Базар бабушек на лавке во дворе

Оценить
Базар бабушек на лавке во дворе
Именно его напоминает качество экспертиз по саратовским «иностранным агентам»

В деле организации инвалидов, больных сахарным диабетом, которую Фрунзенский районный суд признал «иностранным агентом», точка еще не поставлена. Лариса Сайгина, руководитель организации, намерена обжаловать решение в суде второй инстанции. Саратовские «диабетики» оказываются в странном положении: с одной стороны, это решение имеет – и должно иметь – широкую огласку. С другой – новые эксперты, проверявшие деятельность организации, появление новостей о саратовской НКО в федеральных СМИ называют частью политической деятельности самой организации. К экспертизе в деле «диабетиков» большие вопросы.

Как и к экспертизам работы всех саратовских некоммерческих организаций, признанных судом «иностранными агентами». Таких НКО в нашем регионе уже три. Все три прекратили свою деятельность. Судьба саратовской общественной организации инвалидов, больных сахарным диабетом, висит на волоске.

Битва экспертов

Традиция такова, что как только в деле – любом деле – появляется экспертиза, для суда она становится более весомым доказательством, нежели все остальные. Об этом говорит Светлана Кузеванова, ведущий юрист Центра защиты прав СМИ (эта НКО тоже признана судом «иностранным агентом»). Хотя по закону так быть не должно – экспертиза должна исследоваться судом наравне с другими доказательствами.

– За 20 лет нашей практики было буквально два случая, когда экспертизы не принимались во внимание судом, поскольку эксперт провёл работу непрофессионально и пришел к необоснованным выводам. У меня есть свои мысли, почему так происходит: всё-таки экспертиза – это специальные познания, она написана красивым языком. И судьям проще брать в мотивировку решения готовый текст, нежели самим изобретать велосипед.

В нашей стране экспертиза – вид деятельности, который не лицензируется. Поэтому экспертом может стать любой человек, обладающий специальными познаниями и способный подтвердить свою квалификацию. При этом, отмечает Кузеванова, если мы говорим о делах политически не мотивированных, то экспертиза, скорее всего, будет сделана в пользу того, кто её заказал.

Диабет и общественное мнение

– Формирование общественного мнения – это, как мне кажется, самое частое основание для признания деятельности НКО политической, – говорит Кузеванова. – Чаще всего такие организации не проводят политических акций, пикетов, не лоббируют политических решений. Они просто тихо работают на благо общества, становятся экспертами в своей теме, что понятно. И будучи экспертами, дают публичную оценку действиям органов власти, которые могут повлиять на тех, кому они помогают. И тут их признают формирователями общественного мнения. И это большая печаль. Потому что, по сути, это запрет на высказывание какой-либо критической позиции в адрес государства.

Также юрист полагает, что любой эксперт должен давать некий объективный анализ. Политолог не имеет права выносить решение о том, кто говорит правду, а кто лжет – чиновники или общественники. Не имеет права заявлять, что слова руководителя организации порочат чью-то честь и достоинство – ведь на это нет соответствующего решения суда.

– На журналиста за такое могли бы легко подать в суд, – говорит Кузеванова. – А тут получается, что мнение чиновника берется как истина в последней инстанции. В итоге мы получаем специфическую, абсолютно субъективную оценку того, какие СМИ оппозиционные, какие не оппозиционные, кто врёт, а кто говорит правду. От этого экспертиза похожа на базар бабушек на лавке.

Николай СкворцовНиколай Скворцов, юрист, председатель межкомиссионной рабочей группы по подготовке экспертных заключений общественной палаты Саратовской области:

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЧАСТНЫХ ЭКСПЕРТНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ НИЧЕМ НЕ УРЕГУЛИРОВАНА

– Независимой можно назвать экспертизу в том случае, если не было контактов эксперта ни с одной из сторон. Однако таких, к сожалению, мало. Как правило, стороны судебного процесса заинтересованы в получении того или иного ответа. Они могут иметь опыт работы с конкретными экспертными учреждениями и представляют, о чем будет написано в их экспертном заключении.

У нас в области много частных организаций, которые проводят экспертизы, и их интересуют в первую очередь вопросы оплаты. Сегодня деятельность частных экспертных учреждений ничем не урегулирована. Общественная палата Саратовской области месяц назад направила обращение в Государственную думу и описала проблемы, связанные с экспертизами негосударственных экспертных учреждений. Мы предлагаем установить единые требования по образованию, уровню квалификации, опыту работы экспертов, правилам их выбора, а также ответственность за промахи в их работе, чтобы это было урегулировано в форме отдельного законодательного акта.

