Куда катимся?

Оценить
Куда катимся?
У саратовцев, которые ждали открытия скейтпарка в 1990-е, уже выросли дети. Благодаря нерасторопности властей у представителей разных поколений есть общая мечта

Самокатинг называют одним из самых молодых видов экстремального спорта. Люди, которые катаются десять лет, по российским меркам считаются ветеранами. В Саратове самокатеров с таким большим стажем нет, самые опытные местные участники занимаются этим спортом четыре года. Нынешней осенью отцы-основатели саратовского самокатерского сообщества перешли в десятый класс. Сегодняшние райдеры (а также их родители) мечтают о том же, о чем их коллеги на роликах и скейтах двадцать лет назад – строительстве в городе оборудованной площадки для экстремальных видов спорта, где можно было бы безопасно кататься без конфликтов с прохожими и полицией.

Примечательно, что в конце 1980-х в Саратове работали два скейтпарка, оснащенных лучшим в СССР оборудованием. Город считался центром советского скейтбординга.

Некатабельный город

Денис сидит на ступеньках памятника в сквере 1905 года. Ради встречи с корреспондентом прогулял физкультуру и не жалеет: говорит, скучно, «когда всё по программе». В самокатинге, наоборот, нет правил и тренеров, при этом нагрузки серьезнее школьных – в день можно проехать 50 километров.

Денису в ноябре исполнится тринадцать лет, трюковым самокатом он занимается полтора года. Катается здесь, в сквере, возле 62-го лицея, на крыльце нового ТЮЗа, у памятника Федину, иногда на набережной, где остались обломки старого скейтпарка. «Там небезопасно. Однажды я заехал на вылет (горку. – Авт.), попал колесом в стык, полетел через руль и вывихнул ногу», – рассказывает Денис. К медикам не обращался – до ближайшей больницы на Чернышевского пришлось бы километр хромать в гору. Говорит, что, как многие райдеры, возит с собой эластичный и обычный бинты, перекись и антибактериальные салфетки.

Денис объясняет, почему памятник борцам революции – почти идеальный спот (место для катания). Постамент здесь не выше 50 сантиметров, на него можно запрыгнуть на самокате, есть три ступеньки, что очень желательно для трюков, и всё это сделано из гладкого камня. Хочу спросить, знает ли он, почему здесь стоит памятник (112 лет назад на этом месте при разгоне митинга погибли восемь человек и семеро получили смертельные ранения), но понимаю, что это было бы зря: в руках у собеседника телефон, и он первым откроет поисковик.

«Асфальт в Саратове некатабельный», – вздыхает Денис. Со спотов самокатеров гоняют полиция (если это памятники), сотрудники ЧОПов (если речь о соблазнительном крыльце банка или магазина, украшенном перилами и парапетами) и разгневанная общественность. «Если возражают охранники, мы сразу уходим. С бабушками можем поспорить», – признается Денис.

«Уф, еле ушел», – румяный Женя шумно отдувается, бросает рюкзак на постамент и небрежно сообщает, что сбежал с уроков под предлогом приглашения на флюорографию. Жене пятнадцать, катается год. «Я за это лето прибавил 15 сантиметров и 12 килограммов, всё это благодаря самокату», – гордо заявляет Женя переломавшимся баском.

Юношам явно надоели разговоры, Денис крутит самокат, как пропеллер. Двухколесный бедолага дребезжит и поскрипывает. Райдеры рассказывают, что трюковой самокат служит, в среднем, три месяца. За сезон с апреля по октябрь придется сменить, как минимум, две пары колес и руль.

«Для высокого роста нужен высокий руль, длина зависит от размера ноги, – объясняет Женя. – Короткие и узкие самокаты нужны для паркового катания, в нем главное – скорость, такие самокаты делают из алюминия. Длинные и широкие – это уличный стиль, для трюков нужны сплавы пожестче, но не слишком тяжелые».

Спортивных магазинов в Саратове достаточно, но часть продающейся там продукции – ширпотреб, не годный для трюков. Профессиональные самокаты могут стоить до 50 тысяч рублей, но при определенном везении их можно купить с рук в несколько раз дешевле. Для начинающих обязательна защита. Полный комплект на щиколотки, голени, колени плюс шлем обойдется в 5 тысяч рублей.

«Я родителям сказал: лучше потрачу деньги на новый самокат, чем пропью-прокурю, – Женя рубит воздух ладонью. – Первый самокат я купил за 3 тысячи, второй, профессиональный – за 27 тысяч. Но ни одного родительского рубля в этих расходах не было. Я сам заработал деньги аниматором».

