Денег нет, сил нет, а что же есть?

Оценить
Денег нет, сил нет, а что же есть?
Пришли беды откуда не ждали

Первое заседание штаба по подготовке весенне-полевых работ в Саратовской области прошло на минувшей неделе. Штаб был выездным. На него были вызваны представители администраций и сельхозпроизводители Алгайского, Ершовского, Краснокутского, Новоузенского, Питерского, Ровенского, Советского и Энгельсского районов.

В ходе заседания выяснилось, что миссией государственного Россельхозбанка является получение прибыли, а вовсе не обеспечение сельхозпроизводителей заемными денежными средствами. Участники заседания штаба об этом раньше не догадывались. А узнав, не могли скрыть негодования. И даже заговорили о восстании.

Отдельная песня о банках

Руководитель регионального отделения Россельхозбанка Олег Коргунов очень любит посещать любые мероприятия, где ему может представиться случай рассказать об услугах банка. Годы тренировок воспитали из него лучшего пиар-менеджера всех времен и народов, который выкрутится из любой, самой щекотливой ситуации, в которую банковских работников так и норовят ткнуть носом прямые, как гвозди, сельские люди. Но в Советский район на заседание первого в этом году штаба по организации весеннего сева Коргунов не приехал. Вместо него на переднем крае вынуждена была отдуваться Анна Каргальцева. Билась как могла. Позиций не сдала. Но выдала страшную «военную тайну». Оказывается, в банке тишком-молчком сменилась стратегия. Нет, банковские работники об этом, конечно, знали. Но клиентам Россельхозбанка никто ничего не говорил. Они должны были догадаться о том, что что-то идет не так, по некоторым признакам. Например, задуматься о том, почему исчезают из районов банковские офисы.

Приглашенные на заседание штаба сельчане требовали назвать причины закрытия дополнительных офисов Россельхозбанка в Питерке и в Самойловке. Анна Александровна ответила так, что хочется ее процитировать. «Собственник банка, которым является государство, раньше ставил задачу о присутствии банка практически во всех районах страны. Число допофисов было 1600. На сегодняшний день руководство ставит иную задачу – получение максимальной прибыли». По словам Анны Каргальцевой, закрытые дополнительные офисы банка в течение нескольких лет не увеличивали прибыль. Такие подразделения есть не только в Саратовской области. Всего по стране закрыто сейчас около сотни офисов. И на этом никто не ставит точку. Отслеживание ситуации по каждому офису будет продолжаться, и будут закрываться все, которые не приносят прибыли. А там, где есть потенциальная возможность для получения прибыли, офисы начнут открываться. И открываются. Например, вместо закрытых подразделений в Питерском и Самойловском районах открылся новый офис Россельхозбанка в Заводском районе Саратова.

Как будут обслуживаться уже выданные питерцам и самойловцам кредиты, в банке тоже подумали. По словам Анны Александровны, скоро жителям Питерского района, например, не придется ездить в Красный Кут, для того чтобы отдать кредит. «Проблема погашения платежей будет реализовываться следующим образом: уже до конца марта мы после переговоров с магазином «Магнит» установим там терминал, и клиенты смогут проводить платежи с использованием данного технического средства», – сказала она.

С новыми кредитами у жителей Питерского района тоже не должно возникнуть никаких проблем. По словам Анны Каргальцевой, сотрудники банка раз в неделю будут приезжать, консультировать желающих взять кредит, забирать у них документы. Так что клиентам можно будет в Краснокутское отделение приехать только один раз для подписания договора и получения денежных средств.

Гладко это обещание звучало, как говорится, только в теории. Еще две недели назад начальник управления сельского хозяйства Краснокутской администрации на круглом столе по импортозамещению поднимал вопрос о том, почему Россельхозбанк не дает кредиты сельхозпроизводителям. Из всех сделанных заявок с начала года удовлетворили только одну. Вот и сейчас тот же начальник управления встал и спросил: когда наконец Красному Куту начнут выдавать кредиты? За две недели ничего не изменилось. Единственная новая информация, что затеряли документы одного из заемщиков.

