Щенячья мечта о человеке

Оценить
Щенячья мечта о человеке
В приюте собак сытно кормят, но каждая из них надеется найти хозяина

Приют для бездомных животных находится на самой окраине Саратова возле нефтеперерабатывающего завода. Жилых домов в округе не осталось – бараки с коммунальными квартирами снесли, на пустырях в зарослях молодых ясеней торчат обломки стен, на которых еще висят обои. Дорогу спросить не у кого, но и потеряться сложно: нужный поворот можно определить по лаю постояльцев. Общество защиты животных пригласило добровольных помощников и журналистов на день открытых дверей.

Территория огорожена забором из железобетонных плит. У калитки вывешено объявление с аршинными буквами: «Свободных мест в приюте нет. Прием животных проводится по предварительной записи». Несмотря на предупреждение, щенков и больных собак к воротам подбрасывают нередко. «Вот наша великолепная четверка, – создатель приюта Людмила Бочкарева показывает на обитателей первого вольера. – Год назад их подкинули, еще слепые были, из пипетки выкармливали, а теперь вот какие вымахали». Крупные, упитанные собаки-подростки прыгают за сеткой, пытаясь перескочить двухметровое ограждение. Подросшие полканы, ждущие хозяев, вполне подойдут для охраны частного дома или производственного объекта.

Мемуары Белки

Во дворе без привязи гуляют местные старожилы, заслужившие особое доверие за много лет жизни в приюте. Прямо ко мне подходит небольшая собака палевого окраса, тычется черным носом в ладонь, ловит мой взгляд. Круглые карие глаза смотрят пристально – неужели не узнаешь? «Да это же Белка, она вас помнит по предыдущим статьям!» – смеется Людмила Анатольевна. Белка крутит хвостом и смотрит, не отводя глаз. Загадочна собачья душа – почему она запомнила чужаков с блокнотом и фотоаппаратом, приезжающих в приют раз в несколько лет? Возможно, Белка очень ждала, что однажды приедут за ней. В приюте за собаками заботливо ухаживают и сытно кормят, но мечты о любимом и единственном, «персональном» человеке это не отменяет. Белке восемнадцать лет, хозяин для нее вряд ли найдется.

Всю свою трудную жизнь собака прожила в приюте, испытав на своей шкуре проблемы, преследовавшие саратовских защитников животных. Наверное, помнит страшную зиму 2008-2009 годов, когда четырехэтажное здание осталось без отопления. Как уже рассказывала «Газета недели», осенью 2008-го по решению городских властей в микрорайоне сменили отопительную систему: вместо древних паровых труб, проложенных в 1930-е годы, установили современные водяные. Но приют в план реконструкции не попал, так как официально его здания не существует (аварийную четырехэтажку, находящуюся в санитарной зоне нефтяного завода, расселили еще в прошлом веке и, чтобы не тратить деньги на снос, в начале 1990-х отдали «под собак»). Ведущую к зданию тепломагистраль просто срезали и взамен ничего не построили. Общественники жаловались во все инстанции, включая Деда Мороза в городе Великий Устюг и президента Владимира Путина. Целую зиму здание отапливали при помощи тепловых пушек: женщины-сотрудницы перетаскивали 20-килограммовые аппараты из отсека в отсек (всего здесь 80 комнат). В самые холодные дни и ночи добровольцы дежурили в приюте почти круглосуточно.

В 25-градусный мороз это не помогало: вода в мисках превращалась в лед. Перемерз водопровод, и Бочкарева отдала слесарям свою пенсию, чтобы отогрели трубы.

Предыдущий кризис дался приюту тяжело еще и потому, что предприниматели, ранее отдававшие для питания собак продукты, были вынуждены свернуть благотворительные проекты. А ведь голодное животное гораздо хуже переносит холод.

