Кто там шагает правой? Левой, левой, левой!

Оценить
Кто там шагает правой? Левой, левой, левой!
Востребованы ли в России идеи социализма и коммунизма и ждать ли нам прихода «левых» к власти?

Пока собаки первого вице-премьера Игоря Шувалова на частном самолете путешествуют на выставки, а молодая жена главы «Роснефти» – госкомпании, между прочим, – развлекается на шикарнейшей яхте, названной в ее честь (яхта зовется «Принцесса Ольга»), население России стремительно беднеет. По данным Росстата, количество бедных в нашей стране увеличилось на 3,1 млн человек. Теперь 13,4% всех россиян (а это 19,2 млн человек) живут за чертой бедности. Реальные доходы подавляющего большинства жителей нашей страны продолжают падать, производство сокращается, кризис заставляет затягивать пояса. Мы задумались, не ждет ли нас в ближайшее время ренессанс социализма? При таком перекосе очень просится на язык лозунг «Отнять и поделить!».

Социология на страже

То, что люди тянутся к защитникам среди «левых» партий, когда попадают в тяжелые экономические условия, доказывают результаты социологических опросов. Например, данные опросов «Левада-центра» показывают, что у КПРФ прибавляется поддержки в моменты, когда ухудшается восприятие экономической ситуации. Так было в начале 2016 года. Даже в мае КПРФ значительно обгоняла своих конкурентов из ЛДПР – 21% проголосовали бы за коммунистов и только 14% – за жириновцев. Но летом люди расслабились, и востребованность коммунистов среди населения упала. Данные последнего социологического опроса, которые были опубликованы «Левадой» 2 августа, показали, что на выборах в Госдуму их готовы поддержать всего 10% опрошенных (поддержка «Единой России» тем временем выросла и составила 57%).

Правда, социологи нечасто утруждают себя измерением электорального рейтинга непарламентских партий и движений. Может быть, потому что редкие замеры показывают, что узнаваемость у таких движений все равно мизерная, зачастую не превышает и процента, не говоря уже о поддержке.

Прекариат – новое слово рабочего класса

Когда премьер-министр Дмитрий Медведев говорит учителям, что те, если хотят больших денег, могли бы и в бизнес пойти, и подработку взять, это очень неприятно и даже злит. Но помимо традиционно страдающих «бюджетников» – учителей и врачей, помимо пролетариев – рабочих с заводов, в экономике образовался новый класс, который называют прекариатом (от английского precarious – сомнительный, опасный, негарантированный, нестабильный). Представители прекариата состоят с работодателями в нестабильных трудовых отношениях, которые могут быть расторгнуты в любое время. Люди, живущие непонятно как и работающие непонятно где, без перспектив карьерного роста, не имеющие никаких социальных гарантий и не распоряжающиеся своим свободным временем. Эта сила, в основном наемные работники, – готовая «клиентура» для левых движений.

Вам налево!

Отмена частной собственности, государственное управление в экономике, национализация земли и предприятий, а также идея всеобщего равенства для всех категорий населения, социальных гарантий, бесплатные образование и медицина – это общие постулаты практически для всех движений «левого» крыла. Понятно, что умеренные левые готовы сохранять мелкий бизнес, пытаются попасть во власть в ныне существующей системе. Левые радикалы, напротив, видят приход к власти через революцию и не собираются сохранять существующий строй.

Левых партий и движений в России огромное множество. КПРФ традиционно относят к умеренным левым, хотя судя по тому, что главные коммунисты России собираются оставить частный бизнес (национализируются только сверхдоходные крупные экономические отрасли), существующие институты власти, готовы поддерживать отношения с церковью, они напоминают коммунистов только цветом партийной символики. Многие российские политологи давно определяют их не как коммунистов, а как национал-патриотов.

Умеренными являются также «Коммунисты России» – партия, созданная в 2011 году как спойлер КПРФ.

Радикальными можно считать движение «Трудовая Россия», ВКПБ Нины Андреевой, РКРП, КПСС (Коммунистическая партия социальной справедливости).