– Документы не могут потеряться, – растерялась Анна Каргальцева.

Кто-то из зала предположил, что их просто засунули подальше – отлежаться.

Министру сельского хозяйства Александру Соловьеву не очень нравились ответы представителя Россельхозбанка. Легковесными какими-то казались. И он попросил Анну Каргальцеву обосновать цифрами необходимость закрытия Питерского подразделения Россельхозбанка.

– Кредитный портфель там составлял около 200 миллионов рублей. Этот портфель не увеличивался в течение трех лет, да и не мог уже увеличиваться. Потенциал, который там имеется, нашим банком был использован в полном объеме. Больше прибыль допофис приносить не мог, – так отвечала Анна Александровна министру – просто и честно.

– Но власть-то должна была думать в первую очередь не о прибыли, а о народе! – не сдержал своих эмоций кто-то в зале. Потому что у тех, кто в зале, хорошо отложилось в головах, что собственником банка является государство.

– Россельхозбанк – это не представители власти, это финансовый инструмент, – невозмутимо парировала Анна Александровна.

– Ну, прибыль же у вас нормальная была, – продолжали терзать ее из зала.

– По вашим меркам, может, и нормальная.

– Ну, банк рентабельный же? Рентабельный! Посмотрите, что получается. Нас государство призывает быть социально ответственными. В последние месяцы руководителей предприятий просят не повышать цены. И в то же время мы слышим от государственного банка о новой задаче, которая состоит в получении максимальной прибыли. Как-то не вяжется наша социальная ответственность с вашей задачей, – пытались достучаться участники заседания штаба до представителя Россельхозбанка.

– Вопрос забрасывать нельзя. Надо его толкать, пихать. Если будем молчать, точно ничего не решится! – Это кто-то уже всерьез не мог справиться с негодованием.

И наконец зал накалился до такой степени, что не выдержал Иван Пузиков, самый, что называется, среднестатистический фермер из Новоузенского района. Пашет 1,5 тысячи гектаров земли. Сам сыт и других кормит. Иван Иванович попросил слово и задал вопрос в лоб: «Кто из государственных правителей вам дал задачу по получению максимальной прибыли вместо обслуживания сельхозпроизводителей?» Иван Иванович, может, и промолчал бы. Но его возмутило поведение Россельхозбанка, которому плевать на сельхозпроизводителей, но не плевать на деньги. Чтобы их получать всё больше и больше, Россельхозбанку хватило наглости привезти на заседание штаба в Советский район рекламный баннер и рекламные буклеты с предложением услуг банка пенсионерам, огородникам, садоводам. Но представители банка не готовы говорить о том, как они собираются решать вопрос с кредитованием сельхозпроизводителей.

Честно говоря, здесь Иван Иванович был не совсем прав. В самом начале своего выступления Анна Александровна бойко оттарабанила про то, что с начала года сельхозпроизводителям Саратовской области региональное отделение Россельхозбанка «выдало порядка 30 кредитов на сумму около 400 миллионов рублей». До конца месяца обещают выдать «еще порядка 40 кредитов на 450 миллионов». Итого в первом квартале будет выдано 70 кредитов. Да, если сравнивать с прошлым годом, то результат «в разы отличается». Но Анна Каргальцева готова объяснить, почему не получилось активного кредитовния. Первая и главная среди объективных причин – ставка в 26 процентов годовых. «Было мало желающих кредитоваться по этой ставке с начала года», – утверждала Анна Александровна. Потом ситуация изменилась. «Благодаря той поддержке, что оказывается нам государством, мы снизили ставку на кредиты до 90 дней до 22 процентов годовых», – объясняла она. И призывала вспомнить о том, что в конце января поддержка была обещана и сельхозпроизводителям. Вышло постановление по субсидированию. И теперь все, кто захочет, могут оформить государственную помощь на погашение 14,7 % кредитной ставки из федерального бюджета и 1,7 % ставки из областного бюджета. Вот эти 16,4 % нужно вычитать из банковской ставки. «Запишите и доведите до сельхозпроизводителей, что с учетом субсидирования 5–5,5 % будет их ставка», – с пионерским задором утверждала представительница банка, как будто она не в наше время и не в нашей стране живет, а упала к нам с какой-то чужой прекрасной планеты. Смотрит на цифры и видит, что в прошлом году с учетом субсидирования ставка была похожей на сегодняшнюю.

