Не надо трогать нашу землю!

Оценить
Не надо трогать нашу землю!
Фото Светлана Лука
Фермер из Балашовского района пытается защитить свои 103 гектара от чиновников

Севрюков Василий Михайлович – человек с русским таким круглым имечком – живет в Балашовском районе в поселке Соцземлелие. Образование среднее техническое. Краснокутский ветеринарный техникум окончил. После окончания работал у своего бати – Михаила Васильевича Севрюкова. Тот был главным ветврачом центрального отделения поселка Соцземледелие. Мама, Раиса Васильевна Севрюкова, тоже ветеринарным врачом проработала не один год. Ушел в армию в 1996 году. Служил в Ульяновске в войсках ВДВ. В 1998 году пришел, женился, в 1999 году дочку жена родила. А тут скотину стали вырезать в социалистическом хозяйстве. Зарплату перестали платить. Деваться ветврачам Василию Михайловичу, да и Михаилу Васильевичу, было некуда. Собрали они все свои средства, купили трактор ДТ, «газон», оформили в 2003 году землю в аренду и стали на своих 103 гектарах пахать и сеять. Вдвоем с батей. Но батя немолодой уже. И получается, что пашет, как вол, сын его Василий Михайлович.

И вот такого вот Василия Михайловича взяли да и обидели. Да не кто-нибудь, а родное Соцземледельское муниципальное образование. Еще б чуть-чуть, и землю его законную продали бы втихаря для того, чтобы пополнить муниципальный бюджет. Еле успел притормозить процесс Василий в начале нынешнего лета. «Мне обидно, – говорит. – Я здесь рожденный, а получается такая ситуация».

За летние эти страшные дни, что прошли с той поры, много он передумал. И перечувствовал. Бате сколько раз говорил, что не понимает, за что его так. Почему непорядочность такая вокруг творится. Заводился, убегал из комнаты. Были мысли и застрелиться от отчаянья – не скрывает. А батя его со слезой, которую уже не в силах сдерживать тоже от отчаянья, успокаивал. Говорил: «Не обзывай людей, сынок. Не надо. И шуметь не надо, Василек. Шумом ничего не сделаешь». А что ему, бате, еще остается? Он сам с 1973 года работал в этом поселке. Всех знает. И его семью все знают. Что и сам, и жена, и сын, и дочь «с образованием». И все труженики. А вот нет справедливости. Но надо держаться. Бороться. Не уступать. Хоть и не пойми что кругом делается.

А делаются на самом деле в Балашовском районе не очень хорошие дела с землей мелких фермеров. Их решили скупить более крупные хозяйства. И администрации муниципальных образований в этом им всячески помогают. Примененный в конкретном Соцземледельском МО механизм уже описан в официальных заявлениях в следственный комитет Саратовской области, в прокуратуру Саратовской области и в Арбитражный суд Саратовской области.

Итак, сначала у Василия Севрюкова был договор аренды на два участка земли с администрацией объединенного муниципального образования Балашовского района. И были у тех участков кадастровые номера и вымеренная площадь. Через 10 лет хозяйствования эти участки Севрюков купил. Тут же получил свидетельство о регистрации прав собственности и решил оформить свои права до конца. Сделал межевой план и собрался поставить участки на кадастровый учет. Но вдруг оказалось, что в составе выделенного ему земельного участка находится чужой земельный участок, который каким-то образом образовался не в 2003 году, а вот прямо в нынешнем, 2015-м.

«Многоконтурный земельный участок с кадастровым номером 64:06:000000:4622 сформировала из невостребованных земель администрация Соцземледельского МО, которая хорошо извещена о том, что спорный земельный участок с кадастровым номером 64:06:060401:5 находится в собственности у истца, который до настоящего времени его обрабатывает.

Но администрация, заведомо зная об этом, провела межевание, которым полностью «захватила» спорный земельный участок у собственника!

Таким образом, должностные лица Соцземледельского МО совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов собственника и собственно жителя данного муниципального образования, который пополняет его бюджет от дохода со спорного земельного участка.

Более того, у Севрюкова В. М. в собственности находятся иные земельные участки, например, с кадастровыми номерами 64:06:060401:6 и 64:06:060401:0003, но администрация Соцземледельского МО отмежевала многоконтурный земельный участок с кадастровым номером 64:06:000000:4622, так что в него неправомерно вошли и земельный участок с кадастровым номером 64:06:060401:5, и земельные участки с кадастровыми номерами 64:06:060401:6 и 64:06:060401:0003.