Помимо вышеперечисленных в России действуют также всероссийская партия «Союз коммунистов», Российская маоистская партия, Российский объединенный трудовой фронт, Партия мира и единства, а также Комитет за рабочий интернационал (российская секция), Российское социалистическое движение, Объединенная коммунистическая партия, Левый фронт, Революционная рабочая партия, «Автономное действие», и так далее, и так далее. Выбрать есть из чего. Один вопрос – будут ли выбирать.

Игорь СеменовИгорь Семенов, политолог:

СЛЕДУЮЩИМ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ БУДЕТ ПРАВИТЕЛЬСТВО КОММУНИСТОВ

При сокращении бюджета и при необходимости проводить социальную политику в условиях недостатка финансирования логично доверить это представителям КПРФ – они единственные, кто имеет для этого идеологически четкую систему. Собственно, они единственные, кто вообще может что-то выиграть от кризиса. Поэтому вопрос только в том, когда кризис станет настолько силен, что в России придется менять кабинет министров, отступать от либеральной политики. И для нового кабинета министров естественным ресурсом будет КПРФ. Поэтому, как мне кажется, следующее правительство у нас будут частично представлять коммунисты. По крайней мере, министры социального блока точно будут левыми. И премьер будет уж точно не либерал.

То, что всплывают истории с собаками Шувалова и яхтами Сечина, говорит о том, что идет борьба элит. На настроение населения все-таки в большей степени влияет кризис. И настроение населения в ближайшее время – два-три года точно – будет леветь. И этот ресурс будет самым естественным образом аккумулироваться вокруг КПРФ, несмотря на то, что партию сейчас сильно тормозят и она, с точки зрения пиара, сильно законсервирована, электоральной массы она наберет довольно много. Думаю, что даже вернется к уровню поддержки населением, которое было у нее в 90-х годах. А тогда, если помните, это была одна из партий власти: половина губернаторов в России в 90-х были коммунистами.

Что касается левого движения в России как такового, то до тех пор, пока КПРФ не «замажется» присутствием в исполнительной власти, у непарламентских партий коммунистического толка нет никаких шансов. А тогда у непарламентских левых тоже появится реальный шанс влиять на умы – всегда можно будет играть на противопоставлении: те коммунисты ненастоящие, а мы вот настоящие, оппозиционные, мы с народом. Но в любом случае временный приход к власти левых будет контролироваться Путиным, а кончится все тем, что и КПРФ, и левые идеи будут дискредитированы окончательно. И вот куда после этого качнется маятник, вообще никто предсказать не может.

Великой Октябрьской революции ожидать тоже не стоит. Для того, чтобы случилась октябрьская революция, нужна февральская. А для этого надо проиграть вой­ну – когда имидж победителя рухнет, когда непобедимый правитель вдруг станет проигравшим, только тогда все и посыплется. Но пока мы еще не влезли в такую войну, которую реально могли бы проиграть. То, что сейчас происходит, это просто игра мускулами. Мы сильно уступаем в военной мощи, чтобы связываться с серьезным противником.

Дмитрий ОлейникДмитрий Олейник, политолог:

ОДНИМ МАХОМ СОЦИАЛЬНОЕ НЕРАВЕНСТВО НЕ УСТРАНИТЬ

Количество сторонников левых идей при ухудшении уровня жизни растет, но незначительно. Большинство жителей нашей страны понимают, что если «всё поделить», то им конкретно ничего не достанется. Мы помним опыт прежнего передела, когда партийно-хозяйственная номенклатура получила в управление все богатства страны, а люди получили страдания и лишения на этапе этого передела и очень скромный уровень жизни по его итогам.

Сегодня люди живут объективно лучше, чем при советской власти. Другое дело, что большой выбор товаров в магазинах, не все из которых доступны по цене, вызывает некоторое раздражение. Тогда такого не было, на молоко и хлеб хватало, на курицу, советское шампанское и мандарины к праздникам – тоже. Хватает и теперь, но теперь хочется куда большего.