Но остальные участники штаба по подготовке весенне-полевых работ – 2015 давно твердо стоят на земле. И им хорошо известно, что сначала сельхозпроизводитель платит всю полную ставку, а потом, по мере поступления документов и денег из бюджетов, ему делается перерасчет. И вот, например, в Новоузенском районе некоторые из заемщиков Россельхозбанка из числа личных подсобных хозяйств (ЛПХ) не получили возврат за 2011 год. Причем Сбербанк в Новоузенске справился с этой задачей гораздо быстрее Россельхозбанка, который никак не разберется то ли в документах, то ли в суммах возврата.

– А в Сбербанке сильно занижены залоговые стоимости, – отреагировали на нечаянную похвалу в адрес конкурента из зала. – Мало того, не берут трактора, помещения.

– Как мы можем выживать? Вам государство дает наши деньги! Чтобы вы нам их донесли кредитами. А получается, что мы клянчим у вас. Как может быть, что животноводческое помещение оценивается в стоимость листа шифера – в 200 рублей за квадратный метр? – обращались люди в пустоту, потому что представители Сбербанка на заседание были званы, но не приехали.

– Какой-то регламент нужен. Ну, было же, что в течение трех недель после заявки давали кредиты. Давайте наведем порядок в прохождении документов. Иначе мы чувствуем, что львиную долю средств, которые нам выделит государство, мы не освоим из-за того, что не оформим документы.

И тут начали выясняться какие-то уж совсем ужасные вещи про Россельхозбанк. Оказалось, что Энгельсе нет управляющего в отделении. И из-за этого всего один кредит с начала года оформлен. И еще много всякого бардака происходит из-за кадровой чехарды. Например, специалисты этого отделения неправильно информируют сельхозпроизводителей по формам господдержки. И оформляя кредит на два года, не предупреждают, что там возмещение ставки от государства другое или его нет вообще.

Депутат Саратовской областной думы Олег Алексеев, который рулит обработкой почти 15 тысяч га земли, знает всё про гос­поддержку, которая в этом году для региона сократилась, но те 14 процентов крестьянских хозяйств, что на нее заявились, зато ее раньше получили. Знает он всё и про банки, с которыми, по его словам, «отдельная песня».

– В 2009 году таких проблем не было, – сказал Олег Александрович. – Кризис тоже был. Но гибче банки работали. Наверное, потому что был доступ к мировой ликвидности. Сейчас всё стало гораздо жёстче. Но это не снимает с банков ответственности, которую на них возложили президент и правительство. Механизмы кредитования должны точно работать. Возможности бюджета сократились. И к банкам будет предъявляться всё больше требований.

Пока никаких особых претензий к двум банкам, с которыми у правительства есть договоры по кредитованию сельхозпроизводителей с помощью господдержки, на самом деле нет. Но снизу, от земли, накапливается недовольство их работой. На заседании не раз звучали очень веские предположения, что «Сбер и Россельхозбанк доиграются». Будут у крестьян банковские деньги или не будут – сев они все равно проведут. Перезаймут друг у друга, выстроят прямые отношения с сильными компаниями и будут у них кредитоваться под будущий урожай, а банки потом еще будут ходить и уговаривать. Председатель СарАгропромсоюза Александр Ратачков вообще пообещал двум главным кредитным учреждениям революцию. «В банки эти ввалили огромное количество бюджетных денег, а они себя так по-хамски ведут. Надо использовать все рычаги, что у нас сегодня есть, вплоть до восстания. Идти к ним и устраивать демонстрацию. Нельзя терпеть наглость с их стороны».