Наверняка Белка запомнила и весну 2010-го, когда в Саратове появились первые догхантеры и здание приюта подверглось погрому. Сначала неизвестные присылали угрозы на сайт общества защиты животных и на мобильный телефон Бочкаревой. Вечером

1 мая четверо молодых людей перелезли через забор приюта, принялись крушить вольеры для прогулок, давить выставленные во дворе ведра и собачью посуду. Сотрудники приюта – три женщины и 75-летний пенсионер – защищали территорию буквально с лопатами в руках. Милиция приехала на вызов спустя четыре часа и протокол составлять не стала – ведь хулиганы уже ушли. На следующую ночь неизвестные пытались прорваться в здание – выломали одну из входных дверей, выбили окна. В ночь на 5 мая нападающие разрушили забор. Защитники животных предполагали, что у догхантеров есть дополнительная мотивация: одна из строительных компаний заявляла о намерении выстроить в этом районе десятиэтажный дом для отселения жильцов из ветхих зданий в центре города. К счастью, намерение не осуществилось: проект вынесли на публичные слушания, разразился скандал, и идею удалось завернуть.

Сейчас Белка остается, наверное, старейшей обитательницей приюта. В прошлый приезд мы снимали ее вместе с соседкой по комнате – кудрявой Абрикоской. Как говорили смотрители, Абрикоска – самая ласковая собака в приюте. Ее привезли сюда с пробитой головой, пришлось делать трепанацию черепа. Кличку ей дали не из-за золотистого цвета шерсти, как я думала, а из-за необычной любви к кураге. Спрашиваю Бочкареву, где Абрикоска сейчас? Людмила Анатольевна молча разводит руками. Абрикоска умерла от старости (собак здесь принципиально не усыпляют), так и не дождавшись своего человека.

Любовь и деньги

За последние годы приют изменился. Большинство собак теперь содержатся не внутри аварийного здания, а во дворе в вольерах. Как рассказывает Людмила Анатольевна, на средства гранта областного правительства купили сетку для ограждения и металлический профиль для крыши. За счет субсидии городской администрации, выданной обществу за победу в конкурсе социальных проектов, изготовили будки. «Это моя гордость», – Бочкарева с удовольствием показывает добротные деревянные домики. Входы в будки уже закрыты плотными занавесками – смотрители готовят жилища подопечных к зиме.

Кормят питомцев раз в день, каждому полагается килограмм теплой каши с мясными обрезками, костями и растительным маслом. За собаками ухаживают пять добровольцев. Галина, Наталья и Надежда – пенсионерки, Евгения приезжает чистить вольеры после рабочей смены (она работает диспетчером), Светлана добирается сюда с другого конца города и выполняет посильную физическую работу, несмотря на большой срок «интересного положения». Никакого вознаграждения они не получают.

В здании идет ремонт. На первом этаже вставили пять пластиковых окон. Их оплатила предпринимательница по имени Люба, торговавшая в рядах у Крытого рынка. В течение двух лет Любовь каждый месяц жертвует на нужды бездомных животных по 5 тысяч рублей и не называет своей фамилии даже директору приюта.

Сергей Клавдиевич НемецВ комнатах оштукатурили и покрасили стены, на пол планируют постелить линолеум. Деньги на эти работы раздобыл Сергей Клавдиевич Немец. 80-летнего пенсионера называют главным кормильцем приюта: он стоит с ящиком для пожертвований в районе Крытого рынка. Несмотря на кризисное время, на ремонт удалось набрать около 40 тысяч рублей.

Сергей Клавдиевич четверть века воспитывал юных туристов и краеведов, работал в городском дворце творчества, вёл литературный кружок. Свою первую собаку он заметил в 1996 году, она замерзала на площади возле областной думы. Немец торопился на важное педагогическое совещание, задерживаться из-за какой-то дворняжки было нельзя. Совещание закончилось. Сергею Клавдиевичу нужно было идти совсем в другую сторону, но он вернулся к думе – все-таки хотелось посмотреть, там ли еще собака. «Она уже наполовину вмерзла в лед. Хорошо, что дворников не было, забили бы лопатой». Немец отковырял жучку, вместе с ней сбегал в магазин за сосисками, устроил ее на ночлег во дворец пионеров, а утром отвез в приют. С тех пор уже почти двадцать лет приезжает сюда каждую неделю.

