Певец угроз в кольце врагов

Оценить
Какие, собственно, выводы следуют из статьи главы Следственного комитета?

Но кто сей рьяный великан,
Сей витязь полуночи?
Василий Жуковский
«Певец во стане русских воинов»

Спустя четыре дня после прямой линии президента Путина председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин выступил со статьей «Пора поставить действенный заслон информационной войне». Надо сказать, что в части общества статья главного следователя страны вызвала самый настоящий шок. И вот на фоне этого шока стали незаметны некоторые детали бастрыкинского выступления, которые заставляют в ином свете видеть грозные речи.

Детали, в которых кроется многое

Давайте сначала поговорим об этих деталях, а потом уже о сути статьи Александра Бастрыкина. Странно, что никто из обозревателей не вспомнил еще одно яркое, идеологически направленное выступление начальника силового ведомства, а именно октябрьскую 2007 года статью Виктора Черкесова, на ту пору главы ФСКН, о внутривидовой борьбе силовиков. Ту самую статью, которая явила обществу термин «чекистский крюк». Писал Черкесов так: «Падая в бездну, постсоветское общество уцепилось за этот самый «чекистский» крюк. И повисло на нем. А кому-то хотелось, чтобы оно ударилось о дно и разбилось вдребезги. И те, кто этого ждал, страшно обиделись. И стали возмущаться, говоря о скверных свойствах «чекистского» крюка, на котором удержалось общество». Но прямота борца с наркотиками не понравилась Владимиру Путину, и весьма скоро певец «чекистского крюка» был отправлен в отставку. Бастрыкин о чекистах прямо не пишет, возможно, по той причине, что сам он не из их числа, а долгое время был профессиональным комсомольским работником.

Еще деталь. Статья видного деятеля нынешней эпохи, а Бастрыкин явно ощущает себя больше руководителем силового ведомства, опубликована в журнале «Коммерсантъ-Власть», а не, скажем, в «Российской газете». По общему мнению, публикация не в официозе, а в независимом журнале должна была придать статье некоторый оттенок дискуссионности, автору не хотелось, чтобы его текст воспринимался как официальный. В случае публикации в «Российской газете» так бы оно и было.

И почему-то никто не вспомнил анекдотическую историю со статьей официального спикера СК Владимира Маркина «Судьба России, или Тайный Тысячелетний План». Анекдот не только в том, что статья была опубликована 1 апреля. Но в и том, что появилась лишь (!) на сайте газеты «Вечерний Челябинск», потом исчезла, потом снова появилась. Утверждают, что «Тайный тысячелетний план» можно отыскать на сайте Следственного комитета, но и там текста нет. А по содержанию статья Маркина никакой не анекдот, всё та же информационная война, которую ведут против нас США, и о том, что эта война обречена на провал, по той причине, что «невозможность заразить наших людей нелюбовью к людям, к соседям, разжечь военный психоз или националистический угар».

Ну да, никакого националистического угара в нашей стране нет, никто не собирается опять идти на Берлин, все русские любят своих соседей, особенно украинцев. Если же кто думает и поступает иначе, это опять враждебные происки.

И встал трубач в дыму и пламени

Итак, что же хотел поведать миру Александр Николаевич Бастрыкин. В его статье две основные, часто пересекающиеся между собой темы. Одна – религиозный экстремизм. Мы, не будучи специалистами, не станем ее касаться. Тема вторая – война против России и меры противостояния агрессору. «Последнее десятилетие Россия, да и ряд других стран, живет в условиях так называемой гибридной войны, развязанной США и их союзниками. Эта война ведется по разным направлениям – политическому, экономическому, информационному, а также правовому. Причем в последние годы она перешла в качественно новую фазу открытого противостояния.

Основными элементами экономического воздействия стали торговые и финансовые санкции, демпинговые войны на рынке углеводородов, а также валютные войны».

Портал «Медуза» сразу вслед за появлением статьи Бастрыкина привел пять наиболее значительных фрагментов и тут же указал на недостоверность тезисов председателя СК. Например, «демпинговые войны на рынке углеводородов» затеяли вовсе не Соединенные Штаты. Большинство аналитиков обвиняют в этом Саудовскую Аравию, которая ставила перед собой сразу две цели – действительно потеснить Россию на нефтяном рынке, а также уронить американский рынок сланцевой нефти.

