Не быстрые деньги, не крупные каналы

Оценить
Не быстрые деньги, не крупные каналы
Александр Соловьев
Фермеры возмутились задержкой с выдачей госкредитов. Надо понимать, что на полях – засуха, в экономике – кризис, а в финансах – неизвестность

С получением кредитов у фермеров Саратовской области сплошные проблемы. Для частных банков этот сегмент кредитования слишком рискованный, поэтому деньги сельхозпроизводителям давно дают в основном только два банка с государственным участием. Но и с ними в этом году проблемы: сроки выдачи кредитов слишком затянуты. Кто в этом виноват – банкиры, финансовые правила государства или сами фермеры – выясняли на совещании, состоявшемся на минувшей неделе в рамках аграрной выставки «День поля». В ответ на критику аграриям даже пригрозили закрытием.

Долги надо отдавать

Пока разговор не коснулся кредитов, мероприятие на тему засухи шло достаточно спокойно. Когда слово дошло до директора саратовского регионального филиала ОАО «Россельхозбанк» (100% акций принадлежат государству) Олега Коргунова, он обратился к главам муниципальных районов. Сказал, что «не надо покровительствовать нерадивым сельхозпроизводителям, которые в дальнейшем будут мешать работать тем, кто честно оплачивает и основной долг, и проценты по кредитам». – «Это неправильный подход. Отдавать всё равно придётся».

Олег Коргунов
Олег Коргунов

По словам Коргунова, в саратовском филиале Россельхозбанка сохранён лимит собственного кредитования до 100 млн рублей, в то время как по всей стране собственный лимит имеют лишь половина филиалов банка. И среди них есть те, у кого лимиты составляют вообще только 20 или 50 млн рублей. Чтобы выдать большую сумму, им приходится отправлять заявку в Москву, и срок согласования кредита при этом увеличивается. Поэтому надо понимать, что Саратовской области в этом вопросе ещё повезло. «Нам сохранили лимиты не из-за того, что Саратовская область хорошая, а потому что просроченная задолженность по сельхозпроизводителям – в рамках допустимых процентов», – пояснил директор филиала.

Оживленный диалог про медленный кредит

– Хорошо перекладывать ответственность на других, – внезапно негромко заметил заместитель председателя правительства Саратовской области Александр Соловьёв. – Сегодня, когда проходили вопрос по технике, очень многие говорили, что затормаживается процесс выдачи кредитов, особенно в последние полгода. И это говорили даже не сельхозпроизводители, а продавцы техники: что желание покупать есть, но очень долго идёт процесс выдачи кредитов. Ну очень долго.

– Я особо оспаривать это не буду. Но вы понимаете, что идёт оптимизация, укрупнение, сокращение, скоринги, конвейеры, которые замыкаются на Москву. – Кроме того, по словам Коргунова, у самих аграриев есть проблема с оформлением документов. – Когда документы не всегда качественные приносятся... Когда заявку на кредит написали, а из налоговой и других учреждений через два-три месяца документы придут только. Упрекают – банк не выдаёт кредит! Но вы же без паспорта не купите билет? Без медсправки вас в санаторий не примут?

– У нас по несвязанной поддержке поставлена была задача, – заметил Соловьёв. – С момента получения первого документа от первого района до последней платёжки в две недели должны происходить платежи. У вас же есть история практически по каждому хозяйству. Мы понимаем сомнения в тех, которые находятся ну в очень сложном положении. Но есть хозяйства, у которых прекрасная кредитная история.

– Давайте договоримся о следующем: кесарю – кесарево, а слесарю – слесарево, – начал контратаку Коргунов. – Когда я был в исполнительной власти, я так же говорил. А когда окунулся в банковскую систему, понял, что на всё есть нормативы. Те документы, которые прописаны ЦБ РФ, – они распространяются и на наш банк. Я неоднократно говорил и ещё раз повторю: по моему убеждению, Россельхозбанк должен быть профильным банком, и ряд вопросов, которые связаны с этими инструкциями, не должен на него распространяться. Но на сегодняшний момент есть требования. Измените их, измените подход – и за один день будут выдавать деньги.

Афористы

Далее к критике Коргунова активно подключился остальной зал, причём весьма эмоционально.