Что касается дела диабетиков – по моему личному мнению, это экспертиза не самого высокого качества. Никакой политической деятельности у организации диабетиков нет и в помине – это выражение личного мнения, причем выражение мнения в дискуссии. Да и бездумное переписывание экспертного заключения в решение суда, на мой взгляд, в корне недопустимо.

Александр ПантелеевАлександр Пантелеев, политолог, участник судебно-психологических экспертиз:

ЭТО ОСОБЕННОСТЬ НЕ ПРАВОВОГО, А КАКОГО-ТО ДРУГОГО ГОСУДАРСТВА. ПОЛИЦЕЙСКОГО, МОЖЕТ БЫТЬ

– В Саратове существует масса экспертных организаций. Насколько я помню, не так давно было решение Верховного суда о регулировании экспертной деятельности, потому что экспертных учреждений сегодня слишком много, и, как вы понимаете, участник судебного процесса волен обратиться именно в те экспертные учреждения, которые напишут то, что нужно. Кстати, экспертом может стать любой человек, который имеет соответствующее образование, квалификацию, стаж работы и которому суд доверяет.

Есть экспертизы объективные, то есть сертифицированные. Здесь предъявляются жесткие требования к методике их проведения, к результатам, к их интерпретации. Эксперт в этом случае делает вывод строго по определенным критериям в соответствии с определенными нормами, и результат легко проверяем. А есть экспертизы так называемые качественные – социологические, психологические, политологические – для них достаточно сложно подобрать жесткие критерии.

С политологическими экспертизами всё сложно: здесь критерии становятся в меньшей степени объективными и в большей мере продиктованными сиюминутными колебаниями политической конъюнктуры: вчера что-то было хорошо, а сегодня уже плохо.

Ответственность за политологическую экспертизу готовы взять на себя далеко не все. Здесь всё размыто, сам предмет экспертизы очень тонкий. Насколько я знаю, множество экспертов, в частности, из Поволжского института управления, отказались проводить экспертизу по делу диабетиков. Это вопросы репутационного характера. После долгих мытарств нашли там же, в Академии права, эксперта для повторной экспертизы, который написал то, что было нужно. Этот результат экспертизы сам по себе вызывает сомнение, потому что существует негласное правило, что если заключение дали в одном экспертном учреждении, то повторную экспертизу там же проводить нельзя. Да, люди разные – но учреждение-то то же самое.

В деле диабетиков суд, по всей видимости, пошел по пути наименьшего сопротивления. Теперь с суда взятки гладки, потому что судья основывается на экспертном заключении. Помните, что молодой человек из медуниверситета отказался от своего заявления в прокуратуру, но всё равно истории дали ход. Это говорит о том, что дело против диабетиков – сугубо политического характера, и вместо права здесь применяется политика – а это особенность не правового, а какого-то другого государства. Полицейского, может быть.

Ольга ПицуноваОльга Пицунова, эколог, руководитель «Ассоциации «Партнерство для развития» («иностранный агент», ликвидирована):

МЫ НЕ ИДЕМ К ТОТАЛИТАРНОМУ ГОСУДАРСТВУ. МЫ УЖЕ В НЁМ

– Поводом для прокурорской проверки нашей организации стал анонимный донос. В нём сообщалось, что мы получаем деньги из-за рубежа. Наш последний грант мы выиграли в 2012 году, еще до принятия закона об «иностранных агентах». Но последний транш по нему получили в 2014-м: мы отчитались о проделанной работе и тех средствах, которые вложили в проект самостоятельно. Их грантодатели нам и компенсировали.

Сотрудники прокуратуры прискакали ко мне на дачу часа в четыре дня – дали подписать бумажку, что я должна явиться на допрос и не возражаю против экспертизы. На следующее утро я пришла на допрос, и экспертиза у них уже была готова. Эксперт был Купин. Над документом все смеялись. Мои общественные защитники из «Агоры» сказали: мы её на раз отобьем. Тогда все ещё были наивные. Потом только поняли, что в этой стране проходит любой идиотизм – что мы способствовали развалу евразийского союза и тому подобное. Эксперт сказал: да, я законов не знаю, но с моей точки зрения то, чем они занимались, – незаконно. И вообще нельзя критиковать власть.

