Дело о 30 миллионах

Оценить
Дело о 30 миллионах
Подделавший подпись при получении многомиллионного банковского кредита экс-депутат не признан судом мошенником

В Ленинском районном суде города Саратова рассматривается интересное дело о мошенничестве в сфере кредитования. Предприниматель обманным путем получил кредит в банке и не вернул деньги. Представители кредитной организации уверены, что и не собирался возвращать. Схему хищения денег банка следствие раскрыло и практически доказало в суде. Однако потом дело вдруг начало разваливаться. На последних заседаниях, вплоть до минувшей пятницы, 24 марта, всё велось к тому, что виновник истории может выйти сухим из воды.

 

Сюрприз от уважаемого человека

Примечательна эта история тем, что в центре ее оказался не простой фермер, а бывший депутат собрания Воскресенского муниципального района и действующий член партии «Единая Россия» Сулейман Читаев. Казалось бы, уважаемый человек, в прошлом облеченный властью, заслуживший доверие односельчан. И, безусловно, имеющий хорошие связи во властных и околовластных кругах.

Последние десять лет Сулейман Читаев продолжал дело погибшего отца –  известного в Воскресенском районе фермера Хизри Читаева – выращивал и перерабатывал подсолнечник, а также продавал подсолнечное масло и жмых.

На развитие КФХ Сулейман Читаев в апреле 2014 года и взял кредит в «Газнефтьбанке» в размере 30 миллионов рублей. При этом поручителем по кредиту выступила мать Сулеймана – Мария Читаева.

Как рассказывал на суде глава правления «Газнефтьбанка» Алексей Ведменский, никаких подозрений заемщик не вызывал. С его стороны при заключении кредитного договора нареканий к банку тоже не было. Бизнесмен и его мать подписали необходимые бумаги и начали пользоваться деньгами. Шесть миллионов рублей Читаев забрал наличными сразу, остальную сумму снял со счета в течение следующих двух месяцев. Возвращать долг банку предприниматель не спешил: в течение семи месяцев (до ноября 2014 года) выплачивал только сумму по процентам, а не тело кредита, но потом и эти платежи прекратились.

Служба безопасности банка пыталась связаться с Читаевым, как только образовалась задолженность, но тот, как говорят представители кредитной организации, на контакт не шел.

Только после того, как «безопасники» прислали письмо поручителю – Марии Читаевой, Сулейман Хизриевич явился в банк. Как оказалось, не за урегулированием вопроса с задолженностью, реструктуризацией кредита или перекредитованием, как это делают заемщики, оказавшиеся в сложном финансовом положении. Вовсе нет. «Ждите сюрприза», – только и пообещал Читаев «Газнефтьбанку». И сюрприз не заставил себя ждать.

 

Стройная многоходовка

В январе 2015 года Сулейман Читаев инициировал банкротство своего КФХ и одновременно обратился в Арбитраж за признанием недействительным договора поручительства по кредиту в «Газнефтьбанке». Подпись Марии Читаевой в договоре поручительства оказалась поддельной, что было доказано экспертизой. Сулейман Читаев при этом не скрывал ни в том суде, ни в этом, что подделал подпись матери сам. Причем в ее присутствии. Но зачем?

Вопросов к деловой репутации Сулеймана Читаева у банка не было, равно как и сомнений в его благонадежности как заемщика, Мария Читаева как поручитель банк устраивала. Так зачем подделывать подпись поручителя при его наличии и присутствии, если не для того, чтобы потом опротестовать этот документ?

По мнению главы правления «Газнефтьбанка» Алексея Ведменского, семья Читаевых всё спланировала: подделать подписи, чтобы оградить свое имущество от возможного взыскания в счет непогашенного кредита. Так как при недействительном договоре поручительства кредит на 30 миллионов рублей, оформленный Сулейманом Читаевым в «Газнефтьбанке», оказался ничем не обеспеченным.

 

Не случайный персонаж

Необеспеченный кредит и банкротство предприятия заемщика – не единственный сюрприз от Сулеймана Читаева «Газнефтьбанку». Приоритетным кредитором в деле о банкротстве КФХ Читаева неожиданно стал некто Алексей Щербак, руководитель компании «САНОЙЛ». Выяснилось, что в конце 2014 года, то есть перед началом процедуры банкротства крестьянско-фермерского хозяйства, Щербак продал Читаеву «много бочек» подсолнечного масла на 40 миллионов рублей. И опять же, спрашивается, зачем? Ведь Сулейман Читаев подсолнечное масло производит сам и сам его продает.

