Маргарита Вешкина: Городу Саратову не до «Города мастеров»

Оценить
Маргарита Вешкина: Городу Саратову не до «Города мастеров»
Почти на любом крупном празднике в Саратове вы обязательно найдете массу лотков с сувенирами и ручными поделками. Однако мы редко задумываемся над тем, насколько нелегка жизнь у человека, который решил связать ее с декоративно-прикладным искусством.

Почти на любом крупном празднике в Саратове вы обязательно найдете массу лотков с сувенирами и ручными поделками. Однако мы редко задумываемся над тем, насколько нелегка жизнь у человека, который решил связать ее с декоративно-прикладным искусством (ДПИ). О достижениях и трудностях саратовских ремесленников и тех, для кого ДПИ просто хобби, мы беседуем с сопредседателем Гильдии ремесленников при Торгово-промышленной палате Маргаритой Вешкиной, которая с ходу начала рассказывать о недавно образованной «Палате ремесел Саратовской области» и ее планах.

– Когда был объявлен федеральный конкурс по поддержке ремесленной деятельности малого и среднего предпринимательства, мы написали концепцию развития нашей гильдии, которая рассчитана на длительный период времени, около 10 лет. С чего мы начали? Была создана «Палата ремесел» при Торгово-промышленной палате (ТПП) – это произошло в конце сентября. На этот год у нас запланировано получение пяти миллионов рублей из федерального бюджета и 175 тысяч из местного – они идут на приобретение расходных материалов для обучения людей в бесплатных мастер-классах по различным техникам и темам. Также некоторая сумма включена на погашение коммунальных услуг и аренду трех небольших помещений, находящихся в ТПП: мастерскую по работе с кожей, выставочный зал и комнату для проведения мастер-классов.

На эти деньги мы уже практически закупили все необходимые материалы для мастер-классов: мозаику, глину, шамот для изготовления керамики, войлок и шерсть для мокрого валяния, полимерную глину. Также будут свечное и кожевенное дело, деревообработка. В дальнейшем планируем закупить крупное оборудование для обустройства мастерских: станки, муфельные печи.

У нас пройдет круглый стол на тему развития ремесленной деятельности в Саратовской области, на которой соберутся представители со всего региона. Думаю, у каждого есть свой взгляд на эту тему. Кроме того, мы создаем свой постоянно действующий сайт. Там будет магазин с товарами наших ремесленников, анонсы мероприятий, туда же мы планируем выкладывать фото– и видеоматериалы.

Наконец, по этой программе до конца года у нас запланированы выезды в другие города на выставки и ярмарки. Сейчас мы ждем федеральные средства для поездки на международную выставку в Казани в ноябре. Потом мы отправимся в Москву на международную выставку «Ладья» и на выставку в торговом центре «Тишинка» в предновогоднюю неделю. По программе у нас оплачиваются торгово-выставочные места – сами понимаете, метраж на крупных выставках дорогостоящий, что вечно останавливает мастеров-ремесленников.

– Какие дивиденды имеют члены гильдии и палаты?

– Плюсы для мастеров и индивидуальных предпринимателей очевидные, ведь легче предлагать свою продукцию на рынке, когда вы идете от крупной корпорации, а не от магазинчика. Да и на выставках мы выглядим солидно, массово. Наконец, это помощь в организации, хотя мы сами все грузим, разгружаем, подвозим, поддерживаем друг друга. Мастерам не нужно мониторить интернет, чтобы узнавать, куда можно поехать и как оформлять документы. И организаторам всероссийских фестивалей проще работать с организациями, чем с отдельными мастерами.

– Глава ТПП Саратовской области Максим Фатеев выступал в начале этого года с предложением организовать ремесленникам нулевую налоговую ставку. Как вы считаете, нулевая ставка действительно необходима на первых порах?

– Ответ очевиден: учитывая, что сейчас у нас кризис и особых просветов не видно, это тот механизм, который должен поддержать и привлечь новых людей. Поэтому мы максимально стараемся распространять между нашими мастерами-ремесленниками информацию о возможности оформления патента на вид своей деятельности. Это очень большой плюс в работе и большая экономия доходов. Патентная ставка выплачивается раз в год и освобождает от многих проблем.

– Много ли в Саратове мастеров, которые зарабатывают себе на жизнь исключительно декоративно-прикладным искусством? Есть ли статистика?

