. Можно выбрать позицию, мол, я понимаю значение всей этой мишуры, но праздник проходит, а жизнь остаётся, и я буду поступать так, как считаю нужным. Кто-то выбирает стратегию избегания – уезжают (знаю таких), организуют свои поселения и живут по своим законам.

Лично я стараюсь найти золотую середину и не изменять своим принципам. Я использую свои ресурсы – обсуждение, осознание, понимание. Иногда в рамках плановой лекции веду со студентами серьёзный разговор о том, что происходит с нами и вокруг нас. О профессиональном становлении, осознании жизненных целей и стратегий. Ведь без осознания того, что именно тебе нужно, бесполезна всякая учёба.

– А чем опасна гламуризация?

– Она провоцирует потребленческое поведение. Я довольно плотно занимаюсь проблемой потребления как социокультурной стратегии. Потребителями легко управлять. Они маму-папу за жвачку, за сигареты, за включённость в престижную тусовку продадут. И эта стратегия активно навязывается нам («наслаждайся», «отрывайся», «ты этого достоин»).

Кем навязывается? Уверена, что за этим стоят глобальные корпорации, большой бизнес. Без армии своих потребителей они не могут существовать. Объединения юных потребителей гораздо мощнее, чем пионерия и комсомол. На любом курсе я эту тему обязательно затрагиваю.

– У современной молодёжи свой язык. Все эти бесконечные «круто», «ништяк», «прикольно», «превед, медвед» и так далее. Вы знаете их язык, понимаете его, пользуетесь им для достижения взаимопонимания?

– Я изучаю этот язык. Но не разговариваю на нём. Я не хочу максимально упрощать для студентов наше общение. Для каждого дела нужен профессиональный язык.

– Современный студент немыслим без компьютерной грамотности и знания Интернета. Зависит ли от этих умений уровень курсовых и рефератов?

– Стало гораздо больше рефератов, скачанных из Интернета. У нас есть компьютерная программа, с помощью которой можно определить плагиат. Встречаются такие настырные студенты, которые и после их разоблачения продолжают сдавать скачанные из Всемирной сети работы.

– Многие ли студенты совмещают учёбу с работой?

– В нашем вузе не поощряется такое совмещение, это плохо сказывается на успеваемости. Но многие подрабатывают, конечно. А начиная с четвёртого курса работают почти все.

– Охотно ли современные студенты читают не по программе?

– По-моему, такое занятие, как чтение, для некоторых студентов ушло из контекста личной жизни. Комиксы читают. Этот вид досуга, наверное, переместился в виртуальную сферу, его заменило интернет-общение.

– Татьяна Ивановна, пожелайте что-нибудь студентам в их «профессиональный» праздник.

– У Вознесенского есть замечательные строки:

Хлещет чёрная вода из крана,

хлещет рыжая, настоявшаяся,

хлещет ржавая вода из крана.

Я дождусь – пойдёт настоящая.

Настоящее должно быть внутри. Тогда и встреча с ним неизбежна. Я желаю всем студентам настоящих открытий, настоящих побед и настоящей любви!