Денис Юлин: В США нельзя учиться спустя рукава

Оценить
Денис Юлин: В США нельзя учиться спустя рукава
Большинству читателей его фамилия, скорее всего, ничего не скажет. Однако в журналистском сообществе Саратова она известна хорошо. Не так давно наш коллега Денис Юлин вернулся из очередного путешествия в США, где обучался журналистике...

Большинству читателей его фамилия, скорее всего, ничего не скажет. Однако в журналистском сообществе Саратова она известна хорошо. Не так давно наш коллега Денис Юлин вернулся из очередного путешествия в США, где обучался журналистике в одном из местных вузов. В беседе с корреспондентом «Газеты недели в Саратове» Денис рассказал, чем обучение в США отличается от обучения в России, почему американским студентам приходится «рвать задницу» и зачем за его поездку заплатил Госдеп США.

– Денис, насколько мне известно, это уже не первое твое обучение в США. Когда и как ты попал туда впервые?

– В первый раз – в 2007-2008 годах. Тогда я был студентом СГУ им. Чернышевского и выиграл грант на обучение в США на один год по программе, именуемой на тот момент UGRAD. Сейчас она называется Global UGRAD, а еще они урезали программу с одного года до одного семестра. Фактически, такой грант могут получить многие российские студенты. Во всяком случае, когда я подавал заявку, требования к соискателям были такие: быть студентом дневной формы обучения с 1-го по 3-й курс в вузе страны СНГ. По результатам отбора из около 4000 заявок я вошел в число 170 счастливчиков из России. В анкете можно было указать, в каком университете ты хотел бы учиться. Это вовсе не означало, что именно туда тебя обязательно должны направить, но твое пожелание могли учесть. Я указал несколько вузов, в том числе университет Вайоминга, с которым СГУ как раз сотрудничал. В конечном итоге туда меня и направили. Выяснилось, что это очень хороший университет идеальных размеров: не слишком большой, чтобы среди студентов было не протолкнуться, но и не самый маленький, с очень хорошими профессорами.

– А кто выдавал этот грант, кто оплачивал твое обучение?

– Госдеп США.

– Все понятно, Денис. Можешь не продолжать. Делалось это, конечно, чтобы подорвать нашу государственность...

– Конечно-конечно. (Смеется) На самом деле это страшное у нас слово «Госдеп» по сути своей просто означает министерство иностранных дел США. Мне кажется, я даже знаю, зачем оно выдает такие гранты. Все думают – чтобы переманивать перспективных специалистов в США, то есть для организации утечки мозгов из других стран. Однако я полагаю, эта цель вовсе не первостепенна. Как минимум потому, что в программе содержалось требование: после завершения обучения вернуться к себе на родину на два года. И я думаю, это требование было включено туда специально: чтобы человек вернулся домой и в своем кругу распространял позитивный образ Америки. Например, 170 россиян, которые проходили обучение со мной, вернулись в Россию и рассказали, как это круто – учиться в США. У каждого из них дома как минимум по двадцать друзей. Умножь – и получишь несколько тысяч человек, которые, возможно, изменили свое стереотипное представление о США к лучшему. Так что обучение в США – это такая контрпропаганда американского государства. В хорошем смысле слова. Ну и конечно, они все равно рассчитывают, что люди, которые у них учились, захотят к ним вернуться. В общем-то своим примером я это и подтвердил.

– За обучение тебе платить не пришлось, а как насчет других расходов: перелет, проживание, питание?

– Я ничего не платил вообще. Программа покрывала абсолютно все расходы, вплоть до дороги из Саратова в Москву на собеседование, получение визы и так далее. Само собой, оплачивался и авиаперелет в обе стороны. Жил я в университетском общежитии. Там, кстати, это обязательное требование – все новобранцы вуза, независимо от того, американцы они или нет, первый год обязаны жить в общежитии. Проживание подразумевает питание в университетской столовой: тебе выдают карточку, по ней можно питаться два раза в день, три раза в день, есть безлимитный план – в зависимости от того, какой тариф оплатил студент. За меня платила программа, мне выдали безлимитный план. Наверное поэтому, когда я вернулся, обнаружил, что поправился на семь килограммов.