Министр сельского хозяйства областного правительства Александр Соловьев, он же зампредседателя этого правительства, от революций сурово настроенных участников совещания не стал отговаривать. Сказал, что, по данным министерства на пятницу, в сравнении с 2014 годом в несколько раз меньше число кредитов на сегодняшний день. И общая сумма выданных в два раза меньше, что тоже немаловажно.

Как собаки на сене

Глава администрации Федоровского муниципального образования Алексей Горбатов отчитывался о готовности района к весенне-посевным работам очень бодро. Как по нотам оттарабанил, что всего было засеяно осенью 35,6 тысяч га. В основном зерновыми и рыжиком. Всходы озимых получены. Рост будет зависеть от весны. Но пока особых волнений нет. Треть посевов в хорошем состоянии, треть – в удовлетворительном. Пересевать придется около 6 тысяч га. Но это не так много на фоне планов по яровым. 62 тысячи гектаров будет засеяно. Из них зерновых 22 тысячи га, подсолнечника – 28 тысяч. Это основные культуры на весну. Подсолнечником, кстати, в основном засеют и те площади, где не спасти озимые. То есть подсолнечник в Федоровском районе получается культурой номер один.

Краткое это выступление очень не понравилось заместителю министра по растениеводству Александру Зайцеву. Он-то знал, что в Федоровском районе есть большая проблема, о которой не принято говорить вслух. И проблема эта называется землями опытного хозяйства Ерусланское. Вернее, это до 2012 года оно было опытным. А потом его продали на торгах за смешные деньги посторонним для Саратовской области, в общем-то, людям из компании под названием «Аграрный Альянс». Дурная слава тянется за ней еще с Балашовского района, где «Аграрному Альянсу» удалось обмануть и ввести в огромные расходы шведских инвесторов. В том же духе нарабатывают и дальше, обманывая теперь правительство Саратовской области. Подставляя даже, можно сказать, фактическим выводом прикупаемой земли из оборота.

Александр Зайцев поинтересовался у главы районной администрации, привез ли он руководителя Ерусланского хозяйства. Алексей Горбатов передал слово представителю этого руководителя Мовпашу Арсанову.

Для начала заместитель министра попытался выяснить у Мовпаша Бековича, как сейчас называется хозяйство. Представитель ответил, что теперь Русагро. И «находится юрлицо в Балашовском районе».

Мовпаш Арсанов отвечает за нерадивых инвесторов. Алексей Горбатов слушает
Мовпаш Арсанов отвечает за нерадивых инвесторов.
Алексей Горбатов слушает

– Это нам известно всё, – прервал его Александр Николаевич. (Хотя вряд ли детали правопреемства Аграрного Альянса и РусАгро были известны кому-то кроме министерских чиновников. – Прим. ред.) – А вот как будет Русагро в этом году посевную кампанию проводить? И на какой площади? Вы достаточно серьезные площади взяли в аренду на 49 лет. Но что получается? То вы озимые обещаете посеять, то рыжик вдоль дороги. Что у вас в этом году? Как население будет занято? Работает ли оно у вас на предприятии? 14 тысяч гектаров земли сельхозназначения – это достаточный объем.

Мовпаш Арсанов поправил, что не 14 тысяч, а 11 всего оборотных.

– Остальные поля мы оставили заросшими. Очень на них деревья большие. Пока сил у нас нет с ними бороться. В будущем, мы думаем, начнем. В Еруслане у нас население местное работает. Мы не обходим их. Во время уборочной и посевной до 30 человек привлекаем. Вот со вчерашнего дня вышли на работу ребята. Начали очищать склады ГСМ, машинный двор.