В отремонтированных помещениях поселят восемь кошек – это местная «группа быстрого реагирования», несущая службу по охране здания от крыс. На попечении общества находятся еще около 100 кошек, но они живут не в здании приюта, а в квартирах волонтеров. Также в обновленных комнатах расположат карантинное отделение для больных собак и ясельную группу для щенков. Сейчас в приюте растут семь малышей. Они попали сюда такими слабыми, что их даже не передавали на пристройство. Но, вопреки пессимистическим ожиданиям, песики окрепли и теперь могут отправляться к новым хозяевам. По словам Бочкаревой, собак из приюта помогает пристраивать сообщество «Рыжий хвост».

Сергей Клавдиевич недавно нашел новый дом для кошки породы сфинкс. Жильцы обнаружили лысое существо на лестнице многоэтажки (к счастью, тогда было еще тепло). Сергей Клавдиевич расклеил объявления о находке. Соседи объяснили, что хозяйка кошки живет в этом же доме – она решила избавиться от надоевшей питомицы, подкинув ее в соседний подъезд. «Я бы взял беднягу домой. Но у нас уже живут семь кошек, и еще одного уличного кота жена два года кормит утром и вечером». Немец отвез сфинкса в приют и дал объявление в газете. Новая хозяйка приехала за кошкой уже через пару дней.

Стойкая собачка Люська

Людмила Анатольевна показывает еще один предмет своей гордости – ветеринарный кабинет, оборудованный в отдельном вагончике, с электричеством, отоплением и кондиционером. «Два года назад мы были на приеме у губернатора, он дал поручение управлению ветеринарии, и теперь у нас есть все условия для лечения и операций», – говорит Бочкарева. На сегодня собственного ветврача в приюте нет, зоозащитники пользуются услугами саратовского ветеринара Вячеслава Анникова, оказывающего бездомным животным помощь на льготных условиях. «Многие саратовские ветеринары считают: если собака бездомная, незачем ее лечить, ее надо усыпить. Анников берется за наших животных, он дал нам надежду», – рассказывает Людмила Анатольевна.

Недавно зоозащитники нашли в поселке Увек собаку, сбитую поездом. Дворняжку доставили к Анникову, сделали операцию, Бочкарева забрала ее домой на реабилитацию. Поскольку у Людмилы Анатольевны живут несколько кошек, новенькую пришлось разместить на кухне. «Назвала ее Люськой в честь себя, – смеется Бочкарева. – Собачка небольшая, коричневого окраса, ушки торчат. Ее стойкости можно позавидовать: шестнадцать швов на спине, их нужно обрабатывать, колоть антибиотики – и она всё это терпит».

По словам собеседницы, сегодня отношения общества защиты животных и государственных структур, ответственных за процветание экологии, складываются конструктивно (саратовский приют существует почти четверть века, и так было не всегда). Как говорит Бочкарева, министр природных ресурсов Дмитрий Соколов – «единственный чиновник, который приезжает к бездомным животным не с пустыми руками, в каждый приезд он привозит несколько 35-килограммовых упаковок сухого корма». Заведующий городским сектором охраны окружающей среды Игорь Шопен помогает бороться с нарушителями, которые вываливают рядом с приютом целые грузовики отходов.

Отметим, что государственная помощь носит разовый характер: приют не получает регулярного бюджетного финансирования и существует на частные пожертвования. Перед началом зимы зоозащитники обращаются к саратовцам с просьбой о помощи: в месяц на отопление здания нужно около 20 тысяч рублей. «За газ мы платим по тарифам, установленным для ресторанов и кафе, за электричество – как промышленный объект. Только вывоз мусора обходится в 5 тысяч рублей – за то, что два раза в месяц вывозят контейнер. На питание 311 собак нужно 1,5 тонны круп в месяц. Моя пенсия – 9 тысяч рублей. Не знаешь, куда и девать», – говорит Людмила Анатольевна. Кроме того, требуются деньги и стройматериалы на продолжение ремонта здания: нужно сделать новую стяжку и перекрыть крышу.

Для тех, кто хочет помочь, – банковские реквизиты городского общества защиты животных:

р/с 40703810800000130088;
БИК 046322858;
ИНН 6450515917;
к/с 30101810300000000858;
КПП 645001001;
филиал «КОНТО» ЗАО «ОРБАНК» г. Саратов;
получатель – Саратовская городская общественная организация защиты животных.