Единый день фальсификаций

Оценить
Единый день фальсификаций
Спрос на вбросы, голосования студентов, подкуп членов избирательных комиссий

Саратов – второй после столицы на карте нарушений на выборах, составленной общественной организацией в защиту прав избирателей «Голос»: волонтерами и наблюдателями зафиксировано более сотни нарушений избирательного законодательства.

Анна Мухина

«Тихая» агитационная кампания сменилась «грубым» днём голосования: дважды были зафиксированы побои, избитого Александра Сошникова, члена УИК № 250 (57-я школа) от КПРФ, госпитализировали, УИК № 365 вообще ограбили после закрытия – неизвестные похитили бюллетени до начала подсчета голосов (ограбление произошло в 5.40 утра 11 сентября). А уж нарушений «по мелочи» было без счёта.

Вся оперативная информация стекалась в саратовский штаб «Голоса», работавший на базе редакции «ИА «Свободные новости». Там же действовал единый пресс-центр по выборам для всех желающих СМИ. Телефоны общественной организации, корреспондентов, чат в Телеграмме (новые технологии к вашим услугам) позволяли скоординировать работу журналистов, юристов, наблюдателей общественной организации, кандидатов партий. Информация доходила в штаб не только по официальным каналам, но и от независимых источников – по явке и по нарушениям.

К десяти утра официальные цифры по явке еще совпадали с цифрами от наблюдателей – 2–4%. Потом на некоторых участках образовался разрыв. Координаторы «Голоса» брали такие участки на особый контроль. Так же, как и те участки, председатели которых вообще не оглашали официальную явку наблюдателям и членам комиссий. УИКи, где обнаруживались вопиющие нарушения, тоже брали на заметку. К сожалению, пока «Голосу» не хватает людей, чтобы «закрыть» независимыми наблюдателями большинство участков в областном центре, не говоря об области.

Продай нам совесть за процент

На УИК № 30 мы приехали проверять сообщение о попытке подкупа члена избирательной комиссии с правом совещательного голоса. УИК № 30 находится в Саратовском областном институте развития образования. Там, где саратовские и областные педагоги повышают свою квалификацию. Сообщение от Веры Севостьяновой (член УИК от партии «Яблоко») поступило в четыре часа.

Что произошло? День начинался тихо. Явка по участку была небольшая, со слов Веры – процентов восемь.

– Ближе к четырем часам один из членов комиссии подозвал к себе мужчину, куда-то его повел, мужчина вернулся немного потерянный, – рассказывает Вера. – Потом меня подозвала к себе председатель, отвела в соседний кабинет. Там сидел мужчина, который представился Сергеем. Фамилии или отчества не назвал, но сказал, что работает в администрации Волжского района. Предлагал мне деньги, предлагал, что на участке нарисуют тот процент, с которым «Яблоко» по этому участку будет «проходное» в думу: конкретно 4,7% за «Яблоко» нарисовать вместо 2,7%.

Говорил, «зачем тебе честные выборы, всё равно ты никогда не узнаешь, как всё на самом деле, будет посчитано так, как нужно». Я отказалась.

Вера говорит, что после отказа её стали «прессовать» члены комиссии с правом решающего голоса. Особенно старалась представитель от КПРФ Татьяна Богатырёва.

– Она говорила мне «не совершай ошибку», «ты заработаешь себе проблемы».

С Татьяной Богатырёвой мы имели счастье познакомиться лично.

Процедура регистрации журналистов – занятие утомительно долгое. Мы ждали, пока наши данные перепишут в реестр. В это время на участок вошли два крепких парня, сели на стулья к наблюдателям. И стали о чем-то с ними перешёптываться.

– Людмила Алексеевна, что делают эти люди на территории избирательного участка? – спросила Вера.

– А что такого? – озадачилась председатель Коробкова.

– Они не избиратели, не наблюдатели, не члены комиссии, не СМИ. Почему они пришли, сели, сидят и допрашивают наблюдателей?

– Да, что вы здесь делаете? – тут же возмутилась председатель, оператор в это время снимал происходящее на камеру. Молодые люди, заметив, что идёт съемка, поспешили покинуть помещение. Но съемочная группа не дала им далеко убежать.