Допустим, левые идеи овладеют более привлекательными лидерами, чем те, кто пытается ассоциироваться с ними сегодня, и победят. В результате сменится партийно-хозяйственная номенклатура, ее первые лица будут вынуждены демонстрировать большую скромность, но суть останется прежней. Так что сторонником левых идей может быть либо тот, кто хочет занять место в этой новой номенклатуре, либо кто верит в сказки.

Сегодняшняя молодежь, желающая делать карьеру, или связывает себя с лояльными и проправительственными молодежными движениями и довольно быстро может воспользоваться этим социальным лифтом, или связывает свое будущее с работой за рубежом – и соответствующим образом двигается.

Старшее поколение вполне устраивает патерналистский настрой нынешнего правительства. Другое дело, что не устраивает объем социальных выплат и зарплат в бюджетной сфере, при этом мало кто думает, что если к власти придут левые, то их пенсии резко вырастут, а зарплата бюджетников станет пределом мечтаний для разных частников или кооператоров, или кто там при красных будет заниматься бизнесом.

Одним махом социальное неравенство не устранить, и попытки сделать это ведут лишь к жертвам. Для этого надо пройти долгий путь, добиться того, чтобы избыточная роскошь вызывала не зависть, а общественное неприятие и порицалась не только частью интеллигенции и маргинальными слоями общества, но и его элитой.

Александр ПантелеевАлександр Пантелеев, политолог:

ПУТИН «ЕСТ ХЛЕБ» ЛЕВЫХ ПАРТИЙ

В современной России левые идеи перспективны. И чем больше разрыв между богатыми и бедными, тем больше они будут востребованы. Их привлекательность растет вместе с ростом цен, вместе с борьбой с коррупцией, которая ведется несколько странными методами: кого-то сажают, а с кем-то поступают так, как с Васильевой и Сердюковым.

В общественном мнении остаются реперные, определяющие точки, которые позволяют относиться к этому с сомнением: вы, ребята, с коррупцией боретесь, но только как-то избирательно – того сдам, этого не сдам.

Уровень доверия к нынешней власти тоже, как мне кажется, не очень высокий. Хотя по последним данным «Левада-центра», к выборам у «Единой России» ожидается поддержка на уровне 57%. Это достаточно высокий уровень, выше, чем у остальных партий, даже вместе взятых. Но все дело в том, что «Единая Россия» просто эксплуатирует левые идеи. И высокий рейтинг правящей партии говорит как раз о том, что левые идеи востребованы. Но одно дело – декларировать их, а другое дело – претворять в жизнь. Между тем, общественному мнению пока вполне хватает этой декларации о намерениях. Ответ на вопрос – почему? – достаточно прост. Пока уровень жизни большинства населения не настолько низкий. Да, население стремительно нищает, но критического уровня нищеты оно пока не достигло. И пока достаточно просто разговоров по телевизору о том, что где-то кого-то посадили, что Путин выступает за справедливость.

В итоге мы имеем такую картину: левые идеи сегодня востребованы, но практически не имеют поддержки действиями – нет борьбы за них, митингов, акций протеста и других событий малоприятных для власти. Всё уходит в разговорный жанр, в свисток.

То, что Медведев говорит об отсутствии денег, советует учителям идти в бизнес, это совсем не говорит о том, что критическая масса накоплена. Медведев – только лишь бледная тень Путина. А Путин ведь не говорит неприятных вещей про отсутствие денег. Ну и плюс Медведев направляет всю протестную энергию на чиновников, министров, правительство. Складывается традиционная для нашей страны ситуация: царь хороший, это бояре плохие.

Путин – фигура сильная, раскрученная. Этот мощный образ поддерживается эффективной пропагандой. Тут ведь не только прямая пропаганда, а еще и вот какой хитрый момент: программы, телевизионные фильмы – хорошие фильмы! – взращивают у населения выученную беспомощность. Протестуй, не протестуй, возмущайся, не возмущайся – все будет так, как будет. Воевать и бороться – бесполезно. Пока фигура Путина сильна, у левых партий очень мало шансов что-то поменять в общественном мнении. Тем более что и сам президент не играет на правом поле – только слева и по центру.

