«Ни одного дурного слова...»

Оценить
«Ни одного дурного слова...»
Все подробности связей Михаила Булгакова с Саратовом лишь фон главного – первой любви писателя

Недавно на здании бывшей казённой палаты (ул. Сакко и Ванцетти, 55) появилась мемориальная доска в память о писателе Михаиле Афанасьевиче Булгакове. Так завершились долгие разговоры о необходимости тем или иным способом зафиксировать в городском ландшафте связи Мастера с Саратовом.

О том, что Булгаков не раз бывал в нашем городе, саратовцы узнали из опубликованных в 1981 году в «Литературной газете» записей воспоминаний Татьяны Кисельгоф, сделанных известной исследовательницей творчества Михаила Булгакова Мариэттой Чудаковой. Предваряя публикацию, Чудакова писала: «Я имела радость познакомиться с первой женой М. А. Булгакова Татьяной Николаевной Кисельгоф (урождённой Лаппа), человеком редкого душевного обаяния».

Первая встреча Таси (так звали её все близкие) Лаппа с выпускником первой киевской гимназии Мишей Булгаковым случилась в Киеве. Саратовская гимназистка приехала туда на летние каникулы к тёте, которая и познакомила племянницу с сыном своей подруги Варвары Михайловны Булгаковой, чтобы тот показал гостье город. «Гуляли почти всё время одни, – вспоминала Татьяна Николаевна, – были в Киево-Печерской лавре. Потом переписывались. Я должна была приехать на Рождество, но родители не пустили почему-то».

Снова в Киеве Татьяна гостила уже по окончании гимназии в августе-сентябре 1911 года. Потом на Рождество в Саратов приезжал Михаил, теперь уже студентом медицинского факультета Киевского университета. Приехал он и на летние каникулы следующего года, а назад в Киев вернулся вместе с Татьяной. И хотя Варвара Михайловна твердила «Не женитесь, ему рано», в апреле 1913 года молодые обвенчались в киевской церкви Николая Доброго, стоявшей в конце легендарного Андреевского спуска.

На лето следующего года Михаил и Татьяна Булгаковы решили отправиться отдыхать в Саратов. Здесь их застало известие о начале Первой мировой войны. По губернии в зданиях, занимаемых учреждениями, стали выделять помещения под лазареты. Одними из первых организовали лазарет служащие Саратовской казённой палаты, управлял которой Николай Николаевич Лаппа – отец Татьяны. Для раненых установили 20 кроватей в двух светлых комнатах на первом этаже.

Тогда в России высшие чиновники, как правило, имели служебные квартиры в здании того учреждения, где служили. Семья Лаппа жила в здании казённой палаты, и когда там разместили раненых, супруга управляющего Евгения Викторовна, которую дочь Татьяна называет главным организатором лазарета, постоянно занималась решением всех возникавших вопросов. Участвовала в этом и Татьяна, и студент-медик «Миша поработал там». Наверно, приобретённый в Саратове опыт пригодился потом Булгакову в Киевском и других госпиталях, где пришлось ему служить.

В начале 1917 года Михаилу Булгакову, в то время уже земскому доктору, заведующему Никольской больницей в Сычёвском уезде Смоленской губернии, дали отпуск. И они с Татьяной вновь приехали в Саратов. Этот приезд своеобразно запечатлён в документах, обнаруженных в государственном архиве Саратовской области кандидатом исторических наук Иваном Плешаковым. На саратовском вокзале у Булгакова украли чемодан и картонку, о чём с его слов дежурный милиционер составил заявление о пропаже. Тут же поймали вора – солдата 4-го гренадёрского полка. Всё случилось 17 марта. Булгаков подписал заявление, сообщив, что в Саратове рассчитывает быть до 10 апреля.

В конце того же года Булгаков посетил наш город последний раз. Это установил краевед Владислав Кац, отметивший в письме Михаила Афанасьевича сестре Наде от 31 декабря 1917 года такие строки: «Недавно в поездке в Москву и Саратов мне пришлось видеть воочию то, что больше я не хотел бы видеть. Я увидел, как толпы бьют стёкла в поездах, видел, как бьют людей <...>».

Таковы основные факты, свидетельствующие о связях Булгакова с Саратовом. На эту тему немало писалось и говорилось. Добавлялись сведения о карьере Н. Н. Лаппа, его роли в постройке здания казённой палаты, ставшего ныне памятником истории и архитектуры, о находившемся здесь лазарете и так далее. Но все добавления лишь фон главной сути – первой любви Михаила Булгакова и Таси Лаппа. Третья жена писателя Елена Сергеевна, которой суждено было стать его вдовой, вспоминала, что Михаил Афанасьевич «никогда не сказал о Тасе ни одного дурного слова» и что «умирающий Булгаков послал свою младшую сестру Лелю за Татьяной Николаевной – он хотел попросить у неё перед смертью прощения. Но Татьяны Николаевны уже не было в Москве».