– Вы, журналисты, ведёте себя некорректно! – потом возмущённо тыкала в нас пальцем представительница КПРФ. – Кто вам давал право гнаться за гражданами и требовать у них паспорт?

– Во-первых, никакого паспорта мы у них не требовали. Во-вторых, почему вы за них так переживаете, вы их знаете? – спросила коммунистку Юлия Нестеренко, корреспондент «Открытого канала».

– Никого я не знаю! А вам должно быть стыдно бегать за людьми, и ты, Вера, зря так делаешь, я тебя предупреждала!

Людмила Алексеевна Коробкова отрицала факт встречи Веры с неким Сергеем и её в этом участие.

– Около четырёх часов дня я сидела тут и работала с документацией.

– То есть Вера врёт – вы это хотите сказать?

– Я ничего не хочу сказать, я не хочу ничего комментировать.

Похожий случай произошел ночью на УИК № 28. Наблюдатель от «Яблока» сообщила, что после того, как ей несколько раз отказались выдать протокол, к ней подсел молодой человек от другой партии с листочком «Может, поровну и по домам»? (Со сленга фальсификаторов это означает: когда будут вбрасывать за «ЕР», то вбросят по полпачки за твою и за мою партии». – Прим. авт.) «На этих словах я сфоткала протоколы на стене и уехала».

Единый день фальсификаций

«Не надо мне про закон, мы с вами не в суде!»

Сообщение о вскрытой стационарной урне при двух работающих КОИБах («электронные урны») на участке № 316 (школа № 95) поступило в пресс-центр в 13.30. О нарушении сообщил член избирательной комиссии с правом совещательного голоса Андрей Безбородов. Там уже крутился кандидат от партии «Яблоко» Григорий Гришин.

«Эти твари «Открытый канал» приехали, что мне делать?» – кричала в телефон женщина, в которой наблюдатели потом опознали директора школы.

Стационарная урна стоит в помещении для голосования вместе с «электронными урнами» на всякий случай – отключат электричество, выйдет из строя техника. Только в случае поломки обоих КОИБов решением комиссии распечатывается запасной ящик и бюллетени кидают туда. При двух работающих «электронных урнах» использовать стационарный ящик – это покушение на вброс. Урна подлежит замене, бюллетени признают недействительными.

– Шло спокойное голосование, вдруг неожиданно вошла толпа народу, – рассказывает Андрей Безбородов. – Судя по всему, знакомы друг с другом, все общались между собой. И начали делать какой-то бардак. Тут в очереди было буквально человека три к кабинкам. Но они стали кричать, что им надо открыть урну. Члены комиссии резко проголосовали, урну распечатали, в неё стали кидать бюллетени, а я стал закрывать её своим телом. КОИБы работали. А полицейский в этот момент вышел.

Безбородов составил жалобу. Председатель избирательной комиссии Юлия Иванова жалобу не принимает и не регистрирует. Вокруг неё встаёт стена журналистов, и она вынуждена документ зарегистрировать, хотя сопротивляется до последнего. После этого член областной избирательной комиссии Саратовской области, юрист Денис Руденко вызывает наряд полиции. Впервые звучат слова «подозрение о готовящемся преступлении» и «вброс».

– Что за слова-то – преступление, вброс! Надо же, придумал! – вдруг выступает секретарь УИК. – Никакого вброса не было!

– Это установит следствие.

Начинается гвалт.

Полиция приезжает быстро. Начальник ОП № 5 Андрей Шевченко бросает своим подчинённым: «Аккуратнее с выражениями, тут полно прессы». Начинается рутина сбора свидетельских показаний, протокол, заявление.

А мы перемещаемся на УИК № 311 в здании всё той же школы. Там ровно та же самая история – вскрытая, а потом заново опечатанная запасная стационарная урна. Но куда более сговорчивый председатель – Ирина Котова:

– Стационарная урна была открыта во время большого скопления избирателей и по их просьбе. Она была открыта решением участковой избирательной комиссии. У нас всё это зарегистрировано. Операторы, которые работают на КОИБах, предлагали голосовать в «электронные урны». Но были люди, которым некогда. Они бросали сюда, и это их право. После того как волна избирателей немного сошла, мы приняли решение комиссией стационарный ящик опечатать.