Чтобы компенсировать затраты, самокатеры заводят обучающие каналы в YouTube, в которые вставляют рекламу. В Москве проводятся контесты (соревнования) с призами до 10 тысяч рублей. Главной целью считается заключить рекламный контракт со спонсором – магазином, продающим самокаты и аксессуары, или представительством компании-производителя. Спортсменов такого уровня в Саратове пока нет, как говорит Денис, только один райдер в городе готовит промо-ролик, которым надеется привлечь спонсоров.

Молодежь просится под крышу

По словам собеседников, самокатингом в Саратове занимаются мальчики 8–15 лет (есть и одна девочка, но в тусовку она не принята). «Начинать лучше лет с двенадцати, до этого мышцы слабенькие», – советует Денис. Многие приходят в этот спорт из футбола, акробатики, бокса, bmx (трюковой велосипед), брейк-данса. Новичку потребуется коммуникабельность и стрессоустойчивость, ведь ребята учатся трюкам не у педагога, а друг у друга – нужно уметь попросить, чтобы незнакомый ровесник потратил на тебя время. «Один пошлет – ничего, подойдешь к другому, он научит», – рассуждает Женя. Идеологических противоречий с другими молодежными сообществами не наблюдается: некоторые самокатеры одновременно занимаются bmx, воркаутом и т.д.

Летом самокатеры катались по десять часов в сутки, сейчас – столько, сколько времени остается после школы. К семи часам вечера в сквере собирается человек тридцать. Всего, по подсчетам собеседников, в городе катаются около 70 подростков. В последнее воскресенье лета школьники решили устроить «день самоката»: толпой проехали от спота в «Липках» (памятника соловецким юнгам), через рейлы (заборчики и перила) на центральных улицах к ТЮЗу, затем – к набережной. За участниками следовал автомобиль полиции, подозревавшей молодежь в попытке устроить несанкционированный митинг.

О весенних молодежных протестах ребята слышали, старшие коллеги из bmx туда ходили. «Нам не до этого, мы катаемся», – произносит Женя голосом примерного мальчика и тут же добавляет: «Нас, на самом деле, всё в Саратове устраивает. Вот только не хватает скейтпарка».

Мама Дениса писала областным депутатам и в правительство с просьбой отремонтировать старый скейтпарк на набережной или построить новый. В июне она даже звонила по этому поводу на прямую линию президенту, не зря же работа с молодежью объявлена новым приоритетом для федеральных властей. Не дождавшись реакции, самокатеры своими руками сколотили несколько спотов и поставили у супермаркета возле Детского парка, но самодельные снаряды развалились через полтора месяца.

Как объясняют собеседники, открытие специальной площадки решило бы проблему с катанием на памятниках, позволило поднять профессиональный уровень (возможно, до самоокупаемости расходов на хобби), а главное – в крытом скейтпарке можно кататься круглый год. «Прошлую зиму мы с другом просидели за компьютером, – поморщившись, вспоминает Денис. – Когда родители не запрещают, это так надоедает!».

Бывшая столица скейтбординга

В сентябре 1991 года, всего через две недели после путча, в Саратове прошел первый открытый кубок Союза по скейтбордингу. Организатором соревнований были газета «Заря молодежи» и центр ролл-спорта «Фантастика». Спонсором выступило российское представительство компании «Пепси-кола».

Как рассказывала читателям «Заря», скейтбординг был «изобретен калифорнийскими сорви-головами в 1950-х годах», а первые доски изготовил концерн «Кадиллак». Скейт производства США можно было купить в то время, по сведениям газеты, за 100 долларов. Большинство участников соревнований пользовались самоделками и досками отечественного производства – их выпускали московская фабрика лыж, различные предприятия в Ленинграде, Рыбинске, Пензе, Риге, Вильнюсе, Таллине, Краматорске.

На Кубок приехали 130 спортсменов. В Саратове были специально построены два скейтодрома. О соревнованиях рассказывали телепрограмма «Марафон-15» с Сергеем Супоневым, европейская группа американского канала «Супер Чэннел», английский скейт-журнал «RAD», центральная «Комсомольская правда» и «Советский спорт».

