Роман Брант: Грызлов пусть остаётся Грызловым, а Санта-Клаус – Санта-Клаусом

Оценить
Роман Брант: Грызлов пусть остаётся Грызловым, а Санта-Клаус – Санта-Клаусом
Роман Брант: Грызлов пусть остаётся Грызловым, а Санта-Клаус – Санта-Клаусом
С кем же общаться в канун Нового года, если не с Дедом Морозом? Профессионального Деда Мороза нам не без труда удалось выхватить из жёсткого графика детских утренников и ночных корпоративов.

С кем же общаться в канун Нового года, если не с Дедом Морозом? Профессионального Деда Мороза нам не без труда удалось выхватить из жёсткого графика детских утренников и ночных корпоративов.

С художественным руководителем эстрадного театра «Арт-Ревю», директором продюсерского центра «Браво» Романом Брантом мы поговорили о разном – о детях и взрослых, праздниках и буднях, сказочниках и политиках. И решили: жить будем весело.

– Роман Исаакович, Дед Мороз есть?

– Совсем недавно подумал, вдруг мне зададут такой вопрос, как же отвечать, есть или нет? Я бы желал, чтобы эта сказка, которой нас одаривают наши родители в детские годы, продолжалась как можно дольше.

Вот сегодня на новогодней ёлке я смотрел, как искренне дети радовались Деду Морозу и Снегурочке, наблюдал за родителями, которые решали какие-то вопросы по телефонам, что-то писали в блокнотах, и понимал, что, к сожалению, родители уже совсем не верят в сказки. Они уже столкнулись с реальностью, и она оказалась далеко не сказочной.

А теперь ответ на ваш вопрос: я очень хочу, чтобы добрый Дед Мороз был, чтобы он действительно помогал тем, кто в этом нуждается. А пока мы все уповаем на Господа Бога, который по статусу выше Деда Мороза. Но это уже взрослая сказка…

– Где же сегодня работают Деды Морозы?

– О! Везде, начиная от площадей, домов культуры, школ и корпоративов (слово-то какое матерное), заканчивая Кремлёвским Дворцом Съездов. Но там уже Дед Мороз валютный.

Вот сегодня вы меня застали, в общем-то, случайно в клубе «Созвездие», хотя нас приглашали поработать в Новосибирск и Воронеж. Но я посмотрел, какой здесь прекрасный, высокообразованный коллектив, и мне расхотелось уезжать из Саратова.

– А летом где дедушка промышляет?

– Он надевает гидрокостюм, берёт подводное ружьё и охотится под водой. Там ему не так жарко. Если вы хотите встретить Деда Мороза, советую летом плавать под водой, а зимой выходить на лёд. Встреча с ним гарантирована.

– Новый год всегда был одним из самых любимых праздников всех поколений. Раньше его праздновали скромнее, душевнее, скучнее?

– Гораздо душевнее. Но все, кто работает в наших коллективах, это делают точно так же, как раньше. Единственное, что может у нас измениться по отношению к Новому году, это музыкальная часть. Мы стараемся, чтобы она была современнее, приближённее к нынешнему дню. Ещё раз повторю, мне хочется продлить сказку для наших детей, которые, к сожалению, с ней расстаются слишком рано.

– Понятно, что дети ждут от Деда Мороза подарков и исполнения желаний, а взрослые?

– Честно? Валютную Снегурочку. По этому поводу даже есть анекдот. На заборе висит объявление: «Предлагают свои услуги Дед Мороз и Снегурочка. Дед Мороз со Снегурочкой – сто рублей. Снегурочка без Деда Мороза – двести».

– Снегурочка на корпоративы должна иначе одеться, чем на новогоднюю ёлку для детей?

– Чаще всего в наших коллективах она одевается так же. Но иногда мы приглашаем певицу сыграть роль Снегурочки. Правда, роль – громко сказано. Она говорит всего пару слов. Всё остальное время поёт песни. Коротенькое платьице, кокошничек – такая современная Снегурочка. Но это мир взрослых.

– А вообще эпоха гламура испортила вам работу, праздничные ощущения людей изменились?

– Я не люблю это слово, не понимаю его. Я слишком часто сталкивался с тем, когда гламур становился синонимом слова «разврат».

Вот смотрю «красивую жизнь» на МTV (сутки развлечений, мальчик целует мальчика, девочка девочку) и понимаю, что мне это неприятно. Эти молодые люди пока ещё ничего не зарабатывают, живут за счёт родителей, если, конечно, родители обеспеченные. А те, кто не может себе этого позволить, озлобляются. Берут лом – и вперёд.

Раньше не было таких зверств, как сейчас. И самое главное, все радуются жареным фактам: убили того-то, ограбили то-то… Один негатив льётся с экранов. А я, обычный человек, хочу радости. И нас таких миллионы, но нам не показывают позитивных передач.

Только страшилки и гламур, где стёрта грань между тем, что есть хорошо и плохо, что красиво, а что уродливо…

– Были случаи, когда вам пришлось отказываться от каких-то предложений из-за их неприличности?

– Мы стараемся любое предложение реализовать так, чтобы нам не было стыдно за себя и перед теми, для кого мы это делаем. Предлагаем варианты, чтобы любой номер стал концертным, сюжетным.

Можно топлес показать так, что это будет красиво, элегантно, приятно, а можно так, что это будет пошло и низко. Это зависит от внутреннего вкуса режиссёра-постановщика.

– Современные люди другие, чем, скажем, десять-двадцать лет назад?

