Уход Брызгалова. Повод ликовать?

Оценить
Саратовское областное правительство понесло очередную кадровую потерю. Михаил Брызгалов меняет кресло министра культуры области на должность директора в Государственном центральном музее культуры имени Глинки. Уходит последний долгожитель в здании на

Саратовское областное правительство понесло очередную кадровую потерю. Михаил Брызгалов меняет кресло министра культуры области на должность директора в Государственном центральном музее культуры имени Глинки. Уходит последний долгожитель в здании на Московской, 72, остававшийся там ещё со времён губернатора Аяцкова.

Фигура Брызгалова, мягко говоря, неоднозначна. По крайней мере, таковой её делает огромная армия недоброжелателей из стана пролетариев культурного труда. Некоторые представители интеллигенции любили в последние годы говорить: «С культурными вопросами у нас благодаря Брызгалову полная труба». Они намекали на музыкальное образование Михаила Аркадьевича, закончившего консерваторию по специальности «труба».

С другой стороны, не следует огульно хаять человека.

Пустые ожидания

Михаил Брызгалов, начавший трудовой путь преподавателем Центральной детской музыкальной школы, Саратовского областного музыкального училища, позже переместился в нишу директора симфонического оркестра. Далее ему удалось дорасти до заместителя директора по концертной работе областной филармонии, которую он потом и возглавит.

Параллельно наш герой ехал вверх внутри лифта чиновничьей мобильности. Долгая дорога в министерское кресло стартовала из офиса консультанта по международным программам культурного комитета саратовской администрации. Дальнейший скачок отправил Брызгалова в министерство культуры. Начальник информационно-аналитического отдела. Шеф отдела по делам искусств. И, наконец, с апреля 2003 года – полноправный министр.

Казалось бы, музыканты, артисты да писатели должны возрадоваться. Ведь на культуру поставили не условного серого бюрократа, бесконечного далёкого от высоких материй, а вполне себе творческую натуру с музыкальным прошлым! Говорят, Брызгалов здорово музицировал в рамках «Брасс-квинтета». Даже любил дирижировать! Увы, оптимизм, наполненный предвосхищением «дней Александровых прекрасного начала» не оправдался. Надежды богемы на расцвет культурной жизни разбились вдребезги. Вопрос в том, могло ли быть по-другому? Искать ответ нужно, учитывая полномочия Брызгалова, выделяемые ему деньги и множество проблем культурного толка.

Список заслуг

Собственно говоря, практически все мои собеседники, имеющие хоть малейшее отношение к курировавшейся Брызгаловым сфере, с годами накопили к отставному министру свой персональный ворох претензий. Одни не могут простить ему печальную судьбу театра АТХ. Вторые – травлю достаточно посредственного Театра русской комедии с последующим встраиванием в механизм Театра драмы. Третьи – раздавленную арт-студию «Юта», обитавшую под сводами филармонии почти десятилетие. Четвёртые – метания театра «Балаганчик». Пятые – авторитарные замашки и постоянные конфликты, связанные с проводившейся политикой. Шестые – нищенские оклады работников культурного поприща.

За примерами министерских огрехов далеко ходить не надо. Новый корпус ТЮЗа строится так продолжительно, что для многих саратовцев заросшая стройплощадка размером в целый квартал давно служит символом некомпетентности саратовских властей. Именно Брызгалов должен был бросить все силы на поиск денег, коих бы хватило на завершение строительства. Однако воз и ныне там. Факта открытия малой сцены недостаточно. Сейчас госдеп и благодетель области Володин обещает изыскать средства в нужном объёме. Появилась хрупкая надежда на благоприятный исход. Увы, Михаил Аркадьевич к ней почти никоим образом не причастен.

А какова ситуация с сохранностью замечательной саратовской архитектуры? Катастрофическая. «Газета недели» регулярно об этом пишет, затрагивая в частности проблему ветшающих фасадов исторической застройки. За годы пребывания Брызгалова на должности министра Саратов лишился многих строений, представлявших и архитектурную, и историческую, и культурную ценность.

Взять хотя бы снос здания по улице Тараса Шевченко, 36. Чем оно было примечательно? В нём 9 лет, находясь в саратовской ссылке, жил историк Николай Костомаров с матерью. И туда однажды наведывался проплывавший по Волге поэт Шевченко, вследствие чего улица Крапивная получила своё теперешнее название. Историческое здание обладало мемориальной доской. Сейчас нет ни доски, ни здания. Зато всего за несколько месяцев выросла кирпичная громадина, диссонирующая со всеми прилегающими домами.