У меня сложилось ощущение, что Купин даже денег за свою работу не получил – он это делал ради удовольствия. Такой кайф старого пиджака, который сорок лет не надевали, потом вытащили его из шкафа, стряхнули нафталин и примерили.

Эти люди воспитывались во времена антизападной истерии. И риторика вся оттуда. На самом деле это печальная вещь. Обозначает, что мы не движемся семимильными шагами к тоталитарному государству, а уже там находимся.

На первый план сегодня выходят низшие инстинкты и самые низкие качества – подлость, доносы, зависть, трусость, подсидеть лишнего. Честность, здравомыслие, человеколюбие, милосердие – это не поощряется.

«Удалось зафиксировать»

Перлы саратовских экспертиз в делах «иноагентов»

В реестр «иностранных агентов» на сегодняшний день были внесены четыре саратовские общественные организации. Три из них – по суду. Четвертая, выявленная Минюстом, – саратовское отделение «Евро-Азиатского геофизического общества», не стала проходить процедуру судебных разбирательств и согласилась на этот статус добровольно. Ждёт ли внесение в реестр саратовских «диабетиков», зависит от того, вступит ли в силу решение суда.

Эксперты из юракадемии

Виктор Купин
Знакомьтесь, эксперт Купин,
Большой Специалист

Экспертизу проходила деятельность всех саратовских НКО, которые получили статус «иностранного агента» через суд. Все эксперты, трудившиеся над заключением, работают на одной кафедре – истории, социологии политики и сервиса Саратовской юридической академии. Доктор исторических наук, профессор Иван Коновалов «засветился» в деле «диабетиков» и энгельсской организации «Социум», занимавшейся профилактикой ВИЧ у наркозависимых. Кроме того, Коновалов возглавляет «Гражданский университет» партии «Единая Россия», который работал над экспертизами для ЦСПГИ – «Центра социальной политики и гендерных исследований» (первая НКО в нашем регионе, попавшая по нож закона об «иностранных агентах», занимались наукой) и для АНО «Ассоциация «Партнерство для развития» Ольги Пицуновой (экология). К экспертизе последней приложил руку профессор всё той же кафедры Виктор Купин. Он же совместно с доцентом кафедры Еленой Колоярцевой проводил второе исследование по делу саратовских «диабетиков», которое и стало в итоге основой для решения, вынесенного судьей Марией Агишевой.

К сожалению, в распоряжении редакции имеются экспертизы на деятельность всего двух НКО. Павел Романов, организовавший ЦСПГИ, ушёл из жизни после продолжительной болезни в 2014 году. Возглавлявший «Социум» Илья Штейнберг оказался закрыт для прессы и не общался с журналистами ни во время разбирательства, ни после него.

«СРОО «Социум» попадает под закон об НКО, который чаще называют «законом об иностранных агентах». Но занимаются ли они политикой? С одной стороны, они политикой не занимаются – не пикетируют, не митингуют, не требуют отставки правительства. Но их можно назвать участниками гибридной войны, которая ведется против России. Это целый комплекс действий, который пришел на смену холодной войне.

Гибридная война включает в себя <...> разрушение основ традиционной культуры, семейных ценностей, своеобразно трактует права человека, когда запрет гей-парадов, однополых браков, употребления наркотиков и проституции провозглашаются нарушением прав человека!»

Иван Коновалов, из комментария ИА «Взгляд-инфо» по делу «Социума»

«Социум»

Организация придерживалась принципов Снижения Вреда – подхода, при котором не запрещают поведение, вредное для здоровья, нацеленное на уменьшение вредных последствий и изменение поведения на более безопасное. Среди прочего в памятке волонтеров сказано, что нужно уважать жизнь и выбор каждого человека, даже того, который принимает психотропные вещества. Просто минимизировать вредные последствия, а также рассказывать о другом образе жизни, но не навязывать его. Волонтёры «Социума» в том числе раздавали своим подопечным одноразовые шприцы и презервативы, стремясь предотвратить инфекции и распространение ВИЧ.

«Интенсивная деятельность Ассоциации по нагнетанию протестных настроений, отрицанию официальной политики государства, выдаётся внедрение так называемого «гражданского активизма» среди жителей региона. Имеющаяся активность, выраженная в проведении серии гражданских десантов, <...> в сельских районах и малых городах Саратовской области, является вмешательством в электоральный процесс и однозначно носит политический характер».