Кстати, Алексей Щербак персонаж не случайный. Как выяснилось в суде, с Сулейманом Читаевым его давно и многое связывает. Фирма «САНОЙЛ», например, зарегистрирована в помещении, принадлежащем Марии Читаевой. Оба предпринимателя обслуживаются в одной и той же бухгалтерской фирме – ООО «Гроссбух». Директор фирмы Марина Кораблёва в суде это подтвердила. А счета за бухгалтерские услуги обеих фирм оплачивает один Читаев. Щербак же имел доступ к счетам Читаева. Например, снял с расчетного счета Сулеймана Читаева в «Россельхозбанке» 10 миллионов рублей. И было это как раз в тот период, когда Читаев начал пользоваться кредитом «Газнефтьбанка».

После этого сложно поверить, что сделка с поставкой подсолнечного масла на 40 миллионов рублей – простое стечение обстоятельств. Да и была ли сделка?! Бухгалтер Читаева и Щербака Марина Кораблёва сообщила в суде, что крупная поставка масла не была отражена в балансовых документах предприятий. Но даже если допустить, что предприниматели договорились устно, это всё равно незаконно. Обязательства по уплате налогов никто не отменял.

 

Деловой подход: никому не должен

В ходе предварительного следствия вскрылись и другие странности в делах семьи Читаевых. По показаниям сотрудников КФХ Сулеймана Читаева, хозяйство не работало почти весь 2014 год. И по их словам, «того объема семечки, который вырастил сам Читаев, было недостаточно для переработки» – основную часть выращенного подсолнечника якобы забрали за долги. «Закупать семечку он не мог, так как был всем должен», – фермеры отказывались продавать подсолнечник Читаеву, потому что он не платил за полученный товар.

Например, Александр Веденеев из Базарно-Карабулакского района однажды доставил Сулейману Читаеву на переработку 90 тонн семян подсолнечника. И не получил оплату. И хотя деньги потом все-таки пришли – много месяцев позже оговоренного срока – Читаев всё равно остался должен около 50 тысяч рублей.

Фермер Вертянов по устной договоренности поставил на маслозавод Читаева примерно 50 тонн семян подсолнечника на 550 тысяч рублей, но Читаев за них не заплатил. И как рассказал в суде представитель Вертянова, Читаев не отвечал на звонки и избегал встреч. Когда обиженный Вертянов обратился в суд, то Читаев заявил, что никакой сделки вообще не было – никто ему ничего не поставлял, и платить он никому ничего не должен (накладные о приеме товара на маслозаводе лично Читаевым не подписывались, поэтому в удовлетворении иска Вертянову было отказано).

Сотрудник лизинговой компании Андрей Лифанов рассказал, что Читаев заключил с фирмой семилетний договор лизинга на покупку газовой сушилки для зерна. При этом ежемесячные платежи он перестал платить 31 октября 2014 года. И теперь лизинговая компания не может ни изъять оборудование, ни получить оставшийся долг.

Сотрудники КФХ Читаева рассказывали следователям о том, что им задерживали заработную плату: кого-то Читаев уволил без расчета, кому-то не отдал не только деньги, но и трудовую книжку. Большая часть этих свидетелей, правда, в суде от прежних показаний отказалась. Люди путано объясняли, что расчет им все-таки выдали и причин жаловаться на бывшего работодателя у них уже нет.

 

А если поднажать?

Не исключено, конечно, что обвиняемый в мошенничестве с кредитом предприниматель (или кто-то из его окружения) успел до суда «побеседовать» со свидетелями и обо всем «договориться». Такие эпизоды были, и в суде их рассматривали.

Сотрудница регистрационной палаты Аксёнова рассказала, что 16 апреля 2014 года обслуживала сделку по регистрации договора залога между «Газнефтьбанком» и семьей Читаевых. По ее словам, когда ее вызвали в Воскресенский районный суд для дачи показаний по указанному договору, к ней подошел неизвестный (позже Аксёнова опознала в нем Алексея Щербака) и попросил не появляться в суде, не давать показаний или сказать, что она не видела, как происходило подписание залоговых документов в палате.

