Путин, вопрос и плакат без ответа

Оценить
Впечатления корреспондента «Газеты Недели» от визита на пресс-конференцию президента РФ

23 декабря в Москве прошла очередная – 12-я по счету – пресс-конференция Владимира Путина. В прошлом году корреспондент «Газеты Недели» уже побывал на встрече журналистов с главой государства, но задать вопрос так и не смог. Однако опускать руки не стал и в текущем году смастерил беспроигрышный (как ему казалось) плакат. Плакат действительно привлек к себе внимание, но только не президента.

Есть вопрос

Не так давно за океаном про­шли президентские выборы, по итогам которых у руля американского государства встал Дональд Трамп. За последние 15 лет Трамп – уже третий человек, вступивший на должность президента США. В России же с начала 21 века большую часть времени президентское кресло занимал Владимир Путин, и покидать его, по всей видимости, не собирается. Отсутствие реальной сменяемости власти вкупе с увеличением президентского срока может свидетельствовать о том, что в России установилась диктатура, автократия, власть одного человека – не в терминах суть.

Не считает ли сам Путин себя диктатором? И если нет, то не собирается ли он запустить в стране процессы демократизации: инициировать возвращение 4-летнего срока, внести законопроект о запрете одному человеку занимать пост президента более двух раз за жизнь, ну и самое главное – отказаться от участия в выборах 2018 года? С надеждой задать приблизительно такие вопросы главе государства я сел в кресло оранжевого «Эмбрайера». К слову, перелет в столицу на суперкомфортном бразильском лайнере обеспечили «Саратовские авиалинии».

Придумать вопрос, отвечая на который, Владимир Владимирович не смог бы «перевести стрелки» на кого-нибудь другого (зловредный Запад, «независимое» решение суда и пр.) – задача непростая, но посильная. Гораздо сложнее – этот вопрос задать. Чтобы обратить на себя внимание, нужно постараться. В прошлом году мой плакат с надписью «Есть вопрос» и изображением задней части кошки (которую Путин когда-то нарисовал детям на классной доске) главу государства не заинтересовал. Поэтому в этот раз решено было действовать смелее.

В интернете я нашел сервис, позволяющий делать надписи красивым шрифтом, и сварганил с помощью него фразу «Спроси меня о диктатуре». Далее в обычном графическом редакторе «Paint» я соединил надпись с эскизом головы Владимира Владимировича и отнес результат в типографию. Надо заметить, в типографии к целям моего творчества отнеслись с пониманием и даже подкорректировали изображение так, чтобы оно выглядело на листе формата А2 более четко.

Плакат получился вызывающим. На тот случай, если в администрации президента мою задумку сочтут слишком провокационной и попытаются не пустить в зал, я распечатал еще один плакат, где вместо головы Путина красовался знак вопроса.

Я и плакат

Как и в 2015 году, пресс-конференция проходила в здании Международного центра торговли. Опасения мои оказались не напрасны: у входа в зал журналистов досматривали, лишали их бутылок с водой и почему-то бутербродов, а также просили разворачивать плакаты. Мне сразу сообщили, что с таким плакатом войти не получится. Я начал спорить, в конечном итоге охрана вызвала представителя пресс-службы. Осмотрев плакат, представитель заявил, что нарушений не видит. «Тонко у вас тут», – сообщил он, имея в виду, что грань допустимого не пересечена.

Пока мы разбирались с охраной, мой плакат привлек внимание других журналистов. Его начали фотографировать, а в самом зале он даже вызывал небольшой ажиотаж. Мы с плакатом почувствовали себя самыми настоящими звездами. Была сделана масса фотографий, а еще со мной пообщались представители некоторых СМИ, в том числе – телеканала «Дождь».

Задать вопрос плакат мне не помог. Может быть, Путин со своим верным начальником пресс-службы Дмитрием Песковым его просто не заметили – хотя я тянул его, насколько позволял рост. Или заметили, но не посчитали тему достаточно интересной. А может, просто сочли вопрос неудобным? Ох, эта версия сильно греет мое самолюбие, но и верю я в нее меньше всего.

