«Захар»

Оценить
«Захар»
«Я больше ничего не скажу без своего адвоката». Сколько раз мы слышали в голливудских фильмах эту фразу!

«Я больше ничего не скажу без своего адвоката». Сколько раз мы слышали в голливудских фильмах эту фразу! Работникам культурного фронта тоже порой нужны собственные «адвокаты», которые занимаются не только пиаром подопечных, но и стараются, насколько возможно, спасать их репутацию, защищая от критиков. У Никиты Михалкова, например, «верной личардой» является Елена Ямпольская, редактор «Культуры», у Эдуарда Лимонова – критик Лев Данилкин... И вот адвокат появился у писателя (публициста, рок-певца и пр.) Захара Прилепина. Адвокат, неглупый и талантливый, саратовцам хорошо известен – это наш земляк, писатель, критик, журналист, редактор, телеведущий Алексей Колобродов, который к сорокалетию своего героя выпустил пятисотстраничный том с названьем кратким «Захар» (М., «АСТ»).

Сегодня ни для кого не секрет, что масштаб дарования Прилепина как прозаика очень преувеличен: «пацанские» повести и рассказы, любопытные за счет фактуры, проваливаются с точки зрения художественности; что же касается его публицистики, то после нескольких текстов (которые выглядят сталинистскими и антисемитскими) никакая косметика не в силах спасти его лицо. Бывший омоновец, бывший нацбол, бывший оппонент (впрочем, очень и очень аккуратный оппонент!) власти, сегодняшний Прилепин – вдохновенный «крымнашист» – полностью вписался в систему и уже получил от нее преференции (скажем, литературные премии с большим количеством нулей). Если бы создатель «Захара» занимался неторопливым литературоведением, ему бы пришлось ответить на множество малоприятных вопросов. Так что Алексей Колобродов использует иной принцип: повествование выстроено вокруг «Обители», самого крупного (по объему) романа Прилепина; всё прочее является неким обрамлением и остается на периферии. Надо отдать должное адвокату: Колобродов проявляет чудеса изобретательности, «отбивая» героя от самого серьезного – и доказательного – критика прилепинской прозы, Александра Кузьменкова. Чтобы укрупнить фигуру подопечного, автор помещает его в широкий контекст (тут и Солженицын, и Есенин, и Довлатов, и Аркадий Гайдар... в этом случае, кстати, можно использовать собственные заметки, сделанные по другим поводам; у хорошей хозяйки обрезков не бывает). Колобродов парирует мелкие выпады, старательно не замечая серьезных претензий (мусорный язык, стилистическая глухота, некорректные заимствования и пр.). Прочтя книгу Колобродова, мы узнаем не так уж много о заглавном персонаже и гораздо больше – об авторе. Право же, если бы биограф отдал столько же времени и сил собственному творчеству, а не «реабилитации» своего персонажа, читатель выиграл бы... Алексей Юрьевич, может, ну его, Прилепина? Стоит ли связываться с персонажем? Вы ведь и без этой подпорки обойдетесь.