– Оба КОИБа не работали? По закону...

– При чём тут КОИБы? Я вам говорю, тут было много людей. Я не спрашиваю ваше мнение. Я вам объясняю, что мы приняли решение.

– Это не моё мнение, это закон Российской Федерации.

– Мы с вами не в суде, чтобы законы разбирать. Мы не с потолка это взяли. Мы брали консультации в ТИКе.

– У кого конкретно?

– Я не буду давать такую информацию.

Наряд полиции был вызван и на участок № 311.

Выборы в цифрах

54,8% – явка избирателей

Выборы губернатора:

74,62% набрал Валерий Радаев («Единая Россия»)

16,28% – Ольга Алимова (КПРФ)

5,38% – Станислав Денисенко (ЛДПР)

2,49% – Лидия Паринова («Патриоты России»)

Выборы в областную думу. Списки

Проходят в думу

66,84% – «Единая Россия»

14,68% – КПРФ

8,06% – ЛДПР

5,75% – «Справедливая Россия»

Не проходят в думу

2,26% – «Коммунисты России»

1,22% – «Яблоко»

Одномандатные округа

Сюрприз: Николай Бондаренко (КПРФ), Станислав Денисенко (ЛДПР), Иван Чепрасов (самовыдвижение),

Александр Анидалов (КПРФ), Максим Шихалов («ЕР»), Вячеслав Володин («ЕР»), Дмитрий Ханенко («ЕР»), Сергей Курихин («ЕР»), Андрей Беликов («ЕР»), Леонид Писной («ЕР»), Владимир Агафонов («ЕР»), Александр Романов («ЕР»), Александр Санинский («ЕР»), Сергей Суровов («ЕР»), Роман Ковальский («ЕР»), Анатолий Ципящук («ЕР»), Николай Семенец («ЕР»), Андрей Воробьев («ЕР»), Леонид Чернощеков («ЕР»), Николай Кузнецов («ЕР»), Павел Артемов («ЕР»), Ольга Болякина («ЕР»).

Как мы нашли потерянный голос

– Ты вообще в курсе, что моя мама по нашему дому числится в списках избирателей? – муж оказался внимательнее меня. Я голосовала в восемь утра и фамилии собственной свекрови в списках избирателей не разглядела.

В шесть мы забрали Наталью Витальевну с работы и в начале седьмого привезли на УИК № 88, где она числилась избирателем, хотя четыре года как была прописана в другом месте. До смешного: наша квартира была её временной регистрацией – она продавала свою холодную двушку и покупала однокомнатную квартиру, а у нас зарегистрировалась на полтора месяца, пока шли сделки, чтобы потом не платить бешеный штраф в УФМС. Но вот незадача – тут она в списках есть, а по новому адресу её ни разу на выборы не приглашали, и она даже не знает, куда идти.

Приезжаем. Вручает паспорт.

– Вы не туда пришли. Вы тут не прописаны, – это ей член комиссии говорит.

– Мне сын сказал, я у вас в списках. Ищите. Вот по этому адресу (называет).

– Ой, правда. Но вы не можете у нас проголосовать. Вы же тут не прописаны.

Мотор, камера. Зовём председателя. Председатель Елена Витальевна Масюкова звонит в ТИК. ТИК говорит: ну раз пришла, пусть проголосует.

У меня на трубке Денис Руденко, диктует заявление об изъятии избирателя из этого списка и внесении в список по адресу регистрации. Председатель делает копию, заверяет её, число, печать, подпись.

– А списки избирателей нам ТИК даёт. Мы их только вчера получили, вечером – 9 сентября, – и разводит руками.

Следующая наша цель – УИК№ 63, лицей № 15. Путем кратких телефонных переговоров мы выяснили новый избирательный участок, куда наша мама пойдет голосовать. Едем.