– Статистики нет. Сами понимаете, есть же официальные данные, а есть скрытые заработки, которые не афишируются. Я могу рассказать только про свои организации. Процентов семьдесят – это не ремесленники, а мастера ДПИ, которые зарабатывают себе на хлеб в других местах, имея одну-две-три работы. Я сама работаю в трех местах, а ДПИ занимаюсь в свободное время. И всегда так работала, никогда не ставя ремесленничество во главу угла. Это сложно сделать в нашей стране. Не столько трудно произвести какие-то изделия, сколько реализовать, найти рынок сбыта. Это 90 процентов работы. Пять лет тому назад это было достаточно просто, у людей был больший интерес и финансовые возможности, и поэтому многие мастера ДПИ отказывались от основной работы и занимались индивидуальным предпринимательством. Сейчас наблюдается обратная тенденция, и люди понимают, что должен быть запасной аэродром. Я надеюсь, что это временно, так, конечно, не должно быть. Потому что мы должны понимать, что если человек работает еще где-то, то у него будет оставаться очень мало сил и времени на творчество и на изготовление креативных вещей. Я уж не говорю про их количество. Здесь проигрывают все – и люди, и государство.

Но я хочу заметить, что есть процентов десять индивидуальных предпринимателей, официально или полуофициально занимающихся только ДПИ. И среди них очень много молодых людей. Надо ли их поддерживать? Безусловно.

– Три года назад я общался на тему хендмейда с Андреем Голубцовым, и он много говорил о том, что в Саратове достаточно сложно продавать свою продукцию в магазинах. Как я понимаю, в нашем городе не так много магазинов берут на продажу товар ремесленников?

– Тенденция сохраняется. Дело в том, что условия аренды магазинов сложные. Предпринимателю надо «отбивать» аренду, поэтому идет стопроцентная наценка. Мастер приносит картину за 1000 рублей, а продают за 2000. Купят ли ее за 2000? Как правило, нет. Поэтому изделия месяцами пылятся на полках, теряют свой товарный вид и в результате возвращаются мастеру. Если повезет, то в более-менее удобоваримом виде, когда еще можно что-то отреставрировать и снова предложить кому-то.

Мы часто ездим по разным городам, у каждого города есть своя аура, тенденция. Наш город изначально был купеческим. А что такое купец? Это когда копейка рубли бережет. Я не могу сказать, что у населения нет денег, но оно очень прижимисто. Может, недостаточно развит духовно-интеллектуальный интерес к ДПИ. Когда мы участвуем в массовом мероприятии, и рядом стоят лотки с едой, то расхватывают именно ее. Такое ощущение, что у нас голодный город. Ну что можно получить от пирожка? Переварили и забыли. А изделие будет согревать душу, радовать родных и близких.

Надо отдать должное Пензе. Уровень жизни там такой же, как в Саратове, но они совершенно по-другому реагируют на эти вещи, а ведь у них почти каждый месяц проходят крупные международные фестивали. А еще там постоянно идут дожди... Возьмите Саратов. На улице начинается мелкий дождик, небо обложено, и вы знаете, что на некой открытой площадке есть какое-то мероприятие. Вы пойдете?

– Зависит от мероприятия.

– Возьмем среднего обывателя. Он посмотрит, скажет: «Погода не та, не пойду». А в Пензе люди совсем другие. Три дня шел проливной дождь. Люди утром надевают резиновые сапоги, идут с огромными зонтами и в дождевиках. Идут на ярмарку, где мы стоим на улице, и покупают-покупают-покупают. Видят что-то, закрытое от дождя пленкой, и тут же говорят, что хотят купить, хотя еще толком не разглядели. Это очень приятно.

А нас приехало человек 25 из Саратова. Пензяки подходят и спрашивают: «Вы откуда?». А мы немного съеживаемся: Саратов же у многих ассоциируется с грязью и плохими дорогами. А нам говорят: «Вы такие молодцы, у вас такие шикарные вещи, мы так любим ваш Саратов». Я сначала не поверила и подумала, что пошутили. Говорю: «Почему?». А мне отвечают: «У вас замечательный город. Все наши дети учатся у вас, и вы такой потрясающий хендмейд привозите. А еще вас так много и у вас потрясающие мастера». Организаторы фестиваля, кстати, шутят, что когда Саратов делает заявку, то ему нужен целый автобус. Наверное, все, что мы делаем, несмотря на сложности, это не зря.

Возвращаясь к словам Андрея Голубцова, могу подтвердить, что в Саратове действительно сложно продавать. В магазины мы практически уже ничего не сдаем и отказались от этой практики. Единственный способ реализовать свою продукцию – это выездные выставки-ярмарки. Мы уже знаем, куда надо ехать и что надо и что не надо везти в тот же Нижний Новгород, Пензу, Москву или Питер.

– Вы как-то сказали, что представители ДПИ часто больше зарабатывают на проведении мастер-классов, чем на продаже собственной продукции. С чем это связано?

