Обожглись на олимпийском огне

Оценить
Обожглись на олимпийском огне
Полиция, она в федеральном подчинении. А выговоры объявили за плохое освещение эстафеты. И под раздачу попали вице-губернатор Денис Фадеев и министр печати Наталья Линдигрин.

– Привет, как дела?

– Собственно, ничего нового. Мороз, иногда солнце. В правительстве застой. Как, впрочем, и всегда.

– Это ты зря. Слухи у тебя есть всегда. И я в тебя верю.

– Знаешь, накануне Олимпиады все затаились. Движухи никакой. Впрочем...

– Вот-вот. Давай с этого «впрочем» и начнем.

– Я тут в связи с Олимпиадой вспомнила. Люди врут, что по итогам проведения олимпийской эстафеты было объявлено два выговора.

– Неужели кто-то посмел объявить выговор Аренину? Или Горемыко? За плохую организацию?

– Не смеши. Полиция, она в федеральном подчинении. А выговоры объявили за плохое освещение эстафеты. И под раздачу попали вице-губернатор Денис Фадеев и министр печати Наталья Линдигрин.

– Понятно. Это из цикла, что в существовании проституции виноваты СМИ. Награждение непричастных и наказание невиновных. То есть получается, что организация была на высоте, а вот противные журналисты всё опоганили?

– Типа того. Что тебя удивляет?

– Ничего. Всё нормально. Всё как положено. А может, это нашли повод для первого выговора Фадееву? А Линдигрин просто за компанию...

– Если ты думаешь, что это первый шаг на пути к увольнению – два выговора с занесением, а потом приказ, – то ты ошибаешься. Это госслужащие категории «А». У них свой закон и свой КЗОТ.

– Ну да ладно. А почему Линдигрин вывели из политсовета реготделения партии? Тоже за освещение эстафеты?

– Это вряд ли. Я, честно говоря, причин не знаю. Но подозреваю, что Николай Васильевич Панков выводит из политсовета своих людей. И «обескровливает» политсовет, чем, по его мнению, подозреваю, ослабляет Попкова.

– Чего там ослаблять? Владимира Михайловича очень жалко. Попал как кур в ощип. Настолько эта партийная деятельность не его стихия...

– Партийная дисциплина. Назвался груздем...

– Ну да ладно. Что еще интересного?

– Еще люди врут, что с руководителем нашего отделения Россельхозбанка не продляют договор.

– То есть Коргунов в пролете?

– Очень вероятно. Но пока это слухи.

– А кого прочат на его место?

– Вроде как есть две кандидатуры. Одна – Мазепов, а вторая не известна. Знаю только, что лоббирует второго претендента господин Гайдук.

– Сильно. То Гайдук кандидатуру министра сельского хозяйства лоббирует, то руководителя банка.

– А ты что хотела, близость к Панкову – это очень ликвидный товар. И его можно на многое обменять.

– Давай эту тему закончим. Я злиться начинаю. Потому как оба – и Панков, и Гайдук – люди редкого ума и невероятного обаяния. Я уже не говорю о сообразительности.

– Ладно, успокойся. Как тебе пресс-конференция в Росбалте?

– У нас в пятницу весь день Интернет не работал. Это что-то про коррупцию в Саратовской области?

– Ну да. По слухам, инициировал прессуху небезызвестный тебе Фейтлихер.

– А почему в Москве? И зачем в то время, когда в области идет проверка МВД? Это же на руку Аренину. Тут два плюс два складывать не надо. Просто включить голову.

– Ты почему эти вопросы мне задаешь?

– Ладно, извини. Что еще?

– Ничего. Я подозреваю, что до конца февраля мы с тобой будем перебиваться очень скудными слухами.

– Сухой паек?

– Именно.