«Географ глобус пропил»

Оценить
«Географ глобус пропил»
Кино – двигатель литературы.

Кино – двигатель литературы. Как только стало известно, что главный приз XXIV Открытого Российского кинофестиваля «Кинотавр» в Сочи достался ленте Александра Велединского «Географ глобус пропил», выяснилось, что в издательстве «АСТ» выходит новое, исправленное, издание одноимённого романа пермского прозаика Алексея Иванова.

Главный герой – тридцатилетний провинциальный учитель географии Виктор Служкин, который валяет дурака на уроках, вдохновенно ссорится с женой, искренне привязан к дочке, дружит с водочкой и под завязку набит шутками-прибаутками на все случаи жизни. Разумеется, под этой маской скрывается усталый романтик, не утративший любви к красотам родного края. Заодно главный герой любит и свою ученицу Машу. Не совсем уж так, как набоковский Гумберт Гумберт, но и не совсем платонически.

Хотя «Географ глобус пропил» был написан более десяти лет назад, читатель разглядел книгу только после 2005 года, когда санкт-петербургская «Азбука» выпустила книгу в серии «Суперпроекты». Книга выглядела так же, как и коммерчески успешный роман того же Иванова «Золото бунта». А как известно, поймать читателя на обложку так же легко, как и приманить мотылька на свет.

«В литературе мне всегда нравилась и до сих пор нравится точность, – говорил автор книги в одном из интервью. – Если человек, в смысле автор, точно соответствует жанру или произведение точно соответствует действительности, то есть адекватное, тогда это произведение и автор мне интересны». Насчет точного «соответствия действительности» самого романа про географа Служкина можно поспорить: главный герой хоть и пьяница, но все же глобуса не пропивал. Впрочем, не будем придираться. По словам главного героя романа, «точность – вежливость свиней». Ага, это вроде бы юмор. Но тогда вам придется признать смешными и вот какие шуточки: «учитель из меня – как из колбасы телескоп», «пришли физрук и две физручки, – все трое похожие на лошадей, одетые в спортивные костюмы», «канистры чем-то напоминали опальных боярыню Морозову и протопопа Аввакума». И так далее. Если в фильме эти фразы остались, сочувствуем Константину Хабенскому.