– Почему люди молчат? – возмущённо заявил с места глава администрации Питерского муниципального района Саратовской области Виктор Дерябин. – Потому что боятся, что завтра вообще ничего не получат!

Дерябин вспомнил про затянувшуюся выдачу кредитов в его районе.

– Если вы не хотите дать, скажите «нет», – посоветовал глава района Коргунову. – Мы будем искать другой банк. Пойдём в Сбер. Я знаю, какое отношение у вас ко мне, но я молчать не буду. Вам, может быть, дано такое указание – не давать и по любым вопросам затянуть. Вы скажите, что не дадите. Люди надеются на вас.

Кроме того, по мнению Дерябина, большая часть средств госбанка уходит вовсе не на помощь крестьянам: «90 процентов наших денег уходят другим людям, но не селянам. Переработчикам и другим...»

– Каким? – возмутился Коргунов. – Да вы за собой смотрите, за Питерским районом!

– Скажите, это нормально, когда хозяйство платит вам миллион рублей штрафа и уходит в Сбербанк? – продолжил критику Коргунова начальник управления сельского хозяйства Краснокутского муниципального района Владимир Троицкий.

– Какой миллион штрафа? – опять возмутился Коргунов.

– А вы разберитесь, – ответил Троицкий. – За то, что несвоевременно погасили...

Коргунов пообещал разобраться. Попросил назвать это конкретное хозяйство.

– В общем, вы афоризмами – и я афоризмами, – заявил ему на это Троицкий. – Кто хочет работать, тот ищет пути. А кто не хочет, тот договаривается.

А может, и правда виноваты андерайтеры?

В конечном итоге Соловьёв вынужден был успокаивать участников.

– Надо одно сказать: это больной вопрос. Олег Николаевич, вы не воспринимайте это лично на себя, – посоветовал он Коргунову. – Мы говорим: что с системой-то делать? Это уже начинает затормаживать все процессы. У людей есть желание, они готовы развиваться, технику покупать, вкладываться и в этих условиях... Как им без финансовой поддержки это делать? В Россельхозбанке они видят одного из сильнейших финансовых партнёров, и если бы у них душа не болела за совместную работу, они, наверное, не высказывались бы.

– Если бы у меня душа не болела, половину присутствующих надо было бы уже в прошлом году пустить с молотка, – ответил Коргунов. Зал на это загудел. И зря. «Что придётся и делать», – добавил директор филиала.

– Сроки кредитования – да, затянуты, – подтвердил глава саратовского отделения Сбербанка РФ (основной акционер – государство) Алексей Нарыкин. – Если раньше мы сами принимали решения, то сегодня мы принимаем их через кредитный конвейер: получаем от вас документы, спорим с этим страшным человеком – андерайтером, который окончил Стэндфорд, Оксфорд, Кэмбридж и имеет слабое представление о том, что такое молоко и откуда его доят. Но это есть, и это будет. И финансовая дисциплина должна быть. И баланс должен быть. И если он неправильный, то через андерайтинг не пройдёшь. Отменить это никто не может, да и не надо: мы научились работать с ними, поэтому кредиты мы выдаём.

Соловьёв предложил вопрос с кредитами обсудить в будущем на отдельной площадке. Кредитной альтернативы у фермеров нет. Работать с сельхозпроизводителями сейчас согласны только Россельхозбанк и Сбербанк. По оценке Соловьёва, на них приходится около 80 процентов от суммы и количества выданных кредитов.

«Остальные кредитные организации с этого рискованного вида кредитования практически ушли», – подтвердил Коргунов.

– Не зря остальные банки не идут в эту нишу, – начал снова аргументировать в свою пользу Алексей Нарыкин. – Мои коллеги по Сбербанку говорят: «Ты сумасшедший. Зачем ты туда идёшь, просрочку собирать? Есть другие ниши – менее рискованные и более доходные, где можно заработать». – Но, по словам банкира, он питает личную слабость к поддержке сельского хозяйства. К тому же понимает, что в Саратовской области прибыльных ниш не так уж много, а надо стремиться развить своё присутствие в каждом районе.

