Горькие уроки прошлого...

Оценить
Горькие уроки прошлого...
На Воскресенском кладбище прошла панихида в память о жертвах сталинских репрессий

Ежегодно 30 октября в России отмечается День памяти жертв политических репрессий. Эта памятная дата была установлена в нашей стране постановлением Верховного Совета РСФСР в 1991 году. В минувшее воскресенье траурные акции, митинги, церемонии возложения цветов прошли по всей России. В Саратове на Воскресенском кладбище отслужена православная панихида. Именно на Воскресенском кладбище в 20–30-х годах прошлого столетия хоронили казненных в саратовских тюрьмах.

В настоящее время в нашем городе проживает более 2 тысяч граждан, которые получили статус реабилитированных, и семь человек, пострадавших от политических репрессий.

Неслучайно была выбрана дата памятного дня. В этот день в 1974 году в мордовских лагерях началась голодовка политзаключенных в знак протеста против политических репрессий в СССР и бесчеловечного обращения с заключенными в тюрьмах и лагерях. После этого каждый год 30 октября стали проходить голодовки политзаключенных, а с 1987 года – демонстрации в Москве, Ленинграде и других крупных городах Советского Союза. В день памяти в 1989 году около 3 тысяч человек со свечами в руках образовали живую цепь вокруг здания КГБ СССР, но были разогнаны.

Цифры и судьбы людские

По данным правозащитного центра «Мемориал», сейчас в России живы около 800 тысяч пострадавших от политических репрессий (в их число, согласно закону о реабилитации жертв политических репрессий, входят также дети, оставшиеся без попечения родителей).

«В конце 1980-х – начале 1990-х годов в угоду пришедшей к власти новой политической элите и по ее команде политзаключенными объявили всех, кто находился в 1930–1950-е годы в местах заключения, большую часть которых составляли уголовники. В последнее время появились исследования, доказывающие, что численность политзаключенных в СССР в период уничтожения первого в мире советского государства была сильно завышена», – делится своим мнением с «Газетой недели в Саратове» кандидат исторических наук Ольга Дмитриева.

«Свою лепту в запутывание вопроса о статистике заключенных ГУЛАГа внес и Н.С. Хрущев, который, видимо, с целью помасштабнее представить собственную роль освободителя жертв сталинских репрессий написал в своих мемуарах: «... Когда Сталин умер, в лагерях находилось до 10 миллионов человек». В действительности же 1 января 1953 года в ГУЛАГе содержалось 2468524 заключенных: 1727970 – в лагерях и 740554 – в колониях», – пишет в своем научном труде «ГУЛАГ (историко-социологический аспект)» Виктор Земсков, главный научный сотрудник Института российской истории РАН, известный как исследователь политических репрессий в 1917– 1954 годах.

Невинно убиенным

Во многих российских городах траурные мероприятия проводятся в символичных местах. В Москве митинг ежегодно проходит у Соловецкого камня на Лубянской площади – гранитного валуна, привезенного с Соловецких островов, где некогда существовал лагерь особого назначения. В Саратове аналогичный памятник был установлен несколько лет назад при входе на Воскресенское кладбище. На гранитной плите выбито: «Жертвам массовых политических репрессий, невинно убиенным на земле Саратовской». Рядом с этим памятником и прошла православная панихида.

Накануне выпал снег, который к воскресному утру превратился в кашу под ногами. То и дело накрапывал мелкий дождь, дул ветер, а небо было затянуто серыми тучами. К одиннадцати часам всех участников уже доставили к месту проведения на автобусах. На площади перед небольшой часовней собралось примерно семь десятков человек, в основном пожилых. Практически у каждого из них в руках было четное число гвоздик. Трое держали таблички, на которых был указан район. Если полагаться только на таблички, то на панихиду собрались представители Ленинского, Октябрьского и Волжского районов города.

Но далеко не всех присутствующих доставили в Пичугинский переулок организованно. Стоя на пешеходном переходе перед воротами Воскресенского кладбища, я разговорился с женщиной, которая, так же как и я, ждала зеленого сигнала светофора, чтобы перейти дорогу. «Меня и мою семью сталинские репрессии обошли стороной, – рассказывает мне пожилая женщина. – Но родители были знакомы с семьями, в которых о тех страшных событиях знали не понаслышке. Это черная страница в истории СССР, позорная. Государство должно защищать своих граждан, а не истреблять их».

Моя собеседница, как оказалось, несколько десятков лет работает в школе учителем истории и обществознания. «А про этот день в школах еще не забыли? Может, классные часы принято проводить к 30 октября?» – интересуюсь я у нее. «Да с радостью я бы провела классные часы на эту тему. Тем более что в интернете полно разработок. Но у школьников со вчерашнего дня (с субботы. – Прим. автора)начались каникулы. В школу никого не затащишь, да и у классных руководителей энтузиазм не бьет ключом. Они все загнанные к концу четверти – отчеты, заполнение журналов, выставление оценок и так далее. У нас как-то даже и не обсуждалось это», – признается женщина, а потом продолжает: «Зато разгорелись, в который раз, споры о том, отмечать ли Хеллоуин или нет. Вот насчет этого заморского праздника у нас поговорить любят. Причем из года в год. А чтобы детям провести дополнительный тематический урок истории, даже речи не ведется». За таким разговором мы подошли к месту проведения панихиды.

Письма из небытия

Пока ведущие зачитывали отрывки из писем тех, кто узнал лично, что такое лагеря на Колыме и Соловках, я наблюдал за собравшимися людьми. Каждый внимательно слушал ведущего, у кого-то заблестели от слез глаза. И действительно, словами из писем невозможно было не проникнуться, тем более когда строчки эти звучат под траурную музыку.

«Отца арестовали в ночь с 26 на 27 января 1937 года. Настали дни недоуменного молчания и страха. Каждую ночь увозили кого-то из соседей. Двор наш опустел, никакой ребятни. В дом к нам перестали ходить. Ни мама, ни мы с братом не верили в виновность отца. В марте маму вызвал директор и предложил уйти с работы по собственному желанию. Нам стало совсем не на что жить. В ночь с 20 на 21 августа арестовали маму. При аресте ей сказали, что ничего брать с собой не надо. Так что в тюрьме она оказалась в одном летнем платье, а в лагере ходила босая. Добрые люди поделились с ней своей одеждой, когда она еле живая шла по этапу». Зачитанный отрывок был воспоминанием дочери профессора, заведующей кафедрой Казанского университета, заместителя наркома просвещения ТАССР Галины Тарасовой.

Дальше ведущий перешел к рассказу о том, скольких жителей нашего региона коснулись политические репрессии: «Как и по всей стране, репрессии в Саратовской области носили массовый характер и затронули все слои общества. Всего пострадали около 18 тысяч человек». «Ну, не надо так... Не столько, не столько...» – проговорила стоящая рядом женщина, ни к кому конкретно не обращаясь.

В небо взмыли десятки черных воздушных шариков. После этого началась, собственно, панихида. В завершение все желающие смогли возложить к памятному монументу цветы. А таких людей оказалось достаточно.