А по словам директора Саратовского независимого управления судебной экспертизы «Судэкс» Сергея Поспелова, когда была назначена почерковедческая экспертиза всех договоров с Читаевыми, с экспертом, которому было поручено проведение анализа подписей, связалась адвокат Читаевых и просила о встрече. Из-за этого специалист управления взял самоотвод, а дело тайно было передано другому эксперту.

 

Фиктивный директор в сомнительной фирме

Рассказали в суде и про некую фирму, услугами которой предприниматель, как предполагает следствие, пользовался для вывода части средств, полученных в кредит от «Газнефтьбанка».

Через ООО «Волгоагропродукт» Сулейман Читаев провел ни много ни мало треть полученного кредита – 11 миллионов рублей (с учетом обналиченных сразу 6 миллионов и снятых Щербаком 10 миллионов рублей набирается 27 миллионов рублей из 30 выданных «Газнефтьбанком»).

Адвокаты Читаева объясняли, что эта фирма посредничала при расчетах с поставщиками за приобретаемый Читаевым подсолнечник. И это очередная странность в рассматриваемом деле. Раньше Сулейман Читаев работал со своими поставщиками напрямую, а тут вдруг ему потребовалась фирма-прокладка. Почему?

В суде пытались выяснить у директора ООО «Волгоагропродукт» Андрея Корочкина, в чем уникальность его фирмы. Но выяснили, что директор он фиктивный, сам никому никакую семечку не продавал и вообще не в курсе подписания каких-либо договоров.

«Я никогда не был полноценным директором, но числился в этой фирме. Ко мне подошли на улице три человека, имен которых я не знаю, и предложили мне заработать. Я ездил с ними периодически в банк и за каждую такую поездку получал одну тысячу рублей», – рассказал Корочкин суду.

 

Не пойман – не вор, и пойман – не вор?

После описанного в суде довольно сложно усомниться в том, что Читаев «ничего такого» не замышлял, когда брал 30 миллионов в кредит у банка. Не сомневались в наличии умысла и следствие, и гособвинение. До последнего момента.

Но 13 марта Сулейман Читаев вдруг заявил суду, что отвергает обвинения в крупном мошенничестве, однако готов признать факт незаконного получения кредита и подделку подписей. «Я намеревался отдать все деньги. В связи с тяжелой экономической обстановкой на моем предприятии я оказался не в состоянии платить, – пояснил суду Читаев. – Я признаю, что незаконно получил кредит. При оформлении я скрыл от банка и не указал всех своих кредиторов. Я знал, что если я укажу всех кредиторов, то деньги мне не выдадут. И плюс еще я расписался за свою мать». Мария Читаева последовала примеру сына и тоже признала за собой вину только в том, что помогала незаконно получить кредит. Гособвинение почему-то не стало настаивать и даже поддержало позицию подсудимых, потребовав для них  более мягкого обвинения.

Помощник прокурора Николай Прохоров ходатайствовал о переквалификации деяний подсудимых с части 4 статьи 159.1 УК РФ «Мошенничество в сфере кредитования» (предусматривает наказание в виде реального лишения свободы на срок до 10 лет), объяснив, что собранных доказательств недостаточно. Внезапная лояльность прокуроров к людям, мошенничество которых они так упорно доказывали, по меньшей мере удивляет.

Судья Оксана Кулумбекова с прокурором неожиданно согласилась и перестала принимать дополнительные доказательства вины Читаевых, имевшиеся у потерпевшей стороны. А Сулеймана Читаева решили судить уже не за мошенничество в крупном размере, а за получение кредита по подложным документам (по части 1 статьи 176 УК РФ), где максимальное наказание – 5 лет лишения свободы вместо 10, а минимальное – штраф до 200 тысяч рублей.

И вот в прошлую пятницу в судебном разбирательстве по делу о 30 миллионах, похищенных у «Газнефтьбанка», случился новый поворот. Сменившийся на процессе гособвинитель – подполковник юстиции Денис Тихонов,попросил судью отменить ходатайство своего предшественника – помощника прокурора Николая Прохорова – о смягчении обвинения для подсудимых. По словам Тихонова деяния семьи Читаевых должны квалифицироваться по прежней статье Уголовного кодекса РФ – «Мошенничество в сфере кредитования» (ч. 4 ст.159.1 УК РФ), и сам он намерен разобраться в этой истории досконально.