– Что сеять будете? – хотел добиться конкретных ответов заместитель министра.

И получил в ответ фантастическую цифру в шесть тысяч озимого клина. Из них, правда, как выяснилось, надо пересевать почти половину. «Думаем пересевать нутом, ячменем и пшеницей», – предполагал представитель Русагро.

– Семена есть? – спросил Зай­цев.

– Есть. В центральной конторе в Балашове. Оттуда предоставляют.

– По зяби сколько будете сеять?

Когда выяснилось, что на полях вблизи Еруслана ярового сева не будет вообще, повисла пауза. Мовпаш Бекович решил ее нарушить. Сказал, что в Балашове «думают еще в этом году начать Чернышевским заниматься». (Чернышевское – это еще одно хозяйство в Федоровском районе, прикупленное по дешевке теми же интересантами в том же 2012 году за бесценок.)

– Ну если так заниматься, как Ерусланским... – продолжать выражать недовольство тем, что земля не обрабатывается, заместитель министра.

– А в Чернышевское вы так и не вошли с 2012 года? – уточнил Александр Соловьев.

– Не вошли, – ответил Мовпаш Арсанов. – В этом году мы там две тысячи гектаров сдаем в аренду.

– Мы от вас большего ожидали, – сказал министр, которому эти инвесторы не чужие. В свое время он вместе с главой аграрного комитета Николаем Кузнецовым способствовал тому, чтобы Аграрный Альянс зашел в регион и покупал здесь земли. – Но уже прошло с 2012 года три года, а мощи мы не видим.

– Мы в 2012 году еще заняли же землю в Елизаветино в Аткарском районе, – продолжал оправдываться представитель очень спорных для области инвесторов. Уточнять про то, что в Елизаветино тоже земля не обрабатывается, он не стал.

– Передайте руководству, что на штабе рассматривали вопрос. И что мы хотим на вашу работу не только в Балашовском, но и в Аткарском и в Федоровском районе посмотреть. Чтобы понять, насколько хорошо относитесь к земле, – говорил Александр Соловьев. Как будто еще не понял, что десятки тысяч гектаров (судя по всему, 8 тысяч гектаров земли государственного унитарного предприятия «Учебно-опытное хозяйство «Красная звезда» в Аткарском районе тоже как-то связаны с этими покупателями) никто не обрабатывает.

– Мы относимся. За три года 11 тысяч га освоили.

– Вы освоили пять тысяч. Сколько в Чернышевском у вас земли?

– 44 тысячи гектаров.

– А на сколько фермерам сдаете землю в аренду? – поинтересовались из зала.

– На 11 месяцев договор.

Участники заседания раскритиковали такой подход. Предложили главе администрации не скрывать создавшуюся ситуацию, а разруливать ее. Если люди, которые взяли землю в аренду на 49 лет, не в состоянии обрабатывать ее, то есть же сильные хозяйства рядом расположенные, которые вполне могут взять эту землю в субаренду. Но нужно договориться, чтобы субарендаторам были предложены условия долгосрочных договоров и чтобы была обязательно регистрация договора в регпалате. Но тут выяснилось, что ничего из такого подхода не получится. Все десятки тысяч гектаров земли заложены в банки. Потому и предоставляют землю в субаренду на 11 месяцев без подписания документов.

– Надо пообщаться, понять, что делать, – без особых надежд на успех предложил Александр Соловьев. – Мы же ждали от вас какую-то прибавку к производству, к инфраструктуре. А получается, что этого нет.

Получается на самом деле еще хуже. Потому что в этих хозяйствах рядом пока еще живые сёла с населением в 1,5 тысячи человек. И никому не нужная, как выясняется, действующая мелиорация. Вот такой гнойник у нас в области образовался. На 46 лет. Три года уже прошли.