Ты шпион! Выйди вон!

Оценить
Ты шпион! Выйди вон!
Путь от организации –«иностранного агента» до блогера-шпиона занял пять с небольшим лет

В ноябре 2012 года вступил в силу закон о некоммерческих организациях – иностранных агентах. А 19 декабря 2017 года депутат Госдумы Пётр Толстой внес на рассмотрение коллег законопроект, который может приравнять обычных граждан к иностранным агентам-СМИ (отдельный закон об иностранных агентах-СМИ был подписан президентом 26 ноября). Для этого человек должен «распространять для неограниченного круга лиц печатные, аудио– и видеоматериалы или любые другие сообщения». И получать деньги из-за рубежа.

Кто часто пишет в Фейсбуке (и не только) про разное и у кого есть родственники за границей, предпочитающие дарить подарки деньгами, спешим сообщить, что 12 января законопроект уже прошел первое чтение. Судя по тому, что все предыдущие законы об «иноагентах» принимались очень быстро, этот законопроект тоже обретёт юридическую силу довольно скоро. Пока это происходит, пройдёмся по основным законодательным инициативам, призванным найти и обезвредить «шпионов».

В 2012 году был принят и вступил в силу закон о некоммерческих организациях, выполняющих функции «иностранного агента». В функции входило получение финансирования из-за рубежа и ведение политической деятельности. На сегодняшний день в реестр НКО-»иноагентов» по всей России включены 84 некоммерческих организации, все – по решению суда.

Через три года – в мае 2015-го, вступил в силу закон о «нежелательных организациях». Одним из инициаторов его принятия стал саратовец Антон Ищенко (ЛДПР). Вместе со своим коллегой из «Справедливой России» Александром Тарнавским он предложил термин «нежелательная организация», которым обозначил иностранную или международную организацию, представляющую угрозу обороноспособности или безопасности государства, либо общественному порядку, либо здоровью населения, на деятельность которой накладывался бы запрет или же ограничения.

Заявки в прокуратуру на признание НКО «нежелательными организациями» писали все кому не лень. Старались депутаты от партии ЛДПР (заявляли, среди прочих, на Фонд Карнеги, «Мемориал», Amnesty International, Transparency International и т.д.) и КПРФ (писали заявление на Фонд Сороса). А Совет Федерации к июлю 2015 года составил целый «Патриотический стоп-лист»: список из 12 нежелательных организаций. Однако критерии, по которым все они попали в этот список, в Совете Федерации назвать не смогли. На сегодняшний день в реестре «нежелательных организаций» Минюста России находятся 11 НКО, среди которых, например, Национальный фонд в поддержку демократии, Фонд Открытое общество, «Открытая Россия» Михаила Ходорковского (отделение в Великобритании) и т.д.

В начале ноября прошлого года к российскому телеканалу Russia Today американский Минюст применил закон об иностранных агентах, поскольку посчитал, что канал действует в интересах российского правительства. К 26 ноября «зеркальные меры» наших депутатов были готовы: на свет появился закон о присвоении статуса «иностранного агента» средствам массовой информации. СМИ признается «иноагентом» в случае, если находятся за рубежом или получают деньги из-за рубежа. Под действие нового закона, написанного за три дня, уже попали «Радио свобода» и телеканал «Настоящее время».

Пётр Толстой со товарищи (среди товарищей не только депутаты Госдумы, но и члены Совета Федерации, например, наша землячка Людмила Бокова) решили усовершенствовать этот закон, дополнив его новыми нормами.

Во-первых, «физические лица могут быть признаны иностранными средствами массовой информации, выполняющими функции иностранного агента, если отвечают необходимым признакам (получение денег из-за рубежа хоть от правительства, хоть от организации, хоть от частного лица).

И во-вторых, если СМИ признают иностранным агентом, то оно обязано учредить юридическое лицо на территории России и записаться в реестр. Как эта норма будет исполняться на практике (как можно иностранную компанию законодательно заставить учредить российское юридическое лицо) – большой вопрос. Впрочем, когда депутатов останавливали подобные правоприменительные сложности?

«Затыкать» информационные дыры, то есть контролировать или блокировать распространение информации, неугодной российскому государству, пытались разными способами. И действуя через антиэкстремистское законодательство (когда заводились уголовные дела за репосты в социальных сетях). И выдумывая неработающие законы. Например, закон о блогерах, который обязывал всех блогеров, у кого свыше трех тысяч читателей, регистрироваться в Роскомнадзоре и исполнять закон о средствах массовой информации. С лета 2017 года этот закон не работает официально, а реестр блогеров больше никто не ведёт.