– Современных людей очень трудно раскачать на игры, какие-то достойные забавы. Зато на пошлость, на шутки на грани фола – легко.

Моя задача – осадить их, вернуть мероприятие в достойное русло. Мы придумываем игры, в которых они могли бы почувствовать себя непосредственными, окунувшись в мир детства. Часто это удаётся. И тогда у взрослых совершенно по-другому светятся глаза.

То есть мы стараемся увлечь их забавами, когда весело, озорно, смешно, но не пошло. Хотя пошлить многим нравится больше.

– То есть народ опошлился?

– Раньше человек бы рот не осмелился раскрыть с пошлостью, грубой шуткой в присутствии других людей. А сейчас каждый считает это за честь. И самое интересное, сидящие рядом с ним смеются.

Я за свободу слова, но не за вседозволенность. Пошлость – она растёт в геометрической прогрессии. Если таковы вы сами, то такими будут и ваши дети, но помноженными в степень. И что мы получим в результате через -надцать лет, как сказал бы Райкин?

– Есть устоявшееся мнение, что к концу рабочего дня Снегурочка несёт на себе Деда Мороза. С вами такое случалось?

– Много лет назад мы с Леонидом Сметанниковым были на гастролях, ездили целый месяц по Тюменскому краю. Нас доставляли в лесхозы со спектаклями на вертолётах. И на последнем концерте нас всех так дружно напоили, что мне пришлось нести нашего концертмейстера – довольно крупную женщину – на руках. Донёс до «Волги», усадил.

А потом мы ехали ночью по тайге и распевали песни. Вот такой единственный случай на моей памяти, когда кто-то кого-то нёс.

– А как вообще заканчивается рабочий день Деда Мороза? То, что для людей праздник, для вас не есть ужас?

– Да нет. В противном случае мы бы не посвятили себя этой профессии. Конечно, Новый год для нас – работа, от которой мы получаем и усталость, и удовольствие. Мы занимаемся любимым делом.

Кстати, у нас есть игра под названием «Легко ли быть артистом?». Этот вопрос мы задаём нашим зрителям, и когда они кричат, мол, это ерунда, мы предлагаем им попробовать выступить. Они пробуют и понимают, что это совсем не лёгкое дело. Потому что в нашей профессии тратится самое дорогое – твои энергия, эмоции, нервы. Наша профессия – это умение отдавать.

Кстати, когда мы проводим детские мероприятия, положительные эмоции возвращаются сторицей. Глядя в детские глаза, видишь новогоднюю сказку.

– Недавно, кстати, даже эта новогодняя сказка оказалась втянута в политику. Борис Грызлов сказал, что нам надо освободить российские просторы от Санта-Клаусов. На ваш взгляд, Дед Мороз и Санта-Клаус – друзья, враги, кровные братья, конкуренты?

– Знаете что, если кому-то хочется быть Санта-Клаусом, пусть будет Санта-Клаусом, кому-то хочется быть Грызловым – пусть будет Грызловым. Освобождаться надо только от оружия, наркотиков и проституции. Всё остальное в государстве, которое заявляет о свободе слова, вероисповедания, имеет право на жизнь.

А политики пусть лучше думают о народе, а не об отношениях между Санта-Клаусом и Дедом Морозом. Сейчас, к сожалению, с народом не считается ни одна партия. Наш народ мог бы жить, как живёт народ Арабских Эмиратов. А у нас живут несколько человек, которые сидят на вентиле, рядом с ними жируют их прикормыши.

Есть в режиссуре такой приём: когда у режиссёра спектакль и он хочет, чтобы пропустили какие-то крамольные вещи, он «бросает кость» – то есть какую-то яркую фразу. Комиссия, принимающая спектакль, обращает на неё внимание – и крамольные вещи проходят. Тот же принцип и в государстве. Народу кидают кость, объедки.

Все эти меры, которые государство принимает в отношении народа, они настолько мизерные, настолько ничтожные... А народ классный, трудолюбивый, и он имеет право достойно жить в этой сказочной стране под названием Россия.

– Деды Морозы ощутили на себе влияние кризиса, который докатился и до этой сказочной страны?

– Да, поэтому мы работаем и в Новый год, иначе поехали бы в Арабские Эмираты. А если серьёзно, многие заказы на мероприятия в этом году отменились. И даже на детскую сказку детей ведут только те родители, которые могут себе это позволить.

– Есть ли у вас любимый анекдот про Деда Мороза?

– Недавно мой коллега артист рассказал мне анекдот, в котором, кстати, ответ на ваш предыдущий вопрос. Дед Мороз ходит по квартирам, поздравляет всех с Новым годом. Стучит в очередную – тишина. Толкает дверь и видит: стоит мужик на табуретке, примеряет на шею петлю. Дед Мороз говорит: «Мужик, ты что делаешь? Скоро ведь Новый год!» Мужик отвечает: «Да какой там Новый год! Кризис, инфляция, дефолт. Нет, жизнь кончена». Дед Мороз отвечает: «Подожди, что ж ты так. Всё равно стоишь на стульчике, хоть стишок дедушке расскажи».

К сожалению, все мы обременены этой бытовухой. Вот сейчас уходит трудный, тяжёлый, високосный год. Хочу пожелать вашим читателям, самое главное, здоровья и простого человеческого счастья.

И вслед за Райкиным повторю: «Ребята. Давайте жить весело». Юмор – он помогает выживать в самые непростые времена.

С Новым годом!