– Тут надо смотреть, на какую аудиторию рассчитан мастер-класс. Например, детский мастер-класс. Здравомыслящие родители должны понимать, что самое главное, во что нужно вкладывать деньги, – это обучение. То, чему человек когда-то научился, он рано или поздно вспомнит. Это прокормит и поддержит не только его, но и его семью. Я сама троих детей одна подняла только благодаря тому, что много всего умею: и шитье на заказ, и вязание, короче, любая работа, которую можно сделать руками. И вся семья это умеет. У нас была некая модель подмастерьев: один обводит, другой выкраивает, а я собираю готовый продукт. Это модель ремесленной семьи, которая выжила. Если родители это понимают, то вкладывать деньги в обучение они будут готовы. И это самая чуткая и отзывчивая аудитория для мастер-классов.

Что касается взрослых, то, как правило, люди хотят обучаться на пенсии или перед пенсией. Слава богу, что нам пока не повысили пенсионный возраст, поэтому женщины выходят на заслуженный отдых еще в цветущем возрасте. У них освобождается время и появляется желание что-то делать своими руками, на что раньше не было возможности. Я видела, когда за год человек достигал фантастических высот в этом деле.

– Как я понимаю, появившийся в этом году проект «Город мастеров», по всей видимости, должен был объединить мастеров ДПИ на одной площадке для торговли, проведения мастер-классов и т.п. Может ли рассчитывать на массового потребителя проект, если сначала он размещается во 2-м Пугачевском поселке, потом в национальной деревне в Парке Победы, а теперь в ТПП, до которой тоже нелегко добраться?

– Самый больной вопрос. Понимаете, это зависит не от нас. Я лично этим проектом занимаюсь уже шесть лет. Мы писали концепцию, отдавали в минкульт, в правительстве рассказывали. И все одобрили. Но... я не знаю, это крик души: в таком большом городе, как Саратов, мы не можем найти площадку, где мог бы существовать «Город мастеров». Мы надеялись, что наша концепция будет реализована на базе провиантских складов Рейнеке. Но сколько было потрачено времени и усилий, а проект признали нерентабельным.

– Однако в этом году заговорили о базе Центра современного искусства. Ранее все-таки там планировались этнокультурный ремесленный комплекс и творческие мастерские. Сейчас разговоры об этом не возобновляли?

– Нет, и нам ничего не предлагали. К тому же современное искусство – это немного другое направление. Та концепция, которую я писала, закладывала три направления: ремесленничество + ДПИ, современное искусство и музейный квартал. В чем был ее плюс – это то, что человек мог выбрать интересующий его комплекс.

Я в начале нашего разговора упоминала про закупку оборудования. Так вот, станок или муфельную просто так в отремонтированную комнату завезти нельзя. Там должны быть определенные мощности подключения, противопожарная защита, метраж, требования к полам. Пока разговора об этом нет, надеяться на что-то не приходится. Я надеюсь, что минкульт и комитет по имуществу пытаются эту проблему решить, и надеюсь на благополучный исход, хотя вопросов много. Так что я рада, что ТПП, пускай и на небольших площадях, но нас поддерживает. Иначе мы после отъезда из Парка Победы в лучшем случае были бы на улице. А в худшем – сидели бы дома. Для меня же, как для руководителя, главное, чтобы люди не потеряли веру.

– Давайте попробуем завершить наше интервью на позитивной ноте. Вы как-то сказали, что в нашей области «уровень работ декоративно-прикладного искусства не ниже, а где-то даже выше, чем в других регионах». На чем основывается такая уверенность?

– На мнении независимых экспертов. Очень многие мастера ездят по другим фестивалям и городам. У нас часто креативнее вещи, оригинальней голова работает. Возможно, дело в том, что нет поточного производства, больших мастерских. Безусловно, вещь, сделанная на коленке, по-своему проигрывает потоковой, но это такой эксклюзив! Поэтому задача, когда появится оборудование, эту планку не опустить. Да, когда ты в первый раз видишь вещь, которая сделана в Нижнем Новгороде или Суздале, ты хочешь ее купить. Но когда в третий-пятый раз, то не хочешь – у всех такие же. А то, что делают саратовские мастера – уникально.

– Что, помимо саратовской гармошки, может стать со временем брендом города?

– Гармошка – это слишком очевидно (смеется). Калач, конечно! Хоть мы его не видим. Был фестиваль калача, но мы его не поели – не делают в Саратове. Осталась всего одна пекарня, которая их печет.

Что еще? Саратовская игрушка. Возрождаем, обучаем. 1 ноября в Областном центре народного творчества будет первый конкурс по саратовской глиняной игрушке среди людей, что мы обучали на семинарах. Это бренд, который мы развиваем.