Но г-на Бастрыкина не интересуют такие экономические детали, он продолжает свою священную войну против США. Так, например, в развале СССР тоже виноваты американцы. «Подрыв идеологического фундамента СССР, в основу которого был положен принцип братства народов, также был инициирован извне и строился на приемах национальной розни... Помимо этого, подрыв государственности вёлся и посредством антисоветской агитации и финансирования политической оппозиции в Латвии, Литве, Эстонии, Грузии и других странах». Тоже можно поспорить: подрыв идеологического фундамента СССР был в том числе вызван недостижимостью построения коммунизма и заменой светлого будущего на разные симулякры типа развитого социализма. И, конечно же, в этом случае среди причин необходимо назвать неэффективность советской экономики, практически полностью работавшей на войну. Но господин председатель избегает нюансов – он зовет на бой.

«Представляется, что пора поставить действенный заслон этой информационной войне. Нужен жесткий, адекватный и симметричный ответ. Особенно это актуально в условиях предстоящих выборов и возможных рисков активизации дестабилизирующих политическую обстановку сил. Хватит уже играть в лжедемократию, следуя псевдолиберальным ценностям».

Итак, по Бастрыкину, кругом война, и от нее некуда спрятаться. Надо бороться. Но как? Александр Бастрыкин предлагает ряд действенных, по его мнению, рецептов. Хотя, по сути, ничего нового он не предлагает – все эти меры или вытащены из сундуков идеологического отдела ЦК КПСС, или почерпнуты у других, далеко не демократических стран. И, конечно, усиление репрессий – ну как же иначе.

Плюс борьба с интернетом. Куда же без этого?

«Крайне важно создание концепции идеологической политики государства. Базовым ее элементом могла бы стать национальная идея, которая по-настоящему сплотила бы единый многонациональный российский народ». Или прощай Конституция Российской Федерации, где в статье 13 написано о запрете на введение государственной идеологии и об идеологическом многообразии. Но о разработке и принятии новой Конституции Бастрыкин пока ничего не пишет. А жаль, хотелось бы посмотреть на проект основного закона страны от Следственного комитета. Там, наверное, и несменяемость власти будет прописана, и запреты на митинги, и отмена свободы слова, и многие другие явления, которые по факту уже имеют место в современной России.

Понятно, что никакая борьба за нашу суверенность и сакральность невозможна без объявления священной войны интернету. «В предлагаемой концепции представляется целесообразным определиться и с пределами цензурирования в России глобальной сети Интернет, так как эта проблема в настоящее время вызывает острые дискуссии в свете активизации защитников прав на свободу получения и распространения информации. Интересен в этом плане опыт зарубежных государств, противостоящих США и их союзникам». Таковым государством назван Китай, и «представляется, что в разумной мере этот опыт вполне мог бы быть взят на вооружение в России». И, конечно, нелишне заметить, что «пределы цензурирования», равно как и само цензурирование, прямо противоречит ныне действующей Конституции РФ, ее 29-й статье. Но уже многое делается. Вот Бастрыкин пишет о необходимости «в общественных местах доступа во Всемирную паутину (библиотеки, школы, другие учебные заведения) установить фильтры, ограничивающие доступ к сайтам, содержащим экстремистские материалы». Не иначе как глава СК изучил опыт борьбы саратовской прокуратуры с Wi-Fi.

И как вишенка на торте – предложение по Крыму. (Депутат Яровая рвет на себе волосы от зависти, что не она это придумала.)

«С учетом изложенного представляется необходимым дополнить содержащееся в федеральном законе «О противодействии экстремистской деятельности» понятие экстремистской деятельности (экстремизма) таким проявлением, как отрицание итогов всенародного референдума». Имеется в виду крымский референдум. Даже благонамеренная «Газета.Ру» предположила, что при таких методах борьбы с экстремизмом «полстраны увидит небо в клеточку».

Что это было?

Понятно, что статья не последнего человека в российской элите вызвала широкий резонанс. (Но только среди тех, кто читает журнал «Коммерсантъ-Власть» и погружен в интернет.) Чаще всего встречается мнение, что это манифест реакционной части российской верхушки. У нас так повелось, что реакционно мыслящие политики либо силовики, как, например, Николай Патрушев и тот же Бастрыкин, что вполне объяснимо, либо деятели культурного фронта, как Мединский или Михалков.

