Прокурор, издатель, общественный деятель

Оценить
Прокурор, издатель, общественный деятель
Дом Юренева упоминался в адрес-календарях

Одноэтажное здание с высоким криволинейным аттиком, в овальной нише которого одиноко расположилась то ли ваза, то ли кубок, всегда привлекало горожан своей загадочностью, тем более что на улице Московской, по соседству, стояли более представительные дома. Упоминался этот оштукатуренный и архитектурно обработанный дом как домовладение семьи сначала губернского, а потом Саратовского окружного прокурора, коллежского асессора Георгия Николаевича Юренева.

Вячеслав Давыдов, краевед

В 1870 году в России были введены в действие новые судебные уставы. При открытии новых учреждений должность прокурора Саратовского окружного суда исполнял владелец описываемого дома Георгий Николаевич Юренев, о котором Славин, автор мемуаров, охватывающих четыре десятилетия жизни Саратова, писал: «Юренев был еще сравнительно молодой человек, вероятно, лет 35–37. Пост прокурора был совершенно не по нем. Он мог бы быть хорошим, корректным судьей, но не государственным обвинителем, не оком государевым, или, вернее говоря, министерским. Он не имел для этого никаких данных». После посещения в 1873 году Саратова министром юстиции «Юренев вышел в чистую отставку, остался в Саратове и, женившись здесь, сделался саратовским домовладельцем и местным общественным деятелем».

Некоторое время он издавал газету «Волга», вышедшую первым номером 1 сентября 1877 года. Типография располагалась здесь же, в домовладении Юренева. Издание несколько раз приостанавливалось, но дошло до № 615 в 1883 году. Разочаровавшись в издательском деле, Георгий Николаевич нашел себя в общественных делах. Он был гласным Думы, губернского и уездного Земских собраний, председателем попечительского совета Александровского ремесленного училища, почетным мировым судьей, действительным членом Губернского статистического комитета по выбору.

Юренев принимал самое активное участие при решении вопросов, связанных с образовательной и культурной деятельностью Думы. Он с другими гласными предложил Общие Правила для городской публичной библиотеки, а в начале 1878 года сообщил в Саратов о предложении академика живописи Алексея Петровича Боголюбова, живущего в Париже, передать городу свою коллекцию и основать художественный музей. В 1880 году именно гласный Юренев предложил «сопричислить г. Боголюбова к числу Почетных Граждан Саратова».

В саратовских адрес-календарях тех лет нередко можно было встретить упоминание о доме Юренева: например, в 1879 году – «Продажа тертых масляных красок Егора Денисовича Глинчикова. Фабрика получила лучшие сорта Крымского, Бессарабского, Греческого и Турецкого табака. Московская, в доме Юренева, ниже Дворянского собрания, рядом с фабрикой Штаф», в 1880 году – «ниже Дворянского собрания на Московской улице – дом Юренева».

В доме Юренева присяжный поверенный В.Ф. Лятошинский в компании с инженером-техником Поповым открыл магазин под названием «Приволжская книжная торговля». Они не преследовали материального интереса, «а исполнены были желания содействовать умственному и нравственному образованию общества». Побывавший в магазине известный Немирович-Данченко оставил самые теплые воспоминания: «...в Саратове существует магазин Лятошинского, в котором найдете все новости».

В середине восьмидесятых годов Георгий Николаевич навсегда покинул Саратов. Кому Юренев продал свое домовладение, пока не известно, но в 1910-х годах оно принадлежало купцу И.С. Котову. В 1917 году дом и флигель приобрел мещанин И.И. Гейликман, но уже в конце 1918 года его жилые помещения поступили в распоряжение коммунального отдела города для «социального» подселения.

ул. Московская, 54

Лишь в 1820-х годах стали появляться на Московской улице, среди преобладавших деревянных построек, сооружения из необожженного кирпича. Городская застройка тогда производилась по специальным «образцовым» проектам. В декабре 1854 года Саратовская Губернская Строительная и Дорожная Комиссия, ведавшая строительством в городе, приняла к руководству и исполнению приказ государя: «...постройки каменные без ограничений этажей, деревянные в 1 и 2 этажа утверждает генерал-губернатор, а где генерал-губернаторов нет, Строительная и Дорожная Комиссия утверждает фасад, чтобы были согласно с образцовыми».