Сластуха: мечты не сбываются

Оценить
Сластуха: мечты не сбываются
Чем выше урожай, тем меньше денег у крестьян

Несмотря на заоблачный урожай 2017 года, товаропроизводители и люди на селе стали ещё беднее. Чтобы раздать долги, аграрии продавали зерно за бесценок. Обновление техники, помощь школам и детским садам стали роскошью для них. Сельхозпредприятия не привыкли к вниманию со стороны власти. А она и не замечает, что «иных уж нет» – разорились, закрылись. На плаву пока держатся отдельные фермерские хозяйства и кооперативы. В их руководителях ещё теплится надежда на лучшее. Им невероятно жаль сворачивать деятельность, лишать людей и их семьи заработка – не чужие ведь! Среди таких предприятий СХПК «Екатериновский» в селе Сластуха.

В прошлом году в середине апреля тракторы в Екатериновском районе уже вовсю тарахтели в полях. Нынешняя запоздалая весна не торопится выгонять машины из гаражей. Тяжёлая чёрная земля, островки снега и воды, пустынные просторы, низкие тяжёлые облака навевают невеселые мысли путникам. Настроение местных жителей Сластухи не лучше. Погода как будто нашептывает: «А может, бросить всё? И не выходить в поля?»

Цены на хлеб обрушили больше чем в два раза

В «Екатериновском», как и в других хозяйствах области, стали ещё тщательнее ухаживать за посевами: больше применяют химии, борются с сорняками, даже авиацию нанимали. Да и погода в прошлом сезоне не навредила. Вот и получилось, что последний урожай не намного, но всё же обошел предыдущий, на две с лишним тысячи тонн. Яровые остались на прежнем уровне. Всего лишь 13 центнеров с гектара получили подсолнечника, а вот озимые дали до 40–45 центнеров. Итого:11420 тонн валовой продукции. Прилично! Проблема в том, как перевести её в денежное выражение.

– Мы работаем без кредитов, – рассказывает председатель СХПК «Екатериновский» Владимир Ляшенко.– Единственный раз взяли средства защиты растений под урожай. А осенью нужно было вернуть за это 5 миллионов рублей. К тому же надо было выдать арендную плату. В общей сложности над нами нависла сумма в 9 миллионов рублей. Это кроме зарплаты, налогов и текущих трат. Я за голову схватился! Как назло, какой-то период осенью не было спроса на продукцию. Вовсе, никакого! Полное затишье. Но наконец дали цены в Ростове.

«Ектериновский» не мог ждать лучших времен. Сначала продавал продукцию по 3,50 рубля за кг при себестоимости 5,26 рубля! Потом по 4,50, 4,80, 5 рублей. Остатки распродавали с января по март. Последнюю партию у сельхозкооператива купили по 6,20 рубля. А сейчас цены вернулись к прежним, предлагают 8 рублей за кг. Владимир Григорьевич вспомнил, как один год гречиху продавали по 28 рублей. А в прошлом году – по 6,50 рубля! Перевозчики тоже озолотились прошлой зимой. Рейс из Сластухи в Ростов обходился в 150 тысяч. Ежедневно в селе скапливалось до десяти машин в день, отгружали по 300–400 тонн продукции! Даже сейчас едешь по трассе и видишь на некоторых полях не убранный с прошлого года подсолнечник – напоминание о небывалом урожае.

– Дождливая осень была, – поясняет Владимир Ляшенко. – Многие не успели убрать, кому не хватило времени, техники, рабочей силы. А если бы и убрали, куда бы они дели большой урожай? У маслозаводов и элеваторов фуры в уборочную стоят в очереди по три-четыре дня. Не выгружаются сразу, даже гореть начинают, если семечка влажная.

– А почему зерно везли в Ростов?– спрашиваю. – Там что, своего нет? Цены в Ростове какие?

– Ощущение, что всё это было намеренно спланировано, – отвечает председатель. – Скупали фирмы, которые продавали в Ростове на 2,5–3 рубля дороже, отвозили продукцию в южные регионы, а оттуда на баржах вывозили за границу.

– А что же наш минсельхоз?

– Не знаю, по каким причинам вовремя не сработал. Элеваторы не отгружали продукцию, остро испытывали нехватку вагонов. Если бы всё произошло своевременно, не исключаю, что и цена была бы более приемлемой.

Нет села – нет проблем

Худо-бедно справился «Екатериновский» с долгами. Но денег на обновление нет. Годы, когда хозяйство вкладывало по 20 млн рублей в технику, миновали. По привычке называют её новой, а она уж трех-пятилетней давности. Некоторые машины и через год после выпуска сыпаться начинают. Людям давно зарплату не увеличивали, не получается. С 1 мая повышается минимальная оплата труда. Членам кооператива предприятие может сохранить прежний оклад, а наемным обязано платить не меньше установленного минимума. Выходит, даже опытные специалисты будут получать меньше, чем наемные. Это ведет к тому, что в разгар сезона хозяйство пригласит меньше людей, а значит, снизит объемы работы.

Сельхозкооператив уже сократил двенадцать человек, которые трудились на свиноферме, и закрыл её. Среди них были три сторожа, заведующий фермой, медсанитар, рабочие и три свинарки.

Сластуха: мечты не сбываются

– Одолели бесконечные требования ветеринарных служб, Россельхознадзора, – продолжает Владимир Григорьевич. – Например, необходимо сделать санпропускник, там должен быть душ, стиральная машина. Понятно, когда такие требования предъявляются большим свинокомплексам. Нас же обязывают построить отапливаемое помещение, подвести к нему газ для свинарника, где работают три животновода. У молочной фермы ежегодно 2,5 миллиона рублей убытка. Содержим её за счет растениеводства. Всё идет к тому, что и коровник уберем. Очень жалко разваливать хозяйство.