Московское дежавю

Описывать нюансы проведения прошедшей пресс-конференции я не вижу смысла – она мало чем отличалась от прошлогодней. Так же, как и в прошлом году, после получения аккредитационного бейджа журналистам дарили подарки (блокнот, календарь, ручка, папка). Так же, как и раньше, многие коллеги не стеснялись устраивать в зале базар, привлекая внимание президента криками и даже воплями. И точно так же после окончания мероприятия журналисты толпою ринулись к уходящему президенту. На пути пишущих масс встала охрана, но, что удивительно, некоторым даже удавалось убедить ее пропустить себя за оцепление – мол, у меня важный вопрос, мне можно.

Из отличий: как мне показалось, в этот раз зал чаще разражался аплодисментами. При этом звучали они преимущественно после какой-нибудь реплики с «патриотическим» оттенком (как в вопросах, так и в ответах). В прошлом году мне запомнилась совсем другая картина: аплодисменты звучали после потенциально неприятных для президента вопросов. Другим отличием стало настроение Владимира Владимировича. Да, внешне он продолжал быть благожелательным. Но если в прошлый раз эта благожелательность казалась более искренней, то сейчас нечто еле различимое заставляло насторожиться. И это не только мое наблюдение: аналогичным мнением поделилась одна из коллег. А еще у меня создалось ощущение, что в этот раз в Международном центре торговли было больше охраны.

Ну а общую характеристику прошедшей пресс-конференции можно описать одним словом: «Скучно». И это, опять-таки, не только мое мнение.


[кстати сказать]

«Было скучно»

По окончании пресс-конференции коррес­пондент «Газеты Недели» опросил коллег из регионов, какие ощущения оставило у них мероприятие и какие вопросы они не смогли задать.

Анастасия Горохова, уральская окружная телекомпания «Ермак» (г. Екатеринбург):

Было очень интересно. Вопросы, в общем-то, все были ожидаемые: Сирия и Украина. Но разочарования нет, хотя и каких-то сенсаций не было.

У нас было два вопроса, один из них – про бродячих животных. Мы хотели предложить идею чипирования домашних питомцев.

Виктория Савицкая, общероссийская газета «Собеседник»:

Было скучно. Причем если в прошлом году было скучно Путину, то в этом – журналистам. Потому что вопросы повторялись, почему-то даже по Сирии очень многие вопросы не были заданы. Если раньше, я знаю, журналисты готовили по 24 вопроса, ожидая, что половина из них вылетит на «пуловских» (вопросы от журналистов «кремлевского пула». – Прим. ред.), то в этом году резерва почему-то не сделали.

У меня было достаточно много вопросов. Если говорить об остром: почему Путин ничего не делает с тем произволом, который происходит в Республике Чечня?

Лилия Ахмедзянова, портал предпринимателей chelny-biz.ru (г. Набережные Челны):

Я в первый раз здесь, поэтому мне сложно судить. Но мне понравилось. Мне показалось, что слово чаще дается журналистам президентского пула и иностранным журналистам. Но это еще зависит от того, как ты себя проявил: какой у тебя плакат. Если ты просто поднимаешь руку, маловероятно, что тебя заметят.

У меня было два вопроса. Один из них – по поводу территорий опережающего социально-экономического развития. Этот статус наш город получил в текущем году. Сейчас городов, получающих такой статус, много, и у меня вопрос: не сыграет ли увеличение конкуренции (между этими городами. – Ред.) плохую роль? Найдутся ли такие частные инвестиции, которые помогут всем моногородам?

Андрей Печерский, газета «Русь державная» (г. Москва):

Конференция, как всегда, на высоте. Наш президент – это настоящий боец. Он держит удар. Он разносторонне образованный человек, может ответить на любой вопрос. При этом довольно компетентно, без лишней болтовни. Конечно, печально, что до духовно-нравственной сферы мы никак не дойдем, и вопрос задать не удается.

Я хотел спросить: президент же был в мае на святой горе Афон. По его мнению, что значит Афон для России? Обратные вопросы я задавал афонским старцам: они говорили, что у них надежда только на Россию.