Длительный процесс регистрации СМИ. Наша регистрация. Одновременные звонки из ТИК, из УИК № 88 прямо директору лицея Галине Михайловне Карпенко. Отряд лицейский учительниц, выстроившихся вдоль стола:

– Вы уже голосовали, мы вам голосовать больше не дадим! (похвальное рвение в предотвращении каруселей, но у нас другая цель).

– Не собираюсь я голосовать второй раз, не выдумывайте. Я уже проголосовала. Я хочу посмотреть, есть я в ваших списках или нет, – устало отмахивается от них Наталья Витальевна.

Учителя расступаются. Книга раскрывается.

– Нет вас. Смотрите. Да вы не одна такая.

Что делать в таком случае, кто отвечает за то, что списки избирателей не соотносятся с фактической регистрацией избирателей на момент проведения дня выборов, в комиссии никто не знает. Директор школы предлагает Наталье Витальевне прийти с паспортом в секретариат и встать на учет самостоятельно.

– Придумали! У меня семья, работа. Я вам не рак-отшельник, – заявляет свекровь. – А вообще я убеждаюсь, что мой голос на самом деле никому не нужен. Они прекрасно обойдутся и без меня.


[Кстати сказать]

Людмила КузьминаЛюдмила Кузьмина, глава ассоциации «Голос-Поволжье» (Самара):

ВЛАСТЬ ПОКРЫВАЕТ УГОЛОВНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ КОМИССИЙ

Как это можно оценить? В Конституции выборы записаны как высшее проявление власти народа. То, что мы видели, это не выборы. Это шоу.

Выборы в Саратове показали, что административный ресурс исчерпан. Мобилизовать бюджетников они не в силах. В лучшем случае они мобилизуют членов избирательных комиссий на уголовные преступления. А потом охраняют их от наказания.

Я проехала не менее чем по 20 участкам. Например, наблюдателем от КПРФ на 241-м участке был зафиксирован вброс. Приехал кандидат Анидалов. Не дал встряхнуть урну, чтобы пачка бюллетеней не рассыпалась и её было видно. Приехали следственный комитет, прокуратура, МВД. Должно было быть заведено уголовное дело о преступлении, урна опечатана, увезена, результаты аннулированы. Ничего не сделали.

303-й участок, на котором я оставалась на подсчет и где председатель долго болела, а когда мы стали звонить в Центризбирком и спрашивать о передаче полномочий, резко выздоровела. Их главное оружие – хамство. Они никогда не говорят с нами на языке закона. Только на уровне личных оскорблений.

Нет, в облизбирком мы не жаловались. У нас другая задача. Нет никаких 86 процентов. Есть избирательные комиссии, которые таким уголовно наказуемым способом организуют выборы, есть органы государственной власти, их покрывающие. Есть общество. Мы находимся на участках не напрасно. Наша задача присоединить к нашему мнению большинство – распространением информации о том, как, кто и каким образом фальсифицирует выборы. Когда граждане поймут, что их больше, когда они придут на участки и проголосуют каждый своим особым способом, только тогда выборы будут меняться. И только тогда органы власти начнут работать. Нет другого способа.

Четверо друзей «Яблока»

Как мы потеряли председателя, но всё-таки отстояли голоса избирателей на своём участке

В этот раз мы не стали распылять силы, а просто выбрали один участок в центре города и заполонили его наблюдателями под завязку. Большими силами проконтролировать честность выборов на одном участке проще, чем мелкими силами на нескольких участках. Проще потом и отстаивать свою правоту в судах. В результате в день выборов на УИК № 24 (расположен в здании Саратовского экономического института) от «Яблока» прибыли четыре наблюдателя с кучей бумаг, двумя фотокамерами и штативом.

Роман Дрякин

По всей видимости, наш расчёт оправдался. Несмотря на то, что день голосования прошёл идеально, после закрытия участка председатель комиссии Ольга Чурикова всё никак не могла приступить к подсчёту бюллетеней, бесконечно созваниваясь с кем-то. Коллеги объяснили мне, что Ольга Александровна попала в сложную ситуацию: реальная явка на нашем участке была смехотворна (из более чем 2000 зарегистрированных избирателей проголосовали только 235 человек), и ничего поделать с этим в нашем присутствии было нельзя. Ни вбросить дополнительные бюллетени (мы контролировали стационарные урны, плюс кто-то обязательно сопровождал переносную), ни приписать лишние цифры (под моральным давлением четырёх человек с камерами сделать это очень непросто).

