У нас в России газ!

Оценить
У нас в России газ!
Мощность ветрогенераторов, устанавливаемых в Китае за день, превышает мощности ветряков, установленных в России за весь прошлый год

Двадцать пятого июля 2015 года в Германии за счёт солнца, ветра и биотоплива было выработано 78 процентов от всей потребности страны в электроэнергии. Подавляющую часть всей полученной в этот день энергии обеспечили ветрогенераторы. В том же месяце в соседней Дании ветряки дали свыше 100 процентов потребности страны в электричестве. Развитие в Европе возобновляемых источников энергии (ВИЭ) – давно известный тренд. Однако не все смотрят на него однозначно. Выгоднее ли альтернативная энергия традиционной, каковы масштабы внедрения ВИЭ в мире, как с ними обстоят дела в России и какие условия для внедрения ВИЭ может предложить Саратовская область?

Энергия в убыток

Производство альтернативной энергии в европейских странах пока убыточно и субсидируется государством – такой точки зрения придерживается главный инженер Саратовского филиала «Газпром энерго» (дочерняя компания «Газпрома») Игорь Симаченко. «Стоимость использования газа и электричества, вырабатываемого традиционными методами, пока намного дешевле. Несмотря на то, что надо строить опоры и подстанции, – пояснил «Газете недели» специалист. По мнению Симаченко, развивая АИЭ, европейцы, скорее, просто диверсифицируют свои энергоисточники: «Яйца не хранят в одной корзине, и любой рачительный хозяин использует все возможности. Если у человек есть не один кран, а четыре, кто скажет, что это плохо?»

Как заметил собеседник, объёмы закупаемого Европой российского газа, действительно, снижаются, но происходит это не из-за наращивания мощностей ВИЭ, а по совсем другим причинам: «Мы это чувствуем, но больше исходя не из того, что применяются альтернативные источники энергии, а исходя из той политической ситуации, которая сложилась. Европа готова и нуждается в этом газе, но есть определённое давление с разных сторон». При этом внедрение ВИЭ, по мнению Симаченко, может быть просто удобным прикрытием для «расчистки» энергосырьевого рынка: «Можно преподнести это как борьбу за экологию. А если по факту мы всю эту тему сольём, что останется в сухом остатке? Что те же американские или, может быть, китайские партнёры просто расчищают... Если не будет российского газа, будет какой-то другой. И наверняка в том или ином виде уже есть».

Как считает собеседник, масштабы внедрения ВИЭ в Европе не настолько велики, как может казаться со стороны: «Все эти альтернативные источники энергии – они больше как пиар. Такой промышленный масштаб, который нам заявляет Европа, имеет отдалённое отношение к действительности».

Неоптимистичная стратегия

Позиция Симаченко вполне понятна: он является представителем крупнейшей газовой компании мира, зарабатывающей на экспорте российского природного газа. Но есть и другие мнения.

Например, в российской энергостратегии до 2035 года (по сообщениям СМИ, работу над ней не так давно завершило федеральное Минэнерго; документ направлен на согласование в другие ведомства и может быть утверждён уже осенью) даётся иная оценка влиянию ВИЭ на объёмы закупки российского газа. «Рост импорта углеводородов будет замедляться, так как большинство стран стремятся диверсифицировать структуру энергетики, развивать неуглеродные источники энергии, нетрадиционные виды топлива, что сужает рыночные ниши для России», – сообщает газета «Ведомости», сделавшая анализ документа. Ожидается, что поступление средств от энергоэкспорта на европейском направлении не будут расти именно по причине ограниченного спроса на углеводороды. По данным газеты, возобновляемая энергетика числится в стратегии «среди угроз» наряду со сланцевой революцией в США.

Пределы выгоды

По-другому смотрят на проблему и представители организаций, связанных с развитием ВИЭ. «За 10 лет себестоимость в солнечной энергетике снизилась в 8 раз, – приводит «Газете недели» свои доводы директор Российской ассоциации предприятий солнечной энергетики Антон Усачев. – В таких странах как Германия, США, ЮАР, Италия достигнут так называемый «сетевой паритет», при котором стоимость солнечной электроэнергии сопоставима со стоимостью традиционной». При этом специалист отметил, что традиционная энергетика тоже субсидируется государством и «в отличие от ВИЭ в больших объёмах».

«Изначально все ВИЭ в Европе субсидировались государством, – поясняет руководитель проекта по ветроэнергетике ООО «Тольяттинский трансформатор» (среди видов деятельности компании – производство ветрогенераторов) Михаил Елясин. – Где-то были налоговые льготы, где-то – покрытие части расходов на производство и строительство ветропарков и солнечных панелей. Это было, есть и, наверное, пока ещё будет». Собеседник согласен, что пока такие инвестиции действительно носят стратегический характер: «Это стратегическое вложение средств государством, чтобы сократить зависимость от энергоэкспортёров, таких как Россия. Но, я считаю, это всё равно бы развивалось, хотя темпы развития были бы ниже».

Сравнение стоимости ВИЭ и традиционной энергии Елясин оценивает неоднозначно: «Если мы говорим о крупных предприятиях и крупных городах, то да – традиционная энергия здесь будет дешевле, если уже существует инфраструктура, по которой потребители эту энергию получают. Но если проводить сравнение с небольшим населённым пунктом или новым объектом, который не будет потреблять много мощностей, или если рядом есть географически объект с сильными постоянно дующими ветрами, тогда будет выгоднее приобретать ветрогенераторы».

Солнечная планета

По словам Усачева, в Европе темпы ввода генераций на основе ВИЭ (солнце, ветер и вода) уже второй год опережают показатели ввода новых мощностей на традиционном топливе.

