Все-все-все против одного

Оценить
Все-все-все против одного
Если среди кандидатов в президенты есть такой, кто вам ближе и симпатичнее, – стоит идти на избирательный участок. Если же таких нет, стоит подумать...

«Забавная история – выборы в России:
победитель уже известен, а явка – еще нет».
Интернет-юмор

Алексей Навальный, которому уже и Верховный суд отказал в регистрации на выборах президента, призвал своих сторонников к бойкоту выборов. И – оказался в одиночестве. Большинство системных политиков и примкнувшая к ним Ксения Собчак идею бойкота резко осудили.

«Пойти на выборы и просто победить Путина»

Председатель Псковского регионального отделения и член федерального политического комитета партии «Яблоко» Лев Шлосберг: «Мечта действующего режима, пожизненная мечта – это избиратель, не участвующий в выборах, не реализующий своё избирательное право, не защищающий свои политические права. Избиратель, который сегодня намерен бойкотировать выборы, устроить забастовку на выборах, не принимать участия, – это идеальный избиратель для Владимира Путина. Это именно тот избиратель, который сделает Путина президентом. Не опускайте руки перед Путиным. Не ведите себя как кролики перед удавом. Это не удав. Его нужно просто прийти и победить на выборах. Вот так вот просто».

Лидер КПРФ Геннадий Зюганов в своей речи на пленуме партии: «...могут возникать и призывы к бойкоту выборов. Тот факт, что подобные призывы в рядах КПРФ не раздаются, свидетельствует о зрелости партии. Во-первых, опыт бойкота выборов в первую царскую Государственную думу со стороны большевиков показал: он не имеет смысла в условиях, если нет подъёма революционной активности масс. На это не раз указывал В.И. Ленин. Во-вторых, КПРФ следует использовать все возможности выборов для пропаганды идей и программных установок, для укрепления своих структур, объединения сторонников и союзников». Как видите, здесь о грядущей победе нет ни слова – все-таки реалист Зюганов лучше понимает политический момент, чем романтик Шлосберг.

«Это бредовый протест, он лишен смысла», – заявила Ксения Собчак, отметив, что Навальный призывами к бойкоту раскалывает оппозицию. Надо ли понимать это так, что г-жа Собчак питала некую надежду на то, что сторонники Алексея Навального присоединятся к ней, а теперь эта надежда тает? О массовом переходе сторонников Навального на свою сторону Ксения Собчак говорила и во время своего визита в Саратов, но никаких подтверждений этому нет.

Как это ни странно и ни печально, но наши оппозиционеры оказались на одной стороне с властью, которую вероятность бойкота, судя по всему, реально напрягает. Иначе бы не появились туманные угрозы, что призывы к бойкоту подпадают под пресловутую статью два-восемь-два – «экстремизм». И уже Роскомнадзор вступил в игру: «деятельность по организации срыва выборов» подрывает основы конституционного строя, говорится в сообщении ведомства.

Каков основной аргумент противников бойкота, за исключением Роскомнадзора – у них с аргументацией своих действий слабовато? Аргумент такой – снижение явки ведет к росту числа голосов, отданных за главного претендента. Повышается значение «электоральных султанатов» (термин Дмитрия Орешкина). «Султанаты» – это те регионы, где все результаты выборов определяются волей регионального начальника. Это, несомненно, республики Северного Кавказа, где итоги выборов стремительно приближаются к советским: явка 98, «за» 97. Кроме них тулеевский Кузбасс, Тува, Калмыкия и так далее. До недавнего времени рвалась в число «султанатов» и Саратовская область, но отчего-то перестало получаться. «В стране 110 миллионов избирателей, 700 тысяч из них в Чечне – это меньше 0,7 процента. Но если общая явка по стране составляет 50 процентов – 55 миллионов человек, то чеченские избиратели на федеральном уровне дают уже почти 1,5 процента. И они будут за Путина», – объясняет Орешкин.

Магический процент

Зачем нужна высокая явка, если победитель предопределен? На этот вопрос есть два ответа, но только один лежит на поверхности. Владимир Путин, участвуя в выборах в последний (вероятно) раз, хочет победить красиво. Он не хочет быть президентом «электоральных султанатов», но хочет быть президентом всей страны, президентом, за которого голосовало большинство россиян и при высокой явке и энтузиазме. Но вот с явкой и энтузиазмом возникают проблемы.