В день выборов президента на избирательном участке в Сластухе явка была 83 процента. За действующего президента проголосовал 81 процент избирателей. Сельским жителям хочется надеяться на лучшее. Но они разводят руками: «За что мы голосовали? Почему нас бросают?!»

– По всем каналам с обеда и до глубокой ночи обсуждают внешнюю политику и очень мало и вскользь касаются уровня жизни людей в стране, – отмечает председатель Ляшенко. – Недавно из налоговой инспекции пришёл запрос. Требуется объяснить, почему у нас высокий уровень расходов по отношению к уровню доходов. Цены растут на комплектующие, на бензин, а цены на нашу продукцию в сезон обрушили в два с лишним раза!

Сельхозкооперативов в округе уже не осталось. Некоторые мелкие фермеры пока не разорились. И те просят помощи в «Екатериновском»: вспахать, забороновать. Недавно руководство хозяйства проинформировали, что оно может оформить дотацию на развитие животноводства. При этом надо выполнить множество условий. Среди прочего – необходимо сохранить поголовье или даже увеличить. А при снижении поголовья предприятие обязано выплатить компенсацию.

– Фермеров поглощают холдинги, которые и получают дотации. Уже на высшем уровне слышатся суждения: бизнес, который не может обеспечить МРОТ, нам не нужен. Но холдингам не нужно село с его населением, – считает Владимир Григорьевич.

...Сидели не на той трубе

В 2013 году сельхозкооператив приобрел сушилку в основном для кукурузы, пригласил газовую службу. Подвели и подключили газ, заключили договор на обслуживание. «Екатериновский» является собственником лишь сушилки, не более того. Она работает два-три месяца в год, потребляя за всё это время 55 тысяч кубометров газа. Установку обслуживают два кочегара, которые ежегодно проходят обучение и получают свидетельства. Всего этого оказалось недостаточно. Осенью прошлого года Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору провела плановую проверку в Сластухе. По её заключению, сто метров газовой трубы диаметром 57 мм, которая подает газ к сушилке, – объект3-го класса опасности. Ростехнадзор составил протокол административного правонарушения.

– Абсурд! К селу идет точно такая же газовая труба с таким же давлением, подчеркивает Владимир Ляшенко. – Но именно участок, который подходит к сушилке, причислили к опасным производственным объектам.

В перечне требований, которые должен выполнить сельхозкооператив, 30 пунктов. И еще внушительная папка материала– по ней руководитель «Екатериновского» должен сдать экзамен. В соответствии с требованиями предприятие составило отчет о промышленной безопасности. Его подготовка обошлась кооперативу в 17 тысяч рублей. Оформили страховку вместо нескольких месяцев на целый год на участок трубы, сушилку и двух работников. Необходимо было заключить договор со службой спасения, которой нет в округе– сельхозкооператив пошел и на это. Заплатил деньги за весь год, на три месяца никто не соглашался.

– Уже столько бумаг собрали! Но требования как к атомной станции – выполнить все невозможно, – обреченно вздыхает Владимир Григорьевич.

Пока суд да дело – установка работать не может. Благо, прошлой осенью успели высушить кукурузу до подведения итогов проверки, перевели свиней, которых кормили и кукурузой тоже. А в этом году «Екатериновский» уже пересмотрел севооборот, отказался от этой культуры. Она боится заморозков, у неё самый поздний сев, поэтому убирают кукурузу в октябре-ноябре, когда много дождей. Она обязательно требует досушки, но экономически всё-таки выгоднее зерновых. В позапрошлом сезоне специально для кукурузы купили две жатки на 3 миллиона рублей. Теперь вместе с сушилкой это всё без надобности.

Руководство кооператива руки не опускает. Ищет путь, как выйти из этой ситуации. Вариант работать на дизтопливе – дорогой. Если подключать сушилку от трубы из села, переведя её на низкое давление, нужно миллион рублей вложить в переоборудование. Главный минус в том, что в дни работы сушилки село будет оставаться без газа. Одна из служб предлагает за 50 тысяч рублей в месяц взять все проблемы на себя. 600 тысяч в год за пару месяцев некаждодневной работы – лихо!

– По закону Ростехнадзор прав, – подводит черту в разговоре руководитель «Екатериновского». – Но что получается? В кооперативе несколько лет назад числилось 130 работников. Возможности такого предприятия, даже если оно считается средним, несопоставимы с возможностями крупных холдингов. А требования предъявляются одинаковые – всех под одну гребенку. Сейчас в кооперативе меньше 90 человек. Проблему с газовой трубой это не решило, а люди остаются без работы. Самое обидное, что при хорошем урожае мы не можем помочь ни садику, ни школе, не можем достроить храм – на этом все наши благотворительные акции закончились. Мечты не сбываются.

Вместо того чтобы заниматься созиданием, давать работу сельчанам, кооператив тратит время и усилия на вопросы, которые без него за него уже давно решили. Административные препоны практически непреодолимы, если только сами чиновники не захотят повернуться лицом к сельским труженикам. Надежда на благополучный конец этой истории, на продолжение жизни в селе всё равно остается. Семена-то заготовлены, техника хоть сейчас в поле может выходить. Погода её сдерживает, работает пока только подкормщик, который удобряет озимые. Вот-вот, и проснется Сластуха после зимней спячки...