Так что теперь, вероятно, председатель созванивается со своими кураторами и пытается понять, что же теперь ей делать дальше. Ведь если на участке не будет нужных результатов – как потом смотреть начальству в глаза? В конце дня от вполне отзывчивой и милой дамы Ольги Александровны ничего не осталось: она пыталась ограничить видеосъёмку, орала на нас и других членов комиссии и просто генерировала злобные перлы вроде: «Вы хотите снимать? Может, мне ещё здесь до трусов раздеться?».

Хорошо, что благодаря члену «Яблока» Илье Козлякову в нашей команде установилась очень верная тактика наблюдения. Была поставлена задача как можно меньше скандалить по второстепенным вопросам (чтобы не дать председателю формальный повод позвать полицейского и выгнать нас с участка), но при этом жёстко контролировать непосредственно подсчёт голосов. И эту задачу мы выполнили. В результате «Яблоко» на нашем участке преодолело заветный пятипроцентный барьер, получив 13 бюллетеней с голосами избирателей.

Как оказалось, в рукаве у приунывшего председателя запряталась простая, но весьма расчётливая комбинация. Не вдаваясь в излишние подробности: комиссия посчитала бюллетени и даже выдала наблюдателям заверенные копии итоговых протоколов, но не провела итоговое заседание, на котором утверждаются результаты выборов. А без него даже заверенные протоколы могут быть признаны недействительными. Но ничего не вышло. Коллеги оказались очень внимательными людьми, ослабить их хватку не помогло даже внезапное исчезновение председателя.

До глубокой ночи они искали Ольгу Александровну, на участок был вызван отряд полиции и даже совершён звонок лично главе областной избирательной комиссии Павлу Точилкину, после чего председатель моментально нашлась. Быстро выяснилось, что итоговое заседание на самом деле было, просто кроме Ольги Александровны его мало кто заметил. Полученные результаты были признаны и внесены в государственную систему «Выборы». Наша маленькая, но знаковая победа на отдельно взятом участке всё-таки состоялась.

Страничка юмора

Забавные истории с избирательных участков из чата наблюдателей

Ты туда не ходи, ты сюда ходи

Пишет член избирательной комиссии с правом совещательного голоса: «сотрудник полиции запрещает мне стоять у стола со списками избирателей. Вокруг меня тут комиссия собралась, говорят, что я людей смущаю. Председатель подошёл, говорит, на каком основании я не сижу на месте. (Член УИК имеет право свободно перемещаться по участку. – Прим. авт.) Пригрозил жалобой. Пока отстали: «на месте стоять нельзя, перемещайтесь».

Пытка музыкой

Вера Севостьянова: УИК 30, Большая Горная, 1, в холле концерт с участием детей, это нормально?

Кэт: Законно)) У меня Виктор Салтыков поёт, это хуже.

Не верьте данайцам, дары приносящим!

Axe Cop: У нас всё-таки такие хорошие сотрудники полиции! Кофе предлагают.

Екатерина Маяковская: Не пейте.

Алина: Почему кофе не пить?

Елена Иванова: Потому уедете с диареей домой. Так уже было.

Герой поколения бархат: Кстати. Председатель замечательная: жалобы писать не будете – чаем угостим.

Кто-то из чата: с пургенчиком.

Сагитируй за Навального Аренина!

Ivan уик 303:

Я тут нашёл общий язык с представителем полиции и поагитировал его за Навального. Он не сильно против даже. В итоге его отправили отдыхать и поставили сюда другого.

Через некоторое время:

На моем участке сменили уже трех или четырех сотрудников полиции. Каждый раз звания повышаются. Был сержант, выросли до капитана. Капитан со мной уже просто не разговаривает.

Внучка за жучку

Julia Biz 346УИК:

Пришла бабка, хотела проголосовать за дочку, внучку и еще кого-то, ей сказали, что так нельзя, притом дочка в Америке.