Многим Путин попросту надоел. Многим не нравятся итоги его политики – экономический провал на фоне громких слов и победных лозунгов. Есть и такой нюанс: часть сторонников президента, будучи уверены в его победе, могут и не прийти на участки, мол, и без нас всё получится.

Но Путин стремится к полной победе, чтобы ни у кого не возникало сомнений в его легитимности. Но это всё соображения, скажем так, морального порядка.

Выборы 2018 года могут продемонстрировать самую низкую явку в истории: следует понимать, что ресурс так называемых регионов с традиционной электоральной аномалией («султанатов») практически исчерпан, считает политолог Александр Кынев. Повышение явки в крупных городах чревато снижением числа голосов за Владимира Путина. А мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман и вовсе предполагает сорокапроцентную явку в Екатеринбурге и крупных городах области.

И если всё будет именно так, пострадают не только амбиции Владимира Путина. В этой ситуации появляется еще и победитель. Предположим, явка снизится на 10 процентов. В России 110 миллионов избирателей, 10 процентов – это 11 миллионов человек. Кто может помешать Алексею Навальному заявить, что это его сторонники, и кто может это проверить? Одиннадцать миллионов человек при явке в 50 с небольшим процентов – это около 18 процентов. Виртуально – второе место. Именно этого власть и хотела избежать, лишая Навального права участвовать в выборах.

Президентский минимум

Есть и математика. Явка на президентских выборах снижается. В 1991 году на первых выборах президента было 76,66 процента, и 69,8 процента – в 1996-м. В 2000 году она была 68,6 процента, в 2012-м – уже 65,3. Несколько математических моделей, составленных на основе динамики явки, предсказывают на март этого года явку в диапазоне от 51,9 до 52,3 процента. Прогноз явки на уровне 52–54 процента давали и замеры «Левада-центра», сделанные еще в декабре прошлого года.

«Петров, иди к доске! То есть к урне!»

Итак, задача повышения явки встала перед властями во весь свой рост. Для начала пустили в ход тяжелую артиллерию. Патриарх Кирилл, видимо, забыв, что церковь у нас отделена от государства, заявил в рождественском телеобращении: «Я бы хотел призвать всех, в том числе и православных, у которых иногда возникает сдержанное отношение к самим выборам, принять участие в выборах. Мы обязательно должны принять участие, для того чтобы внести свой вклад в формирование будущего нашей страны. Я надеюсь, что архипастыри и пастыри нашей Церкви поддержат меня и обратят свой призыв ко всей пастве быть активными, в том числе и в предстоящую кампанию по избранию президента Российской Федерации».

Но слова пастыря кремлевским технологам кажутся недостаточными. Появились и другие идеи. Например, превратить выборы в праздник по советским лекалам. Ну, там, пиво-пирожки, концерты художественной самодеятельности. Потом, цитируя Евтушенко, поняли: «не возьмет». Появилась идея совместить выборы главы государства с местными референдумами. При этом поставлена заведомо невыполнимая задача: референдумы должны быть привлекательны, но при этом «не раскачивать лодку». Потому ироническое предложение наших коллег из «Свободных новостей» провести 18 марта референдум об очередном переводе часов в Саратове не пойдет. Противники и сторонники этой новации относятся друг к другу непримиримо, как бы в пылу дискуссий (потасовки) не забыли, зачем, собственно, пришли на избирательные участки.

Пример надо брать с Москвы, там на гипотетический референдум предлагают вынести вроде бы сугубо мирные вопросы. Например, о возможности объединения московских районов Люблино и Марьино. Но тут же возник вопрос: а зачем это вообще нужно? К тому же внимательное изучение инициативы некой группы граждан показывает, что речь идет вовсе не об объединении. Предлагается поставить на голосование вопрос: «Считаете ли вы необходимым, чтобы органы местного самоуправления выступили с инициативой об объединении муниципальных округов Марьино и Люблино в муниципальный округ Марьинский?». Ни о чем вопрос.

