Фиаско бьет ключом

Оценить
Фиаско бьет ключом
Еще говорят, что новым главой Саратова хочет быть Сараев. Я тебе больше скажу, этого хочет не только он.

– Привет. Как дела?

– Да всё замечательно. Жизнь бьет ключом.

– Это да. Одно письмо «Хирурга» Аренину чего стоит. Пятая колонна, фашизм и прочие перлы. Я подозреваю, что парень просто не понял, в чем дело.

– Слушай, это его проблемы. А у нас своих слухов и домыслов хватает.

– Ура! Я этих слов от тебя и ожидала. Ну, начинай. Радуй.

– Так ничего радостного нет. Так, обычная рутина. Для начала: говорят, что нас ждут серьезные перестановки в правительстве через два месяца.

– Это уже было. А почему через два месяца?

– Слухи приходят и уходят. Но иногда они сбываются. А почему через два месяца? Наверное, потому что через два месяца выборы. И по их результатам...

– Какие выборы? Доизбираются пять-семь-десять депутатов. Может, где в районах меняются представительные собрания, да и то вряд ли. Какие выводы?

– Но ты же не станешь отрицать, что идеологический блок правительства будет этот процесс курировать. Это раз. Два: через пару месяцев закончится сезон отпусков, и начнется новый политический сезон. Слушай, я не доказываю тебе, что слух со стопроцентной гарантией, я просто пытаюсь обосновать. Если тебе не нравится, то переходим к следующему слуху.

– Вот так-то лучше. Что еще?

– Еще говорят, что новым главой Саратова хочет быть Сараев. Я тебе больше скажу, этого хочет не только он.

– Так. Это уже интересно. Ну, про «не только он» это понятно. Губернатор убирает относительно сильного и более-менее харизматичного политика. Но с Грищенко они этот процесс согласовали?

– Понятия не имею, а что?

– А то, что в следующем году выборы. И в Госдуму, и в гордуму. И в городе провести их так, как надо, сможет только Олег Васильевич. Нет, если назначение с ним согласовали, то вопросов нет. Но если это чья-то самодеятельность, то могут случиться проблемы.

– Видишь ли, кстати, о Грищенко. Ты же понимаешь, что в этом королевстве не всё стерильно. И, как врут люди, наш областной прокурор перестал сдерживаться. А городской и вовсе намерен копать.

– Так городской прокурор вроде как выходец из Ленинского района Саратова.

– Именно. Района, который возглавлял Сараев. Так что пазлы складываются в целостную картинку.

– Мне она не нравится.

– Хорошо. Чтоб тебя утешить: люди врут, что у нового прокурора города жена и дочь – гражданки Америки.

– И что в этом такого? Хотя... А разве так можно?

– Да, в других правоохранительных структурах есть ограничительные законы, а для прокуратуры нет такого документа.

– Тогда в чем тут проблема? Что еще интересного?

– Говорят, что министру Шинчуку не продлят контракт, и он больше не будет министром.

– Ну, во-первых, это странно. Борису Леонидовичу нет еще 65. Во-вторых, если он и не будет работать в правительстве, то легко найдет поле для приложения собственных недюжинных сил на поприще гражданского общества. Ты же сама говорила о музее, где он может работать директором.

– Я, честно говоря, сама удивляюсь, почему о Шинчуке в последнее время так много говорят. Впрочем...

– Нет. Погоди, ты мне вот что скажи: а где во всех этих историях наше солнце? Он знает об амбициях Сараева, о том, что в областной думе разброд и шатание? И вообще, кандидатов в думы с ним будут согласовывать?

– В Госдуму, я думаю, будут. А в остальном... Говорят, что он не хочет или делает вид, что не хочет иметь ничего общего с нашей областью.

– То есть ты хочешь сказать, что проект под названием «Саратовская область под чутким руководством» потерпел фиаско?

– Это не мои слова. Но могу привести показательный пример. Каждый год за счет бюджета в лагере «Березка», кажется, организовывали смену для одаренных детей. В этом году денег не нашлось.

– Так это печально.

– Да, но... Организатор этих смен кинул клич по бывшим участникам смен, ныне вполне состоявшимся людям. Ну и собрали 600 тысяч.

– Вот так формируется гражданское общество. Это хороший пример.

– И напоследок про твоего любимца Лобанова.

– Рассмешишь?

– Не знаю. Врут, что на обустройстве его поместья трудятся несовершеннолетние дети. И, утверждают злопыхатели, их труд никто не ценит сейчас и не оценит впредь.

– А вот это уже свинство. Или клевета.