Будет ли нынешняя попытка отслеживать неудобных журналистов и блогеров жизнеспособной, покажет только время. Впрочем, закон об НКО-иностранных агентах выкосил почти всю поляну самостоятельных общественных организаций в России.

Людмила БоковаЛюдмила Бокова, член Совета Федерации РФ от Саратовской области, один из соавторов законопроекта о СМИ-иностранных агентах:

ЗАКОНОПРОЕКТ ЗЕРКАЛЬНО ОТРАЖАЕТ МЕЖДУНАРОДНУЮ ПРАКТИКУ

Законопроект, принятый на прошлой неделе Государственной думой в первом чтении, зеркально отражает международную законодательную практику, которая была использована в отношении российских СМИ (Минюст США против объединения ARTI – телеканала RT America и ИА Sputnik). Также хочу напомнить, что в США с 1938 года действует закон об иноагентах, в котором определен порядок присвоения данного статуса физическим лицам в том числе. Уже в следующем году этот закон отпразднует свое 80-летие.

Во избежание разных домыслов хочу отметить: законопроект призван выявить аффилированность физических лиц (в том числе блогеров) и юридических лиц к СМИ-иноагентам и заставить их не уклоняться от регистрации на территории РФ своего представительства, начать осуществлять свою деятельность в соответствии с нашим законодательством. Так, как это делают другие международные СМИ (например, Deutsche Welle), а также российские СМИ на территории США и других западных стран.

При распространении информации от СМИ-иноагента и аффилированных с ним физических и юридических лиц будет применена маркировка. Примером может стать маркировка, которая с 2017 года применяется при распространении информации от НКО (например, маркировка «Левада-центра»).

Сергей ВилковСергей Вилков, журналист:

СРЕДСТВ ТОЧЕЧНОГО ДАВЛЕНИЯ НА СВОИХ ПРОТИВНИКОВ У ВЛАСТЕЙ И СЕЙЧАС НЕМАЛО

В России уже более чем достаточно юридических инструментов для репрессий против неугодных блогеров и журналистов – начиная от так называемых антиэкстремистских статей до крайне широко трактуемого в уголовной практике понятия клеветы.

Закон же, о котором идет речь, лично на мне никоим образом не отразится – по крайней мере, в той формулировке, которая имеется сейчас. Согласно ей, речь идет о физических лицах, которые являются учредителями СМИ. Правда, есть некоторая опасность, что закон впоследствии распространят на блогеров, что даст еще одну возможность точечно давить на оппозиционных лидеров мнений. Но лишь точечно – потенциала для широкого применения этого закона я не вижу, это просто невозможно физически. А средств точечного давления на своих противников у властей, как я уже говорил, и сейчас немало. Поэтому смысл добавления к ним еще одного от меня ускользает.

Сергей ОкуневСергей Окунев, видеоблогер:

ЭТО ПОПЫТКА ФИНАНСОВЫХ ОГРАНИЧЕНИЙ НЕУГОДНЫХ ВЛАСТИ ЛЮДЕЙ

Я убежден, что законопроект об иностранных агентах в первую очередь направлен на ограничение финансовой деятельности неугодных организаций или физических лиц. В последнее время краудфандинг набирает такие обороты, что с его помощью можно проводить президентские кампании или даже спонсировать крупные федеральные СМИ.

Данный законопроект – еще один пазл в мозаику финансовых ограничений неугодных власти людей. Мы уже видели, как Росфинмониторинг без решения суда блокировал счета не только у так называемых экстремистов, но и у тех, кто, по их мнению, с ними финансово связан. То есть на человека нет никакого уголовного дела, его даже ни разу не вызывали на допрос – и в один прекрасный день ему просто не дают его деньги. Фактически – украли.

Чувствую ли я на себе какую-то опасность от закона об иностранных агентах? Нет. После того как моему другу и соратнику подкинули взрывчатку (Сергей Рыжов. – Прим. ред.), а потом планировали сделать то же самое со мной, бояться каких-то штрафов и статусов – глупо. Я покинул Россию и никаких штрафов туда платить не собираюсь, блокировать у меня нечего. А вот они мне в скором времени, вероятнее всего, должны будут заплатить за множественные нарушения Конвенции о правах человека, иски в ЕСПЧ я уже подал. Так что если вдруг решат признать меня иноагентом – я буду только рад. Думаю, это увеличит счет от ЕСПЧ – в таком случае мне чем хуже, тем лучше.

