Морковка и некрасовская героиня

Оценить
Морковка и некрасовская героиня
Народ нынче шутит, что Александр Соломонович соревнуется с Вячеславом Викторовичем. Дескать, тот открыл памятник Табакову, а этот – доску Булгакову.

– Привет. Что у нас со слухами? Опять всё печально и слухов нет совсем?

– Привет. Печально. Но слухи есть. Немного, но есть.

– Тогда давай, выкладывай. Не томи.

– Говорят, что на минувшей неделе глава года Олег Грищенко ездил к солнцу в Москву, дабы решить свою дальнейшую судьбу.

– И что, решил?

– Тут есть варианты. Одни утверждают, что Олегу Васильевичу гарантировано место в Совете Федераций, другие утверждают, что перед ним повесили долгосрочную морковку в виде выборов в городскую думу. И без каких-либо гарантий.

– А в чем суть морковки? Провести в гордуму нужных людей? И за это последует заслуженная награда?

– Типа того. Причем первая часть более или менее понятна, а вот вторая – с наградой – не очень ясна. Но все ньюсмейкеры с печалью констатируют, что дела у Грищенко – не очень...

– Такое впечатление, что в области всё замечательно! Я тебе больше скажу, во всей стране дела не айс.

– Это да. Но я тебя переплюну, потому как, по слухам, неважно дела обстоят у самого солнца. Подставляют самые ближние, подножки ставят самые доверенные. Люли прилетают из самых не­ожиданных мест.

– Ой, ты мне уже сто пятьсот раз говорили про заход солнца. А он всё на небосклоне и светит всё сильнее. Говорят, он стал охраняемой персоной.

– То есть его охраняет ФСО?

– Именно.

– Я слышала эту историю. Но он не законник, а приказник.

– То есть?

– В соответствии с законом ФСО охраняет нескольких человек. Насколько я знаю, это президент, премьер, два спикера обеих палат. Может, председатель Верховного суда и еще кто-нибудь. А солнце наше охраняют по приказу, а такой приказ могут составить на любую персону более или менее высокого ранга.

– Пусть, но тебя или меня ведь ФСО не охраняет.

– Знаешь, и не надо. Кстати, о проблемах солнца. Говорят, в Саратов Ольга Баталина на чествование Табакова добиралась сама, не в свите солнца, а самостоятельно.

– Чего так? Не взяли?

– Врут, что Ольга Юрьевна чует конъюнктуру за версту. И в связи с этим позволила себе нелицеприятные высказывания в том смысле, что она и сама выживет. Без поддержки и протекции.

– Ну вот! Может, она зря так? Я слышала, что солнце планировало включить ее в партийный список от области паровозом. Вдруг обидится? Это не говоря уже о том, что неблагодарность – не самое хорошее качество.

– Ой, ты как маленькая. Поговори еще о порядочности и прочих моральных качествах. Это политика. Там другие критерии выживаемости.

– Это да. Что еще?

– Еще, говорят, что жена арестованного энгельсского прокурора, некто Анненкова, которая якобы долгое время утверждала, что она то ли одноклассница нашего солнца, то ли еще какое-то очень доверенное лицо, с солнцем даже лично не знакома. И родилась она не в нашей области и по возрасту совсем не подходит не только для одноклассницы, но и для диссертационного оппонента.

– То есть?

– То есть всё это был блеф. Какой дурак будет проверять столь приватную информацию? А вдруг всё это правда? Можно же нарваться.

– Я в восхищении! Ты представляешь, каким уровнем авантюризма надо обладать, чтобы у нас в области прикрываться такой фамилией!

– Не очень. И еще люди врут, что мозговым центром всех нелегитимных деяний прокурора была именно супруга. А он только послушным исполнителем.

– Вот это женщина! Коня на скаку, в избу горящую... Что еще?

– Еще врут, что господин Виткин открыл рынок в Комсомольском поселке.

– И что?

– То, что об этом узнали пострадавшие от его коммерции господа. И начали выяснять, что и откуда уши растут.

– Ничего не понимаю. И что дальше?

– Дальше выяснилось, что Виткин – исключительно управляющий. А рынок открыт на средства еще одного доброго человека, который тоже уже немного пострадал, но который об этом говорить не будет, потому как давно служит чиновником. И денег у него быть не может по определению. По крайней мере таких денег.

– Это всё?

– Напоследок анекдот. Как известно, инициатором установки мемориальной доски Булгакову была ОПа во главе с Ландо. Они деньги собирали, утверждали эскиз и так далее. Так вот, народ нынче шутит, что Александр Соломонович соревнуется с Вячеславом Викторовичем. Дескать, тот открыл памятник Табакову, а этот – доску Булгакову.

– Можно я не буду ничего комментировать?