Саратов к тому моменту считался одним из центров советского скейтбординга, наряду с Ленинградом, Ригой и Харьковом. Местная команда выезжала на соревнования с 1987 года. Саратовские скейтеры участвовали в съемках фильма «Приморский бульвар», выпущенного Одесской киностудией. Саратовец Юрий Фомин, до того увлекавшийся хоккеем, был избран первым президентом российской федерации скейтбординга.

Как рассказывает Юрий Фомин (сейчас он работает педагогом-организатором клуба «Фантастика» при Дворце детского творчества Волжского района), в Саратове было два скейтпарка – на набережной и в Детском парке. «С конца 1980-х по середину 1990-х они считались лучшими в СНГ по количеству и качеству оборудования. Снаряды были выпущены саратовским заводом РМК. Другие предприятия тоже шли навстречу, понимая значимость воспитания молодежи, – вспоминает Юрий Александрович.– В 1990-е один начальник, фамилию которого называть не хочу, услышал, что губернатору не нравится рампа, стоящая на набережной. Рампу распилили. На следующий день оказалось, что начальник понял губернатора неправильно. Рампу сварили, но так, что кататься на ней стало нельзя».

В 2006 году Михаил Волков, бывший тогда главой Волжского района, помог найти спонсоров, которые оплатили изготовление нового оборудования, но его было немного. Снаряды перевозили по городу с места на место, пока они не оказались на новой набережной. Сегодня за их состоянием следят энтузиасты – Фомин с коллегами красят старый скейтпарк своими руками и купленной за свой счет краской. Оплатить полноценный ремонт им не по карману.

Летом 2012 года губернатор Валерий Радаев встречался на набережной с роллерами и скейтерами и обещал новую площадку для занятий экстремальными видами спорта. Установить её планировалось на Театральной площади. «Площадь должна гудеть!» – отмечал Валерий Васильевич. Губернаторское обещание осталось неисполненным.

«Сейчас при помощи «Единой России» ставят детские площадки. Хорошо бы сделать что-то и для подростков. Скейтпарк ждут не только скейтеры, но и роллеры, и bmx-ры, и самокатеры, – говорит Юрий Фомин.– Скейтбординг признан олимпийским видом спорта. Если бы мы не утратили базу, я сейчас готовил бы ребят в сборную России для Токио. На имеющемся оборудовании можно отрабатывать только начальные элементы. Подросток полгода позанимается – и интерес теряется. Некоторые бросают заниматься, перспективные ребята уезжают в Москву. Провести в Саратове такие соревнования, как 30 лет назад, сейчас нельзя – просто никто не приедет».


[Кстати сказать]

Мнение пессимиста

Алексей Потапов, президент областной федерации роллер-спорта:

ЕСТЬ ЛИ В САРАТОВЕ ТАКИЕ ИНВЕСТОРЫ?

«Я занимаюсь роллер-спортом больше 20 лет. Позор, что в Саратове до сих пор нет специальной площадки для летних экстремальных видов спорта. То, что сейчас происходит на набережной, – кошмар. На обломках старого оборудования подростки парят вейпами, бросают мусор, чуть ли не гадят под себя. Для этих людей я не хочу делать ничего. Но есть и нормальные ребята, которые горят своим делом, ради них можно постараться.

Для чего нужна крытая площадка? Для спорта важны непрерывные тренировки, сейчас полгода, с октября по апрель, выпадают. Ко мне в роллер-школу приходят дети 7–10 лет. Им нужен роллердром, ровная площадка с покрытием, на которой можно оттачивать навыки. Это будет пользоваться спросом, ведь на катке катаются тысячи саратовцев, и на роликах будут кататься не меньше. В Пензе в парке «Олимпийский» есть крытый роллердром и открытый скейт-парк. Как там всё сделано – это просто сказка, причем это муниципальное учреждение культуры.

На оборудование нужно примерно 1,5 миллиона рублей. Если область в течение месяца не будет заказывать дурацкие баннеры, эти деньги найдутся. Другой вопрос – кто будет эксплуатировать оборудование? Если оставить новый скейтпарк без присмотра, его просто разбомбят, и получится такая же мусорка, как сейчас на набережной. Если это будет бюджетное учреждение, власти посадят в директорское кресло «своего» человека, которого вряд ли заботит спорт. Если проект поставят на коммерческую основу, он быстро перестанет существовать. На то, чтобы такая площадка стала прибыльной, нужно не меньше пяти лет – нужно привлечь людей, провести соревнования. Есть ли в Саратове такие инвесторы? Жена мне часто говорит: Саратов – болото, здесь ничего никому не надо. Я с ней спорю, но в глубине души думаю точно так же».