Мы обратились к представителям парламентских и непарламентских «левых» с вопросами:

1. Опишите коротко программу своей партии/движения.

2. Насколько востребованы сегодня в России «левые» идеи?

3. Это как-то ощущается? Например, в поддержке населения, растущем количестве членов партий или движений?

4. Нет ли ощущения, что сейчас – на фоне кризиса, а также скандалов с яхтами Сечина и собаками Шувалова – как раз тот самый момент, когда власть надо просто подобрать?

Сергей ВилковСергей Вилков, журналист, левый активист, «Российское социалистическое движение»:

НАСЕЛЕНИЕ РОССИИ «ЛЕВОЕ», НО С ТОЛСТЫМ НАЛЕТОМ КОНСЕРВАТИЗМА

1. Мы ставим целью создание на базе независимых профсоюзов, социальных движений и активистских сообществ рабочей партии. Задачей такой партии стало бы преобразование существующей политической системы и отношений собственности в интересах класса наемных работников: современный пролетариат – это отнюдь не только заводские рабочие, но и, к примеру, программисты, работники сферы услуг. Для РСД характерна платформа радикально-демократического социализма, антисталинизма.

2. Левые идеи в России востребованы всегда. Проблема в том, что люди сами не всегда понимают, насколько они левые. Кстати, лозунг «Отнять и поделить!» хорош и в какой-то степени выражает часть левой программы. Вот только для капитализма этот лозунг куда более применим. Рынок – это территория беспрестанного передела. Бизнес регулярно разоряет либо поглощает младших собратьев. А главное, основанная на частной собственности экономика – это не более чем распределение неоплаченного продукта, произведенного наемными работниками, по сути изъятого у них – прибавочной стоимости.

Поэтому, на мой взгляд, было бы неплохо отнять у «них» заводы-газеты-пароходы и сделать общими, чтобы не только заставить экономику работать во благо всех, но и заложить фундамент реального, а не декларативного народовластия. Эта точка зрения в нашей стране более чем популярна.

3. Фактическая вовлеченность людей в левое движение в современной России довольно низка. Тому причиной еще и общее разочарование в социалистическом проекте, оставшееся после краха СССР. Но эффект этот постепенно сходит на нет. Население России было и остается стихийно очень левым, пусть и с толстым налетом консерватизма. Как этот конфликт разрешается, мы знаем по опыту 1917 года, когда вроде бы закостенелые массы Российской Империи в одночасье пробудились ото сна. Малоизвестная организация большевиков совершенно неожиданно стала главной политической силой.

4. Интересы нынешней власти противоположны интересам большинства. Кремль удерживает власть не репрессиями, а куском хлеба и телевизором, плюс безальтернативностью, которая поддерживается искусственно. Но мы не можем знать реальных пределов этих резервов. Нельзя исключить, что разразится внезапный экономический и политический кризис, при котором поддержка правящей партии растает как дым. Тот, кто в этой ситуации «подберет власть», отнюдь не застрахован от гражданской войны. Какая из политических сил реально готова заварить эту кашу – вопрос открытый.

Ольга АлимоваОльга Алимова, депутат Государственной думы, партия КПРФ:

МЫ ВЫСТУПАЕМ ЗА СОЦИАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО

1. Мы, наверное, единственная парламентская партия, которая пропагандирует совершенно другие приоритеты. Во-первых, мы выступаем за деприватизацию незаконно захваченных отраслей экономики – это нефть, газ, драгметаллы, железнодорожное сообщение, электроэнергетика, машиностроение, алкоголь и табачка. Это те отрасли, которые дают основную долю доходов в бюджет государства.

Мы выступаем за индустриализацию промышленности и перерабатывающего сектора, финансирование науки, высоких технологий. Сельское хозяйство, с нашей точки зрения, должно стать стратегической отраслью. Можно сидеть с бомбами и ракетами, но если в плане продовольствия мы будем зависеть от всего остального мира, то кому эти ракеты будут нужны? Также мы выступаем за государственный контроль над ценами на предметы первой необходимости.

