Расплата за оборону

Оценить
Расплата за оборону
«СЭЗ имени Серго Орджоникидзе», выполняющему гособоронзаказ, в полтора раза повысили энерготариф

Публичные акционерные общества ПАО «Саратов­энерго» и ПАО «МРСК Волги», перерегистрировав одно здание, смогли в одностороннем порядке повысить энерготариф для целого ряда саратовских предприятий, в том числе – открытому акционерному обществу «Саратовский электроприборостроительный завод имени Серго Орджоникидзе». Теперь предприятие, выпускающее приборы для военной авиации России, будет платить существенно больше за тот же самый объём потребляемой энергии. При этом компенсировать возросшие расходы оборонному предприятию придётся из собственной прибыли – изменять цены на продукцию завод не имеет права.

Так называемый фидерный пункт, а по сути, это распределительное устройство, входящее в состав трансформаторной подстанции, по назначению может быть сравнен с бытовым удлинителем, который есть почти в каждом доме. Так же как к розетке через удлинитель подключают сразу несколько устройств, так и к трансформатору через распределительное устройство подключается сразу несколько сетей.

«С момента постройки здания фидерного пункта, а это 1948 год, оно входило в состав электросетевого комплекса ПС «Ленинская 110/35/10 кВ», – пояснила «Газете недели» адвокат Елена Сергун со ссылкой на материалы судебного разбирательства. – Но в 2008 году ПАО «МРСК Волги» произвольно зарегистрировало здание фидерного пункта в качестве самостоятельного объекта недвижимости и объявило фидерный пункт самостоятельным объектом. При этом по факту ничего не изменилось: распределительное устройство осталось на прежнем месте, подстанция – та же, не поменялся и договор на поставку электроэнергии. Однако в 2015 году формальные тонкости дали энергетикам возможность изменить энерготариф для ОАО «СЭЗ имени Серго Орджоникидзе» с категории ВН на СН-2. Электричество стало дороже в полтора раза, при этом уровень его потребления остался прежним».

Как считают представители завода, такое нововведение просто не вписывается в действующее законодательство. «В федеральном законе № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» чётко прописано, что объектом энергетики является оборудование для передачи энергии, – объясняет главный инженер завода Роман Козинский. – То есть сама недвижимость таким объектом быть не может». Как считает Козинский, «в данном случае энергетики намеренно путают понятия: «объект электросетевого хозяйства» подменяется на «объект недвижимости». После чего принимается решение, что данный объект недвижимости является отдельным объектом сетевого хозяйства. Это и позволило изменить тариф для предприятия. Здание фидера было искусственно выделено из общего комплекса – вероятно, умышленно. Оно даже получило тот же адрес, но другим литером, хотя физически находится на другой стороне улицы».

Причину, по которой энергетики пошли на такой шаг, на заводе понимают вполне однозначно. «В условиях кризиса ПАО «Саратовэнерго» и ПАО «МРСК Волги», очевидно, решили пополнить свои доходы за счёт немногочисленных производственных предприятий Саратовской области, – поясняет директор завода Дмитрий Ханенко. – В том числе ОАО «СЭЗ имени Серго Орджоникидзе», которое выполняет серьёзный гособоронзаказ. За счёт произвольного перехода тарифа только одно наше предприятие должно дать энергокомпаниям дополнительный доход в сумме порядка 7 млн в год. При этом завод всегда являлся добросовестным плательщиком и не имел перед ПАО «Саратовэнерго» никаких задолженностей. В то же самое время и ПАО «Саратовэнерго», и ПАО «МРСК Волги», по сути, монополисты. У завода попросту нет возможности перейти к другому поставщику, отсутствует выбор».

«Просто переоформив бумаги, энергокомпании стали получать больше денег. Беспроигрышный вариант, – резюмирует Козинский. – Они аргументируют свои претензии проведенной модернизацией, а именно прокладкой дополнительного фидера. Однако на самом деле был просто проложен дополнительный кабель к уже связывающим подстанцию и распределительное устройство нескольким кабелям. Фактически это обычные ремонтные работы, настоящая же модернизация заключается, например, в приобретении нового качества объектом».

Доля выручки от реализации продукции, поставляемой в рамках гособоронзаказа, составляет около 90 процентов – это приборы для нужд военной авиации. Также завод изготавливает оборудование и для гражданской авиации. Всё это делает саратовское предприятие важным звеном в российской приборостроительной отрасли. «В авиации есть такая особенность, – объясняет Козинский, – закрепление определенного прибора за конкретным производителем. Например, подшипник на автомобиль можно заказать у нескольких разных изготовителей, в том числе за рубежом. С авиаприборами сложнее. У конкретного прибора есть свой разработчик и свой завод-изготовитель. И кроме него никто больше не имеет права этот прибор производить. Можно считать, что в этой отрасли каждое предприятие по-своему уникально. Кроме того, наш завод – одно из немногих пока ещё эффективных производственных предприятий в Саратовской области».

Как считает руководство завода, произвольное увеличение тарифа ставит под угрозу не только выполнение гособоронзаказа, но и финансовое состояние предприятия. Ведь компенсировать расходы за счёт повышения цен на продукцию в ближайшее время у завода не получится. «Большинство наших контрактов долгосрочные, – объясняет Козинский, – на три, пять лет. Кроме того, цена на нашу продукцию по гособоронзаказу четко регулируется государством, и её изменение учитывает только инфляционные процессы и не предполагает включение в них такого объема дополнительных затрат. Очень жёсткая экономика». Поэтому платить разницу в тарифах заводу пока придётся из собственной прибыли. «Фактически сейчас мы просто лишаемся куска своей доходной части, – поясняет Ханенко. – При этом нужно понимать, что приборостроение в России, к сожалению, малоприбыльный бизнес».

На данный момент предприятие инициировало судебное разбирательство. До разрешения ситуации руководством принято решение продолжать платить за электроэнергию, но по прежнему тарифу.