Названное наложение земельного участка с кадастровым номером 64:06:000000:4622 полностью лишило собственника Севрюкова В. М. земельного участка с кадастровым номером 64:06:060401:5, и земельных участков с кадастровыми номерами 64:06:060401:6 и 64:06:060401:0003».

Такими словами адвокат Светлана Дубровина, которая взялась представлять интересы Василия Севрюкова, формулирует сейчас беспредельное положение по обману фермера муниципальными начальниками. Дубровиной к спорам вокруг земли в Балашовском районе не привыкать. Тут всегда что-нибудь не так – то у межевальщиков, то у конторских работников кадастровой палаты. Так что опыт наработан. И репутация тоже. Сейчас она просит прокуратуру и следственный комитет провести проверку действий должностных лиц Соцземледельского МО по названному факту. Не отреагируют на областном уровне, будет писать в окружные инстанции. Она не гордая. Свою работу знает. Это ее новый доверитель Василий Михайлович растерялся. Хотя как сказать. Не все ведь, оказавшись в такой ситуации, пошли выяснять правду. А он на это решился.

– Я так не оставлю этого дела, – говорит Василий Севрюков. Машину свою продам. Но буду судиться. И до губернатора дойду. Любыми путями попаду на прием. Непорядочно так поступать. Очень много людей уже страдает, земли которых перешли Соцземледелию. Взяли и решение вынесли. Вот и весь сказ. Земля, которую я купил и за которую заплатил почти 400 тысяч рублей, вот этими руками заработанные, мне не принадлежит, оказывается. Вот договор купли-продажи. Вот моя пшеничка чистенькая. Вот овес. Вот подсолнечник. Я новый культиватор купил, сеялку воронежскую только что. Ну почему мне не дают работать на своей земле? Я же не выходец из ближнего зарубежья. Я же здесь рожденный. А у тех, кто собрался мои земли купить, уже есть 10 тысяч гектаров земли. Им что меня разгрызть? Нет, там, конечно, умные люди работают. Взяли Соцземледелие в разрухе. Здесь же деревни практически не было уже. А эти ребята вложили очень много денег, обновили весь парк техники. В этом плане плохого никогда не скажу. В этом плане уважаемые люди. Но если они мою землю урвут, как мне к ним относиться? У меня батя пенсионер. Я работаю один. Наемных ни одного человека нет у меня. Но я знаю, что больше нигде не смогу работать. И ни на кого. А они мне хотят какой вариант предложить, если по карте мои поля как бы и не мои получаются? Столько же гектаров в другом месте? А зачем мне другие, когда я эту землю с 2003 года пашу? Обидно, что залезли со своим межеванием не к тем, у кого осот в пояс стоит, а к тем, у кого всё хорошо.

Рабы, получается, мы. Так и будет бесконечно продолжаться. У меня семья, девчонка растет. Мне хочется, чтобы жизнь у нее нормально сложилась, как-то помочь ей. Батя у меня пенсионер. Мамка. Мамкиной маме 96 лет. Мне есть кому помогать.

Говорят, что все наши местные ни при чем. Что это москвичи. И что с ними судиться у меня денег не хватит. А мне с усмешкой везде повторяют: всё через суд. Но я выдержу. Я не хочу, чтобы меня как пацана 18-летнего за нос водили по замкнутому кругу. Налоги платил, экологию перечислял, электроэнергию платил. Поля идеальные, хотя не сравнить нашу технику с той, что в Соцземледелии. Как может на карте с моим участком стоять другая фамилия? Я так понимаю, что вся процедура там была – деньги. Мы даже не в курсе были, что нашу землю выставляют на торги.

И кому головная боль эта нужна? Зачем работягам, людям, которые работают, ее делают? Что они творят? Работал-работал, а кто-то пришел, и ему отхряпывают кусок. Весь Балашовский район заберут так чужие. Но у меня есть на всякий случай последний вариант.

Месяц назад я получил агрохимический анализ своей земли, в которую 12 лет вкладывал. И его показал другу, директору крупного перерабатывающего сельхозпредприятия. И он пообещал купить мои земли, если всё уж совсем далеко зайдет. И потом уже юристы этого завода пойдут разбираться с теми, кто тут ошибся или специально на мои участки залез. Так и сказал друг: «За твои земли мы разорвем любого». Отец очень переживает. Не понимает, куда мы ввязались. А я ему говорю: «Это наше. Мы в чужой карман не лазили. Я с уважением ко всем. Но не надо трогать нашу землю».