Виктор Купин, экспертиза по делу «Ассоциации «Партнёрство для развития»

«Партнёрство для развития»

Эту организацию создала и возглавляла саратовский эколог Ольга Пицунова. Она всегда ратовала за сохранение зелёных насаждений в Саратове, недопустимость застройки Кумысной поляны, экологическую безопасность предприятий. Организация среди прочего занималась развитием гражданского общества – помогала другим общественникам ориентироваться в законодательстве, писать заявки на гранты и т.д.

«Бесспорно, Ассоциация «Партнёрство для развития» выполняет политический заказ внешних сил. Их интерес к Саратовской области обусловлен особым местом, которое занимает регион, его исключительным геополитическим положением в России в качестве связующего звена формирующегося Евразийского союза – Россия – Беларусь – Казахстан.

Ослабление данного союза – одна из важнейших геополитических целей США и их партнёров по НАТО»

Виктор Купин, экспертиза по делу «Ассоциации «Партнёрство для развития»

Общество инвалидов, больных сахарным диабетом

Организация много лет занималась помощью саратовским диабетикам – образовательные семинары для больных совместно с эндокринологами, организация совместного досуга для детей. Кроме того, это было активное взаимодействие с органами власти – выбить из минздрава необходимые препараты, не дать перевести заболевших на препараты невысокого качества, потому что у них небольшой «срок дожития», ежедневная забота о качестве жизни саратовцев, страдающих сахарным диабетом как первого, так и второго типа. В том числе жалобы, претензии и обращения, привлечение к проблеме нехватки, например, инсулина, средств массовой информации.

Экспертиза Ивана Коновалова, которую Фрунзенская районная прокуратура приложила сразу же, судью Агишеву не устроила. Поэтому в деле она фигурирует как частное мнение профессора. Попытки запросить политологическую экспертизу у других не увенчались успехом и растянули процесс на три весенних месяца. Суд посылал запросы в Поволжский институт управления им. Столыпина РАНХиГС и Казанский автономный центр экспертиз. Но обе организации отказались проводить политологическую экспертизу. Тогда судья Агишева решила отправить дело в единственную организацию, которая никогда в подобном не отказывает – в Саратовскую государственную юридическую академию. С условием, что профессор Коновалов не будет иметь к ней отношения.

«В дальнейшей информационной кампании руководством СРООИБСД были задействованы и другие медиаресурсы, а именно: «Медуза», «Медиазона», «Серебряный дождь», «Радио свобода», используемые «оппозиционным блоком для формирования негативного общественного мнения к органам власти. Привлекаемая руководством СРООИБСД «информационная воронка» позволила организации попасть в поле зрения М.Б. Ходорковского (беглого олигарха и политического деятеля, руководителя общественно-сетевого движения «Открытая Россия», признанного нежелательной на территории РФ, который предложил им финансовую и юридическую помощь)».

Виктор Купин, Елена Колоярцева, экспертиза по делу «диабетиков»

Экспертиза досталась уже известному нам Виктору Купину и менее известной Елене Колоярцевой. Эксперты сравнивают слова бывшего руководителя организации Екатерины Рогаткиной со словами чиновников и делают вывод, что Рогаткина преувеличивает, передергивает и необоснованно критикует областную власть, поскольку чиновники утверждают, что с инсулином и расходниками в регионе всё в порядке. Организации ставят в вину создание «негативного общественного мнения» за высказывания в прессе о качестве российского инсулина и, как следствие, дестабилизацию социальной обстановки в регионе. В качестве политической составляющей оказываются обращения организации в минздрав с просьбой пересмотреть политику в области закупки препаратов и убрать с должностей чиновников, которые принимают единоличные и необдуманные решения о таких закупках.

«Другими словами, руководство общественной организация помощи больным сахарным диабетом 28 декабря 2017 года включилась в политическую избирательную кампанию, что не входит в её компетенцию». (орфография и пунктуация сохранены).

Виктор Купин, Елена Колоярцева, экспертиза по делу «диабетиков»

А вот что пишут эксперты в конце: комментарий нынешнего руководителя организации Ларисы Сайгиной «Открытому каналу» «по форме <...> является политической акцией, а по содержанию политическим пикетом, антиагитацией против потенциального кандидата в президенты, главы государства» (Сайгина рассказывала, что жалобу на организацию написал глава студенческого штаба поддержки Владимира Путина Никита Смирнов).

В вину «диабетикам» поставили интерес к теме федеральных СМИ и то, что «беглый олигарх» предложил им свою помощь. То, что организация от неё категорически отказалась, эксперты не заметили.