Долго и счастливо. Терпеть и плакать

Оценить
Говорят, что на минувшей неделе Денис Владиславович одним днем метался в Москву. Говорят, что на согласование. Или на смотрины.

– Привет, что хорошего?

– Да всё нормально. Здравствуй.

– Ты будешь смеяться, встретила недавно приятеля своего старинного, а он ко мне с претензиями. Говорит, зачем ты так плохо написала про Фадеева.

– В смысле?

– Вот и я удивилась. Оказывается, плохо – это то, что Фадеев остается...

– Забавно. Но утешь своего приятеля. Говорят, что на минувшей неделе Денис Владиславович одним днем метался в Москву. Говорят, что на согласование. Или на смотрины.

– То есть он движется в верном направлении?

– С точки зрения твоего приятеля, в верном.

– Ну что, бог ему в помощь.

– Зато другое юное дарование семимильными шагами движется в сторону блестящей карьеры на местном уровне.

– Ты это о ком?

– О Нестерове.

– Ты говорила, что его прочат в секретари областной думы.

– Да. Но концепция изменилась.

– И кто облажался?

– Этого я не знаю. Но говорят, что господин Нестеров займет место председателя комитета по строительству и ЖКХ.

– Слушай, они доигрались уже, и не до мышей даже – до тараканов. Сергеев какой-никакой, но строитель. Кстати, он-то как среагировал на свою будущую отставку? Вроде бы он в случае лишения поста когда-то обещал крупные разоблачения.

– Помню. Тогда обещал рассказать широкой публике всю правду о том, как он достиг небывалых карьерных высот. Но сейчас ничего такого не слышно. Говорят, что человек просто расстроился. Буквально до слез. Но лицо сохранил и даже сообщил журналистам, что оставляет пост в связи с большой занятостью.

– Неудивительно. Слушай, но в думе всё чудесатее и чудесатее. И скоро нам Сергеев покажется суперпрофессионалом.

– Может быть, и так. И еще ты зря смеялась надо мной по поводу слияния комитетов по культуре и по физкультуре. В думе, как оказывается, торг по структуре продолжался буквально до последнего дня. Решили оставить аграрный комитет, социальный. А культуру и спорт слить. И поставить во главе этого чудного новообразования господина Писарюка.

– А Володин уходит?

– Да. В Балашове Гнусарев уже объявил, что уходит в областную думу.

– Странно, хотя бы дождался думского заседания, а то некрасиво как-то... Впрочем, это меня заносит.

– Вот именно. Еще говорят, что в области, но без заезда в Саратов, гостит Николай Васильевич Панков.

– Долго гостит?

– Да, говорят, что слухи об исключении Альберта Старенко из партии и предложение о сложении им депутатских полномочий оказались преждевременными. Потому как вождь не одобрил. Более того, говорят, что по этому поводу Попков получил втык.

– От вождя или от наместника его на земле саратовской?

– Не знаю. Но, может, ты и права.

– Права по какому поводу? По поводу наместника?

– Сама догадайся.

– Не хочешь – не говори. Что еще интересного?

– Люди врут, что господин Канчер обвиняет господина Курихина в информационном прессинге.

– Странный он, этот Канчер. Или наивный. Он прессингует Писного и ждет при этом, что Курихин будет молчать?

– Согласна. Нелогично.

– Ну и напоследок. Слухи о скором возвращении Петра Глыбочко на щите оказались преждевременными. Говорят, Петр Витальевич только-только расчистил свою поляну от революционных сорняков. И намеревается там цвести буйным цветом еще долго.

– И счастливо?

– Наверное. Как, говорят, и Радаев, который никуда уходить не собирается. Так судят эксперты по многочисленным косвенным признакам.

– Ну что, как в том анекдоте – нам остается терпеть и плакать.

– Чтоб хоть как-нибудь утешить: говорят, что дело Лобанова из нашей прокуратуры забрал Следственный комитет РФ.

– Какое дело? О притеснении бизнеса в Энгельсе?

– Нет, это та старая история, когда Лобанов на машине наехал на немолодого человека на какой-то протестной акции. А потом говорил, что этот дед сам напал на его машину.

– Он очень странный, этот Лобанов.