Елена НалимоваЕлена Налимова, главный редактор информационного агентства «Стройсар», активный блогер:

В СТРАНЕ НАРАСТАЕТ ПАРАНОЙЯ

Я не думаю, что с помощью таких мер, как признание блогера средством массовой информации – иноагентом, можно как-то контролировать поток информации. Хотя понимаю законодателей в том смысле, что такова сейчас тенденция времени. Люди уже не ориентируются на телевидение или интернет-СМИ. Есть другие каналы получения информации: блогеры, социальные сети, телеграм-каналы. И всё же такой шаг добавил тревожности общей довольно напряженной атмосфере.

С тех пор как я стала «человеком-СМИ», то есть когда начала больше информации давать через личную страницу в Фейсбуке, вокруг меня начались такие разговоры. Время от времени кто-нибудь мне намекает, чтобы я была осторожна. Что таких, кто много активничает в сети, отслеживают, контролируют. У меня большой опыт работы в СМИ, и я стараюсь никого зря не обвинять, не разжигать и т.д. Но эти намёки создают подспудное чувство опасности.

В стране нарастает паранойя. Ощущение, что все за всеми следят.

Боюсь ли я? Да. Я не революционер. У меня есть семья, и я сделаю всё, чтобы её обезопасить. Поэтому я буду осторожной.

Иностранные агенты: как жить со статусом?

Правильный ответ: «трудно» или «никак»

«Подумаешь, статус. Как он вообще мешает? Зарегистрируйся как «иностранный агент» и спокойно работай себе дальше». Это весьма распространенное мнение, что статус иноагента никак не влияет на работу некоммерческой организации.

Иностранные агенты: как жить со статусом?За пять лет, прошедших с момента вступления в силу закона об НКО – иностранных агентах, в реестр Минюста России было включено 84 организации. Большая часть из них уже не существует. В том числе и три саратовские НКО, которые были признаны по суду иностранными агентами. Это Ассоциация «Партнерство для развития» (экология), «Центр социальной политики и гендерных исследований» (наука) и общественная организация «Социум» (предотвращение распространения ВИЧ).

Сегодня на ещё одну саратовскую организацию примеряют статус иностранного агента. Суд рассматривает дело о присвоении этого статуса общественной организации инвалидов, больных сахарным диабетом. Напомним, организация, которая не брала иностранных денег и не занималась политикой, проверена прокуратурой по заявлению главы студенческого штаба Путина, студента-медика Никиты Смирнова.

Что заставляет организации самоликвидироваться? Усложняется отчетность: теперь отчитываться перед Минюстом надо раз в квартал, а раз в год проводить аудит, который стоит немаленьких денег. В статусе иноагента очень трудно найти финансирование проектов. Работа с фондами, признанными «нежелательными организациями», может привести к уголовному преследованию, а президентские гранты иностранным агентам не дают.

Ну и, конечно, это репутационные риски.

– Мы лишены возможности работать со многими государственными структурами, – объясняет старший юрист «Центра защиты прав СМИ» Светлана Кузеванова. – Раньше мы проводили семинары для судей, эффективно работали с органами власти, нас приглашали в качестве экспертов на форумы и семинары. Сейчас в нескольких регионах нам открытым текстом сказали: извините, вы иностранный агент, мы с вами работать не будем. Многие говорят: какая разница, как вы называетесь. Но разница есть. Как есть люди, которые искренне верят в то, что мы враги народа и пятая колонна, например, оголтелые НОДовцы, которые преследуют руководителей НКО, снимают на видео, обливают зелёнкой.

По мнению Кузевановой, всё сегодняшнее направление законодательной мысли и практики применения закона сводится к тому, что неважно, в каком формате ты существуешь – НКО, гражданин, ИП или кто угодно, всё это будет под запретом, если деньги ты берешь из-за границы.

– Мы решили, что безопаснее будет работать в статусе иностранного агента, чем регистрироваться за границей, уходить в коммерческий сектор или придумывать что-то другое. Потому что государство всё равно будет тебя отслеживать.

Как показывает практика, даже ликвидация НКО – иностранного агента не приносит облегчения их бывшим руководителям. Людмила Кузьмина, эксперт движения за честные выборы «Голос», самарское отделение «Голоса» ликвидировала.

– «Голос» стал первым, кого отметили меткой «иностранный агент», ради этой организации закон и приняли. Но у нас никогда не было иностранных денег. Их за уши притянули. А мне в качестве политической деятельности вменили мое выступление на гражданском форуме. Потом оштрафовали на 300 тысяч за невступление добровольно в иноагенты.

Сейчас с Кузьминой требуют выплатить 2,222 млн рублей якобы неуплаченных «Голосом» налогов. Однако налоги были уплачены.