Аграриям на заметку

Не так давно финансовую систему России сотряс резкий скачок кредитных ставок. Для саратовских аграриев это осложнилось установившейся в регионе засухой. «В зону ЧС попали 98 наших заёмщиков», – сообщил Коргунов. Ориентировочная сумма зависших кредитов – 1 млрд 169 рублей. По словам главы банка, сейчас он ежедневно получает информацию о необходимости пролонгации кредитов. Чтобы ускорить этот процесс, банк открыл горячую линию по телефону 26-38-38 (телефон директора банка – 25-30-01).

– Выйдя на просрочку, банк не будет иметь возможности кредитовать на посевную озимых и на следующий год, – предупредил Коргунов. – Я не зря дал свой телефон. Мы готовы работать в индивидуальном порядке.

Однако полной информации о ставках по пролонгации пока нет, так как неизвестно, будут ли пролонгированные кредиты до трех лет субсидироваться из бюджета. Коргунов ждет решения по этой теме в ближайшее время. Но уже известно, что по кредитам, выданным сельхозпроизводителям до 16 декабря, пролонгация будет проводиться по тем же ставкам, по которым они были ранее выданы. Если, конечно, не будет каких-то дополнительных изменений.

Кредиты, выданные после этой даты, «принято решение пролонгировать по существующим на сегодняшний момент или на дату рассмотрения вопроса о пролонгации ставкам».

Коргунов разъяснил, что одним из способов «дать передышку» аграриям, не прибегая к пролонгации, является мировое соглашение. Оно облегчает кредитную нагрузку путём изменения графика погашения как основного долга, так и процентов.

Давайте по-мелкому

Нарыкин предупредил, что попытки фермеров освободиться от кредитного бремени, объявив себя банкротом, чреваты: «Мы пойдём в реструктуризацию и на пролонгацию, если долг обслуживается. Мы не пойдём ни на какие уступки, если клиент будет от нас бегать, если первый шаг, который он сделает, будет в сторону конкурсных управляющих... Мы уже с этим сталкивались».

Банкир привел в пример несколько хозяйств, которые фактически были разорены хозяином.

– Он посчитал, что с конкурсным управляющим работать лучше, чем с банком. Наши слова о том, что его обкрадут и он останется без штанов, только с поручительством... Вот они сейчас ходят за мной – дочь платит, жена платит, он платит... Думали, вывернутся. Но пусть все знают: если вы пойдёте туда – это конец, который я приближу, как банк, причём в самой жёсткой форме. Иногда – жестокой. Будете платить до скончания жизни.

Сбербанк не пойдёт на реструктуризацию и в том случае, если видит, что ежегодно набираются «короткие» деньги. Потому что за ним следом будет очередной невозврат. Хорошая новость состоит в том, что Сбербанк не собирается специально разорять клиентов. И вспомнил к слову, что в 2010 году ни одного клиента тоже не разорили.

И в конце концов Нарыкин обнадёжил аграриев перспективами роста цен на их продукцию:

– Я смотрю на биржевые сводки и отдаю себе отчёт в том, что многое может измениться. Не изменится одно – цены на вашу продукцию будут расти. В этом я уверен, и управление стратегических исследований Сбербанка России тоже. В условиях эмбарго и девальвации рубля перспективы здесь есть. Есть и понимание того, что, зайдя в магазин и не увидев любимого сыра, берёшь наш, российский... Плюёшься, но ешь и понимаешь, что другого не будет. По крайней мере пока...

С темы импортозамещения, если уж на нее попал, быстро не сойдешь. И господин Нарыкин сразу не смог. И предложил сельхозпроизводителям покупать воду:

– Я понимаю, что надо покупать технику. Но лучше, наверное, покупать воду. Оттого что в поле пойдет «Джон Дир», «Клаас» или ещё что-то, что я должен профинансировать, дождя не прибавится. Но когда я еду по области и вижу огромное количество пустых каналов, мне непонятно... Давайте возрождать. Не получается по-крупному – давайте по-мелкому. Может быть, тогда и «Енисей» будет собирать нормальный урожай, если будет вода на поле?

Ну а что, готовился человек. Он же пришел на заседание, где людей собирали поговорить о засухе.