Когда мы придем к власти, никакие собаки на частных самолетах у нас летать не будут. Те, кто собак возят и золотые унитазы под каждой кроватью ставят, они же живут за счет тех сфер, которые КПРФ обязательно деприватизирует. У них после этого денег не останется и на зубы вставные, которые им понадобятся, когда народ им их выбьет. Это же немыслимо, чтобы один процент населения владел 99% всех богатств страны.

Мы выступаем за социальное государство – за социальные гарантии, за достойный прожиточный минимум, за трудовые визы для мигрантов и за возрождение традиционных ценностей.

2. Сейчас левые идеи получают довольно широкую поддержку. Страшилки про то, что придут, дескать, и все отнимут, уже мало кого пугают. Люди видят, что реально отнимают те, кто изо всех сил пытается не допустить коммунистов во власть.

Я проводила социологический опрос по Саратовской области, чтобы выявить наиболее серьезные проблемы, с которыми люди сталкиваются. На первом месте, конечно, сфера ЖКХ – капитальный ремонт, оплата общедомовых нужд по коммунальным услугам. По этому показателю мы далеко опережаем другие регионы России. На втором месте – дороги, точнее, их отсутствие. Транспортная доступность в селах. Там люди просто криком кричат: «Не можем ни приехать, ни уехать, отняли последний автобус или электричку...»

Третье – это отсутствие работы. Четвертая проблема – это отсутствие в селах питьевой воды. Ну и тарифы, конечно, просто запредельные.

На таком фоне рост левых настроений просто неизбежен.

3. В Саратовской области стать членом компартии – опасно для жизни. У меня есть реальные примеры, когда человека ставили перед выбором – если ты поддерживаешь КПРФ, то лишаешься работы, права членов твоей семьи будут ущемляться и так далее, и тому подобное.

Но в целом у нас все-таки достаточно мощная народная поддержка – это видно и по встречам с избирателями, и на тех избирательных участках, где результаты выборов не фальсифицируются. КПРФ и «Единая Россия» идут «ноздря в ноздрю» – 35% на 38%, или 36% на 40%. А вовсе не 5%, как нам дают по Саратовской области.

Антон МорванАнтон Морван, журналист, левый активист, Российская маоистская партия:

СЕЙЧАС ВРЕМЯ ДЛЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ

1. Мы ориентируемся на классический марксизм, ленинизм, а также идеи Мао и его последователей. В самых общих чертах, наша цель – построение социалистического общества через власть трудящихся, равный доступ к национальным благам всех слоев общества. Мы поддерживаем рабочих-мигрантов и их легализацию, выступаем против национализма и фашизма всех видов, против патриархата и «традиционных ценностей», за общество, базирующееся на передовых научных достижениях и прямой демократии в интересах всех его членов.

2. Левые идеи – идеи справедливости и равенства – востребованы уже сегодня, яркий пример чему – существенный всплеск в 2014-2015 годах рабочих протестов и забастовок. Но пока это капля в море. Социальный заказ на социалистическую перспективу будет, как мне кажется, возрастать по мере поступательного банкротства политики путинского режима, который имеет все меньше возможностей для манипулирования населением за счет «подкормки» частью сырьевой ренты (внушительной для среднестатистического россиянина и ничтожной для члена кооператива «Озеро»).

С обострением кризисных явлений в мировой экономике и их усугублением в России за счет агрессивной политики Кремля последнему не остается ничего кроме как разыгрывать правую карту. Фигурально выражаясь, урезать социальные расходы (что уже происходит), прибегать к разыгрыванию шовинистической карты, навязыванию мифа, что «кругом одни враги». Верхние эшелоны власти могут активизировать ультраправые проекты типа НОД, «Антимайдана» и прочих полуофициальных маргиналов. При определенных условиях вышедшие из-под контроля правые радикалы-охранители могут стать заменителем «сидящих на двух креслах» центристов. Выражаясь словами Стругацких, «там, где торжествует серость, к власти всегда приходят черные». «Черные» – в смысле представители самой отвратительной реакции, а не, упаси боже, цвета кожи (так-то мы все негры этого мира).