– Американское общежитие чем-то отличается от российского?

– Конечно. Но я бы не сказал, что однозначно в худшую сторону. Везде есть свои плюсы и минусы. В Саратове я жил в общежитии, расположенном на улице Вольской. Оговорюсь, что въехал я туда, когда там уже сделали ремонт. Так что мне, по всей видимости, повезло не застать всех тех ужасов жизни в советских общежитиях, о которых я был наслышан. В чем-то саратовское общежитие было даже лучше, чем вайомингское. Например, в Вайоминге туалет был на этаже, а в Саратове – в каждом блоке, рассчитанном на две комнаты. Еще в Саратове у нас были мини-кухни, на которых можно было что-то приготовить. В США я таких не видел.

Зато в американском общежитии у нас был куратор. Это такой человек, который есть на каждом этаже, обычно – студент старшего года обучения. Он буквально каждый день организовывал нам мероприятия – просмотр фильмов, игры на знакомства между студентами, рассказывал про возможности университета и так далее. В общем, пытался как-то вовлечь нас в социальную жизнь университета.

Еще в американском общежитии чистоту поддерживает специально нанятый человек: он убирается в коридорах, туалетах и т.д. В российском же общежитии эту чистоту обеспечивают сами студенты: у нас был график дежурств. Ну а вообще, если не обращать внимания на мелкие различия, то в принципе и там, и там по большему счету было одинаково комфортно жить.

– Теперь расскажи, как тебя занесло в США во второй раз и кто это оплатил. Неужели накопил сам на гонорары от журналистики?

– Не совсем. Во время моего первого пребывания в США я познакомился с одним профессором. Мне понравилась тема ее исследования и то, как она преподает. В 2014 году я поступил в тот же самый университет Вайоминга, но уже сам по себе. Не все знают, но любой гражданин мира может поступить в университеты США. Условия, конечно, немного разнятся, но возможность есть для всех. Однако следует иметь в виду, что обучение в США везде платное. Чтобы попасть туда обычному студенту из России, нужно либо быть сыном миллионера, либо получить финансирование самого университета.

В вайомингском вузе есть несколько стипендиальных программ, на которые можно подать заявку и пройти отбор на конкурсной основе. Но сначала нужно сдать экзамены, заплатить определенный взнос, поступить, и только потом университет рассмотрит твою заявку на предмет выдачи финансирования. Мне удалось пройти все эти этапы. Естественно, университет дает тебе финансирование не просто так. За это на него придется поработать. Подразумевается работа во время обучения: ведение практических занятий, семинаров, преподавание чего-либо, курирование проектов. Я, например, вел семинары у двух групп студентов по специфике своей учебы – международным отношениям. Помогал профессору в подготовке курсов, участвовал в подготовке и проверке заданий, поддерживал сайт курса.

– А перелет и жилье университет в этот раз тоже оплачивал?

– У меня были кое-какие сбережения, которых хватило на билет и первый месяц проживания. А потом мне начали платить стипендию, которой хватало и на оплату комнаты, и на питание, и на одежду. В принципе, на жизнь хватало вполне. Не приходилось ни голодать, ни дополнительно работать. Впрочем, дополнительно работать у меня бы там и не вышло. По законам США иностранный студент может работать не более 20 часов в неделю, а работа в университете отнимала у меня около 18 часов. На обратный билет мне удалось накопить как раз со стипендии.

– Уровень преподавания в российских и американских вузах отличается?

– Да, причем отличия серьезные. Мне кажется, разнится даже система отбора преподавателей. Во-первых, в СГУ у нас было только 2-3 преподавателя, которые непосредственно имели опыт работы в журналистской сфере. В США же, наоборот, основная масса моих преподавателей когда-то работали в журналистике или сфере коммуникаций. Во-вторых, там идет очень жесткая конкуренция между преподавателями за место в университете. Даже между высококвалифицированными специалистами.