Развитие солнечной энергетики происходит не только в Европе.

«В Германии и Италии на сегодняшний день построено порядка 35,5 ГВт и 17,6 ГВт соответственно, – приводит цифры Усачев. – Этого объема стало достаточно для того, чтобы построить целую индустрию, которая стала драйвером роста новых рынков, куда сейчас смещается фокус, – Китая, Индии, США, Малайзии, ЮАР и других». За сравнительно небольшой промежуток времени в Китае было построено 18,3 ГВт солнечных электростанций, в Японии – 13,6 ГВт, в США – 12 ГВт.

А вот российские цифры выглядят куда скромнее. Ранее в СМИ Усачев уже приводил прогноз, согласно которому по итогам 2015 года совокупные мощности солнечных электростанций в РФ превысят лишь 60 МВт. Тем не менее, специалист отмечает, что в стране «действует эффективная программа, направленная на развитие возобновляемой энергетики». В соответствии с ней до 2020 года планируется построить порядка 1,5 ГВт солнечной генерации. При этом российские просторы могут дать как минимум вдвое больше этих цифр. «Потенциал солнечной энергетики – с учётом территорий с децентрализованной энергосистемой, где доминирует дорогостоящая дизельная генерация – мы оцениваем как минимум в 3 ГВт, – поясняет Усачев. – Климатические условия нашей страны позволяют строить и эффективно эксплуатировать солнечные электростанции, так как уровень инсоляции (поток солнечной радиации на поверхность. – Прим. авт.) большинства регионов выше допустимой нормы – 1200 кВтч/кВт». Как считает специалист, сочетание солнечной и дизельной генерации даст возможность снизить объем потребления дизельного топлива на 50 процентов.

Что касается Саратовской области, то наш регион достаточно перспективен для развития солнечной энергетики, это в мае прошлого года отметил генеральный директор ООО «Хевел» (совместное предприятие ГК «Ренова» и ОАО «Роснано», занимающееся строительством электростанций) Игорь Ахмеров. По его словам, в области достаточно высокий уровень инсоляции. В прошлом году даже рассматривался вопрос строительства компанией солнечных электростанций мощностью до 50 МВт в Пугачевском, Озинском, Новоузенском и Ровенском районах.

Что несёт ветер

Ветряная энергия в Европе и мире тоже набирает обороты. «Рынок ветроэнергетики сильно развивается, – поясняет Елясин. – 10 лет назад самый мощный ветрогенератор давал 500 тыс. кВт. А сейчас уже есть опытные образцы на 7–7,5 тыс. МВт. И их использует не только Европа». По словам собеседника, наиболее активный рынок ветроэнергетики находится в Китае, где наблюдаются самые большие темпы ежегодного прироста ветроэнергетических установок. От него стараются не отставать Бразилия и США, близкие позиции занимает Индия. А вот в Европе темпы развития в последние годы немного замедлились.

Нашей стране пока нечем похвастаться. «Россия пока очень слабо выглядит, – сообщает Елясин. – Прирост ветроэнергетических установок очень маленький. Для сравнения: мощность ветрогенераторов, устанавливаемых сейчас в Китае за день, превышает по мощности количество ветряков, установленных в России за весь прошлый год».

По словам специалиста, в РФ внедрение ветроэнергетики до последнего времени велось за счёт частных инициатив небольших коммерческих компаний. Но недавно этой проблемой озаботилось и государство: «В последние год-два правительство начало формировать программу и прилагать какие-то усилия для освоения этого рынка. Появляются законодательные акты, госстандарты, организации, которые всем этим занимаются. Привлекается западный опыт. Появилась программа локализации от производителей».

Дело в офшорах

По словам Елясина, условия для использования ветро­энергетики в Европе значительно лучше, чем в России: «Там более доступна береговая линия. А страны с большой протяженностью морского или океанического побережья обладают более выгодным расположением для установки ветряков. Самые мощные ветряки ставят именно в прибрежной зоне – её ещё называют офшорной. Ведь море – это всегда источник тепла, к тому же в Европе пролегает Гольфстрим. Ветра там дуют с достаточно большой силой». Помимо этого, в Европе по другому обстоит ситуация и с энергоносителями: европейцы пользуются чужим газом, а в последнее время намечаются планы по отказу от опасной атомной энергетики (Германия намерена полностью сделать это к 2022 году).

У России есть собственный газ, и отказываться от АЭС наша страна пока вроде не собирается. Но несмотря на это использовать ветряки, по мнению Елясина, у нас тоже можно с выгодой: «Надо исходить из того, где нам нужна такая электроэнергия. Есть места в Архангельской области, в Сибири, где ЛЭП или проходят очень далеко, или высоковольтные. Чтобы потребителю получить бытовое напряжение в 220 вольт, требуются очень большие капитальные затраты. И в этой ситуации небольшому поселению будет дешевле использовать ветряки и солнечные панели, чем провести линию и построить понижающую трансформаторную подстанцию».

Что касается условий для ветроэнергетики в Саратовской области, то их собеседник оценивает достаточно сдержанно: «В Саратовской области условия, наверное, где-то в среднем по России. В вашем регионе нет каких-то выраженных преимуществ для постройки ветропарков». Однако это вовсе не означает, что получать энергию ветра у нас невозможно совсем: «На берегах Саратовского водохранилища можно расположить достаточно мощные ветропарки. Перепад высот – тоже хорошее условие, а возвышенности у вас есть. Громадные мощности, наверное, ставить нет смысла, а вот ветропарки из небольших ветряков, по 100–500 кВт, вполне возможно». По мнению специалиста, этого вполне достаточно, чтобы обеспечить энергией небольшой город.