3. Я пока не ощущаю массового подъема. Недовольство растет медленно, по мере того, как путинский режим затягивает пояса на шее населения. Я не исключаю, что рост левых настроений в обществе будет скачкообразным и стихийным, когда режим не сможет удерживать ситуацию в свою пользу и пустит в ход как экономические удавки, так и политические (поправки Яровой, карательные нововведения и т.д.).

4. Увы, пока верхи еще могут, а низы – хотят. Реакция не сломлена под натиском массового недовольства, поэтому сейчас время для рефлексии, написания манифестов и политического просвещения.

Налево не хотим

Саратовцы об идеях коммунизма

Мы обратились к горожанам с вопросами: привлекают ли вас левые идеи: равенство для всех, государственное управление экономикой, отмена частной собственности, социальное государство, бесплатная медицина и образование для всех? И почему?

Наталья Витальевна, 59 лет:

ДОЛЖЕН БЫТЬ ВЫБОР

Частная собственность обязательно нужна. Если ты хочешь как-то строить свою жизнь, у тебя должна быть точка отсчета, возможность выбора. Возможность получить бесплатное образование и бесплатную медицинскую помощь должна быть у всех. Но без альтернативы все равно плохо – если у человека есть возможность учиться за деньги и он не против их заплатить, то почему бы и нет.

Конечно, ресурсы должны быть государственными – газ, нефть, золото. И доход от их продажи должен распределяться равномерно между населением. В Арабских Эмиратах – мы с внучкой часто смотрим программы про путешествия – вся нефть государственная. А частный бизнес, мелкие производства должны остаться. Вообще у человека всегда должен быть выбор – работать на кого-то или заниматься своим бизнесом.

Единственное, чего бы мне точно хотелось, так это равенства перед законом и частников, и государственников. И чтобы была какая-то грамотная тарифная политика – чтобы частники не ломили дикие цены. И тарифообразование государство тоже должно контролировать как-то.

Александр, 24 года:

АБСОЛЮТНОЕ РАВЕНСТВО НЕВОЗМОЖНО

Меня эти идеи не привлекают, так как абсолютное равенство не может быть в человеческом обществе, где у каждого свой потолок возможностей и умений. Хотя и бесплатная медицина и образование для всех – это дело хорошее (тут и обсуждать нечего). Вроде бы и в сегодняшней России это тоже бесплатно, на словах, а на деле последние штаны снимают.

А вот с экономикой нужно найти компромисс, я думаю, есть неплохой пример в виде нашего соседа и «союзника» Китая. Китай переориентировался от закрытой, центрально-плановой системы до экономики более ориентированной на рынок, до чего СССР не дошел и благополучно развалился.

Анастасия, 24 года:

В СССР БЫЛО НОРМ

Я полностью поддерживаю эти идеи. И считаю единственно верной формой организации государства. Почему? Ну, так в СССР же было норм.

Ирина, 43 года:

В СЕВЕРНОЙ КОРЕЕ ЖИТЬ ПРЕДЛАГАЕТЕ?

Не знаю, как я к этому отношусь. Это типа как в Северной Корее жить? Я сейчас вообще не чувствую никакой вовлеченности, одна усталость от всех этих новостей политических.

Екатерина, 33 года:

ЭТИ ИДЕИ МАЛО СОВМЕСТИМЫ С ЖИЗНЬЮ

Наше государство это уже все проходило. Чем закончилось, знаем. Разбитыми иллюзиями и нефтяной иглой. В самих идеях, конечно, ничего плохого нет, но они мало совместимы с жизнью. Особенно в современном мире. Уравниловка во всех сферах все равно не работает. Даже в СССР одни были «равнее» других. Одни привозили из ГДР магнитофоны, другие знали, кому их тихо продать, а третьи – где достать. Остальным вообще были неведомы все эти заморские радости. Так что это утопия, а тем более утопия – верить тем нашим соотечественникам, кто озвучивает эти идеи, расхаживая в ботинках из крокодиловой кожи.