Но были и другие мнения. Политик Алексей Навальный вообще не увидел ни грана смысла в статье Бастрыкина, а свой комментарий снабдил афористичным заголовком «Цензуру как в Китае они хотят, а расстрелов за коррупцию как в Китае – почему-то нет».

После горячки первого возмущения и отрицания стали появляться более взвешенные комментарии. Политолог Екатерина Шульман: «Что надо знать о публичных выступлениях российских чиновников, дабы понимать их смысл? Первое: от хорошей жизни никто программных статей в прессе не пишет. Президенты Путин и Медведев, а также премьеры Путин и Медведев делают это в предвыборный период, когда от них ждут собственно программ и ориентиров на будущее. Остальные чиновники дают интервью государственным СМИ – это жанр отчета об успехах и перспективах преодоления временных трудностей, материал рекламного характера. Также большому начальнику прилично выступать с докладом на коллегии своего собственного министерства или службы, а потом уж СМИ разнесут его слово по миру. Однако уже по первоначальной реакции комментирующих и читающих СК-манифест стало заметно, что процент напуганных перспективой отключения интернета в рамках гибридной войны с Америкой сильно уступает числу циничных наблюдателей, вычитавших в статье знаки борьбы силовых кланов. И второе, что могли увидеть опытные читатели: у автора на этом фронте явно не самые выдающиеся позиции». И действительно, в конфигурации силовых ведомств наметились изменения. На сцену выходит сильный игрок – Росгвардия и ее командир Виктор Золотов. Может, это стало причиной того, что Бастрыкин поспешил заявить о себе как о верном слуге престола?

Журналист Леонид Бершидский считает, что в определенном смысле эта статья может стать тестом для Путина. Президент России «может использовать возможность еще раз заявить, что он привержен демократии и относительной свободе в основном неподцензурного интернета. Некоторые из его людей настолько бескомпромиссны, что рядом с ними он может выглядеть великодушным». По сути, так оно и вышло, но об этом несколько позже.

Статься Бастрыкина, направленная на дальнейшее усиление бдительности и строгости, привела к неожиданным выводам президента екатеринбургского Института развития и модернизации общественных связей Федора Крашенникова. Позволю привести обширную цитату: «Какая же она, Россия Бастрыкина? Прежде всего, это страна, стоящая на пороге развала и падения. Всё настолько плохо, что спасти ее могут только чрезвычайные меры, в изобилии предлагаемые в конце статьи. Если судить только по тексту, то может показаться, что вражеские «гибридные» армии уже буквально стоят под Москвой, в тылу «пятая колонна» взрывает последний мост, и спасти Отечество могут только чудо и Бастрыкин.

Уязвимость России Бастрыкина вполне понятна и ничуть не удивительна. Ведь, судя по статье главы СК РФ, ей очень не повезло с населением. Россия Бастрыкина населена двумя категориями граждан: первые – легковерные и склонные к неадекватной реакции на самые банальные вещи, вторые – беспринципные негодяи, готовые за деньги завербоваться в любую разведку, экстремистскую или террористическую организацию.

Судя по тексту Бастрыкина, в верхних эшелонах власти от будущего и от граждан России не ждут ничего хорошего и откровенно готовятся к беспощадной борьбе с любыми посягательствами на свое право оставаться у власти. Глава СК недвусмысленно предупреждает: в какие бы бездны ни катилась экономика России, какие бы бедствия ни обрушивались на головы ее граждан, любое недовольство властью априорно будет трактоваться ею как следствие активности западных спецслужб, экстремизм и терроризм...»

Но как бы то ни было, решения – изменять Конституцию де-юре, усиливать цензуру, ввести статью за отрицание референдума – принимает не Бастрыкин, а другой человек, с которым Александр Николаевич учился в одной группе юрфака ЛГУ. Это Владимир Путин. Сам президент не посчитал нужным откликнуться на творчество своего однокурсника, традиционно поручив сделать это пресс-секретарю Дмитрию Пескову. Не знаю, кто как, но я не увидел в коротком ответе Пескова уважения к трудам главы СК. «Нет, мы не показывали публикацию – у президента был вчера настолько сложный и насыщенный рабочий день». То есть Владимир Путин статью не видел, а сам Песков не счел нужным говорить о ней президенту.

P. S. А потом Бастрыкин весьма неожиданно встретился с Борисом Гребенщиковым – поговорить о благотворительности. Представляется, обществу послан сигнал: не такой уж и реакционер Александр Николаевич, а вполне толерантный человек, с БГ чай пьет.