Я так предлагаю на саратовские выборы вынести более актуальную тему: «Считаете ли вы, что Водоканал должен работать лучше?». А что? Позитивная повестка дня. Но опять же вопрос о местном Водоканале может до такой степени разозлить граждан, что они проголосуют совсем не надлежащим образом.

Однако согласимся, что референдум, пусть и на пустяковую тему «Любите ли вы хорошую погоду? Да? Нет?» – что-то современное. Другие способы повышения явки сильно пахнут нафталином советских времен. Например, по предложению члена ЦИК Николая Булаева с 15 января члены УИК начнут поквартирный обход, будут опрашивать об участии в выборах. Всего намечено три волны: вторая – с середины февраля, третья – с начала марта. Представляете, сидите вы у себя на кухне после трудного рабочего дня, звонок в дверь. На пороге три женщины с суровыми ликами российских педагогов. И начинают вас, как на уроке, опрашивать: «Вы придете на выборы? Это ваш гражданский долг! Нет? Мы вызовем родителей, тьфу, напишем на работу». Что вы подумаете, закрыв с трудом за ними дверь? Скорее всего, одно: «Да идите вы».

Слово виновнику торжества

Усиленная работа над повышением явки вызвана, понятно, позицией не допущенного на выборы Алексея Навального. Единственного – надо подчеркнуть – политика, который весь прошлый год (с перерывами на административные аресты) вел предвыборную кампанию. Политика, который собрал в свой фонд 260 миллионов рублей личных пожертвований граждан. Для сравнения – из 400 миллионов предвыборного фонда Владимира Путина пожертвования граждан (одного гражданина) составляют 30 тысяч. Меньше одной десятой процента. Вот как Навальный объясняет свою стратегию на 2018 год, сравнивая её со стратегией 2011 года, когда на выборах в Госдуму он продвигал лозунг «За любую партию, кроме партии жуликов и воров».

«На самом деле не важно, за кого вы голосовали, главное, что голосовали против «Единой России». Не нужно оправдываться, вы голосовали за коммунистов, за «Справедливую Россию» или за «Яблоко». Это не имело значения. Вы проголосовали против «Единой России», для того чтобы уровень контроля голосов «Единой России» упал настолько, чтобы вот эти жалкие чахлые партии воспрянули и могли оппонировать «Единой России» в ГД. Так и случилось. И только благодаря фальсификациям Кремлю удалось сохранить большинство «Единой России» в ГД. Эти фальсификации потом уже привели к тем самым протестам 11–12 года. Поэтому это была правильная стратегия. Но нужно отдавать себе отчет, что все последующие годы Кремль готовился к тому, чтобы бороться с этой стратегией. Потому что этой стратегией мы их побеждали. Именно поэтому все самые омерзительные, например, законы вносили именно коммунисты и «Справедливая Россия». То есть они сделали всё так, чтобы у вас не было кандидата или партии второго выбора. У нас здесь и сейчас есть конкретная политическая ситуация, когда Кремль просто запрограммировал выборы таким образом, что там гарантированно у Путина будет от 73 до 76 процентов. Это мой прогноз. И ничего не может случиться на этих выборах для того, чтобы это не случилось. Поэтому сейчас наилучшая стратегия: первое, второе, третье. Первое – не ходить на выборы, второе – призывать всех не ходить на выборы, третье – понижать явку всеми силами, четвертое – организовать наблюдение для того, чтобы они явку не могли сфальсифицировать. Именно поэтому Кремль так панически сейчас работает над явкой».

И еще одно мнение – политолога, доцента Института общественных наук РАНХиГС Екатерины Шульман: «Портить бюллетень, рисовать на нем чего-то – это игры для несовершеннолетних, а несовершеннолетние не обладают избирательным правом. Выборы – это выбор из кандидатов того, кто вам ближе и симпатичнее. Если такой есть – придите и проголосуйте. Если такого нет – не ходите, вам там делать нечего».

И наконец, личное мнение автора этих строк: в марте 2018 года я не пойду на выборы – впервые за многие годы. Действительно, если там нет моего кандидата – то что мне там делать?