Например, мой научный руководитель, имеющая докторскую степень политических наук из Кембриджа, что уже само по себе очень статусно, искала работу чуть ли не два года. Но даже когда преподавателя берут на работу, сначала ему дают временное место. Чтобы это место стало постоянным, ему нужно хорошо себя зарекомендовать. Например, получить хорошие отзывы от студентов. Все преподаватели каждый семестр получают так называемую «обратную связь» – студенты оценивают их по разным параметрам. Если за два семестра по всем курсам удается получить хорошие отзывы, тогда есть шанс закрепиться. То есть отбор профессоров куда более серьезный. Из этого, как мне кажется, вытекает и другое отличие: преподавание в США по определению не может быть «спустя рукава». Профессора реально стараются давать знания.

– Скажи, а сами студенты часто относятся к учебе «спустя рукава», как это бывает в России?

– Нет, этого им не позволяет сама система. Там нельзя, как в России, не ходить весь семестр на лекции, а потом прийти на экзамен, все ответить и получить «отлично». В США это в принципе невозможно. Хотя там тоже есть экзамены в середине и в конце семестра, но итоговая оценка складывается не только из их результатов. Учитываются и другие работы, включая даже небольшие домашние задания. Например, выполнение всех заданий в течение курса на 90-100 процентов дает оценку, аналогичную нашей пятерке на экзамене.

Скажу честно, даже чтобы выполнить все задания на 70 процентов и получить категорию «C» – аналог нашей тройки, – нужно пахать и пахать. Там, кстати, тройка считается вполне приемлемой оценкой. А для того, чтобы получить пятерку, нужно вообще, как говорят американцы, «порвать себе задницу». Для примера, в СГУ я учился на одни пятерки и не сказать, что сильно при этом напрягался. В университете Вайоминга я работал в разы больше и все равно иногда получал четверки. Скачать или скомпилировать курсовую из интернета, как у нас это часто бывает, в Штатах не получится вообще – это очень жестко карается. Студент, которого уличили в плагиате, получает ноль за задание, а иногда и за весь курс. При повторном нарушении его могут отчислить. Если студент все-таки завалил курс, то должен пройти его еще раз, а для этого нужно еще раз за него заплатить. Это – хорошая финансовая мотивация.

– А коррупция есть? Получить экзамен за взятку можно?

– Как минимум в нашем университете ее не было. Профессора слишком дорожат своей репутацией, чтобы так подставляться. К тому же у самих студентов нет такого понятия «дать взятку», да и возможностей для этого у них тоже в принципе нет. Хотя преподаватели-мужчины рассказывали нам, что некоторые студентки недвусмысленно намекали, что они готовы сделать за хорошую оценку. Но за это тоже можно вылететь. Сами профессора всегда просят оставить дверь открытой, если студент пришел к ним в офис – чтобы потом их не обвинили в сексуальном домогательстве. В Америке этого боятся как огня. Но справедливости ради могу сказать, что и за время учебы в СГУ у меня тоже ни разу не вымогали деньги, и у других наших студентов я тоже такого не видел. Зато был сосед по общежитию, который заочно учился в другом крупном саратовском вузе и честно говорил, что «копит на сессию».

– В университете США действительно бывает так, как показывают в американских фильмах: преподаватель сидит на парте, а вокруг него полукругом собрались студенты, и у них идет какой-то живой диалог?

– Бывает. Бывает так, что идешь по территории университета и видишь: на газоне сидят преподаватель и группа его студентов. Прямо как какой-то древнегреческий философ и его ученики. В американских вузах обстановка вообще всегда непринужденная – это нормально, когда студенты едят и пьют на лекциях или пользуются ноутбуками. Также в порядке вещей прерывать преподавателя, спорить с ним, а когда лекция подходит к концу – шумно собирать вещи и уходить, даже если лектор продолжает говорить.

Если продолжать тему фундаментальных различий, то американское образование более заточено под практику. Теория нам там давалась более поверхностно, чем в России, зато когда мы получали знания, то в тот же день их закрепляли на практических занятиях. У нас вообще почти не было четкого разделения на лекции и семинары: часть занятия отводилось под лекцию, часть – под практику. В совокупности все это, как я считаю, и делает американскую систему высшего образования более эффективной.