Бывшему руководителю Ассоциации «Партнерство для развития» Ольге Пицуновой судебные приставы неоднократно арестовывали пенсионный счёт (на общественницу наложен штраф в 200 тысяч рублей). «В очередной раз выгребли всё до копеечки, все 100 процентов пенсии, включая выплату по инвалидности, – рассказала на своей странице в Фейсбуке общественница в декабре 2017 года. – Будем добиваться, чтобы они вернулись к законным методам. Даже 50 процентов, которые они у меня забирали, – это тоже было незаконно, поскольку они должны были оставлять прожиточный минимум».

Бред, очередной способ устрашения, признак безделья

Мы спросили людей на улице, хотят ли они жить среди иностранных агентов. Лучше ли знать врагов в лицо или такие инициативы – за рамками здравого государственного смысла?

Ярослав, ученик 10-го класса:

ПИСАТЬ С ПОМЕТКОЙ, ЧТО АВТОР – ИНОСТРАННЫЙ АГЕНТ... ЧТО В ЭТОМ ТАКОГО?!

Ну, мне бояться нечего, я никогда не буду иностранным агентом.

В Интернете я больше слежу за пабликами в социальных сетях, чем за реальными СМИ. Персоны и сообщества, которые мне интересны, мало связаны с политикой и вряд ли станут иностранными агентами.

Хотя лично я – за этот закон. Писать можно то же самое, просто с пометкой, что автор – иностранный агент, так как работает за деньги иностранных сторон. Что в этом такого?! Пока лично я ничего плохого в этом не вижу.

Ольга, мама в декретном отпуске:

СЕЙЧАС АНОНИМНОГО АВТОРА ПРАКТИЧЕСКИ НЕРЕАЛЬНО УСТАНОВИТЬ

И что, теперь в конце каждого поста какого-нибудь человека должно быть написано, что он – иностранный агент? И что, мне тоже нужно будет указывать, что он – иностранный агент, если я захочу сделать репост его записи?

По-моему, это бред. Допустим, человек может находиться за границей и спокойно писать комментарии на нашем русском сайте. Или, например, дадут мне статус «иностранный агент» – но я же могу заново зарегистрироваться под другими логинами и паролями, и никто меня не узнает. Сейчас становятся популярны мессенджеры, где анонимного автора вообще практически нереально установить – как быть с ними?

Константин, разнорабочий:

ГОСУДАРСТВО ПРАВИЛЬНО ДЕЛАЕТ

Конечно, иностранных агентов нужно знать в лицо. Работаешь на иностранное государство – так и скажи об этом. Государство всё правильно делает.

Лев Сергеевич, пенсионер:

МЫ ВСЕ ТУТ ИНОСТРАННЫЕ АГЕНТЫ!

Для меня современная Россия – это эрзац-государство, потому что оно далеко от тех целей, ради которых оно существует. Государство должно существовать для своего народа, для процветания и создания благоприятных для него условий. У нас же всё наоборот – граждане предназначены для того, чтобы обслуживать руководящий класс. Если в сталинское время всех объявляли шпионами, то сейчас – иностранными агентами, но суть та же. Мы все тут иностранные агенты!

Это безумие, конечно! И вообще, я считаю, это противоречит Конституции. Где у нас Конституционный суд – он есть вообще? Вы слышали о нем, чем он занимается? В соответствии с Конституцией мы имеем право на свободу слова и собраний – а оказывается, мы не можем говорить, что думаем, и не можем собираться. Нас преследуют. Есть специальное подразделение – центр «Э», который следит за нами, копит на нас досье. Известный случай – с Сергеем Рыжовым, который выступал на митингах, а теперь сидит в «Лефортово» за то, что, вроде, собирался захватить Почтамт и Театральную площадь.

Это очередной способ устрашения, антинародный квази-закон. Главное – держать народ в страхе, чтобы он был послушным, покорным и преданным.

Галина Семеновна, пенсионерка:

МНЕ – ДО ЛАМПОЧКИ! БЕЗ АБАЖУРА КОТОРАЯ

Ой, эта политика – мне вообще это неинтересно! У меня от неё голова болит. Меня муж заел уже с этими новостями, пересказывает мне, а я ему говорю: «Мне – до лампочки! Без абажура которая».

Я люблю другие передачи. Раньше Малахова смотрела на Первом, но после того как он ушел, не смотрю ни «Пусть говорят» без него, ни «Прямой эфир» с ним на «втором». Перешла на страшилки всякие на TLC – про уродов, жирдяев, ненормальных. Страшилки я люблю.

Евгений, продавец:

ИМ В ГОСДУМЕ ЗАНЯТЬСЯ НЕЧЕМ

Им, этим депутатам, в Госдуме заняться нечем. Пусть лучше на улице в мороз постоят, поторгуют – посмотрим на них!

Материалы разворота подготовили Гульмира Амангалиева, Анна Мухина