Про уничтожение жилища первого саратовского краеведа Андрея Леопольдова на Музейной площади тоже писали немало. Краевед Виктор Семёнов в беседе со мной справедливо ругал лиц, разрушивших крохотный дом Леопольдова. Из-за развернувшегося там строительства мы чуть было не потеряли Троицкий собор, старейшее в городе сооружение. Кстати, в реставрации храмов роль Брызгалова минимальна. Здесь следует благодарить епископа Лонгина.

Перечень обид

Отдельной песней является желание Михаила Аркадьевича занять пост ректора консерватории и провести там масштабную реорганизацию. Вслед за переходом министра образования Игоря Плеве в технический университет многие прогнозировали схожий манёвр Брызгалова. Множество публикаций в саратовской прессе посвящены тому, каким образом при содействии Михаила Швыдкого пытались выдавить с этого места Анатолия Скрипая. Правда, тому удалось удержаться. Частично помогло упразднение Федерального агентства по культуре и кинематографии, лишившее областного министра культуры влиятельного покровителя в лице Швыдкого.

Под давлением Михаила Аркадьевича увольнялись худрук театра оперы и балета Юрий Кочнев, главный режиссёр Театра драмы Антон Кузнецов, худрук ТРК Елена Кокушкина, руководитель студии «Юта» Елена Селиванова, дирижёр оркестра «Волга Бенд» Валерий Корунов. У последнего с Брызгаловым, согласно распространённой версии, возникли «стилистические разногласия». Во время репетиции министр потребовал от дирижёра сменить темп «Марша Радецки» Штрауса. Тот отказался. В итоге ему пообещали «закрыть все концертные площадки города». И сдержали слово. На страницах журнала «Общественное мнение» Корунов обратился к министру со словами: «Не можете реально помочь творческим людям в том, что непосредственно находится в рамках вашей компетенции, тогда просто не мешайте им работать. И это уже само по себе будет значительным вкладом в культуру, лицом которой, как вам кажется, вы и являетесь!»

Мыльный пузырь на прощание

Последним аккордом сделались II Всемирные дельфийские игры. Событие, претендовавшее на планетарное значение, обрело вид большого мыльного пузыря. Долго будут теперь журналисты припоминать фиктивность бренда и бизнес Панявина, размещение приехавших студентов в детских лагерях и разнообразие еды через «смену видов круп», сложности с аккредитацией и отсутствие обещанных ВИП-гостей. Ложь относительно поддержки со стороны ЮНЕСКО и отсутствие каких-либо ощутимых дивидендов для региона в обмен на затраченные 40 миллионов.

Грязный Саратов, с его ужасно выглядящим историческим центром и влачащими не самое сытое существование культурными заведениями, окунулся в атмосферу притянутой за уши Дельфиады. Тональность прессы получилась практически однозначной. Сложно писать о кошмаре в восторженных тонах. Кто прежде всего отвечал за воплощение произошедшего? Брызгалов. Пусть даже инициатива принадлежала не ему.

Общие векторы положения дел в отрасли, где господствуют музы, за последние годы здорово характеризует судьба бывшей вотчины Брызгалова, филармонии. Она сгорела в непосредственной близости от пожарной части. Миллионные убытки. Ремонт продлится до 2010 года. Директор, находящаяся с Михаилом Аркадьевичем в дружеских отношениях, отделалась штрафом в 10 тысяч.

Крайний ли Брызгалов?

Несмотря на тонны обоснованной критики давайте не будем делать из Михаила Аркадьевича монстра. Предлагаю сказать честно: ему была поручена крайне запущенная и хронически недофинансированная площадка. В границах каковой обитает склочная творческая интеллигенция, не всегда адекватно требующая средств у министерства. Нам ничего не стоит заклеймить Михаила Аркадьевича позором и назвать его редиской. Вместе с тем желательно поинтересоваться: до его появления в исполнительной власти субъекта культура наслаждалась счастьем и изобилием? Нет!

Практически все претензии, аргументированно вменяемые в вину Брызгалову, в несколько изменённом виде мы вольны адресовать всем предыдущим министрам – и Кияненко, и Кузьмину, и Лотыреву, и Грищенко. Последний вообще в тюрьму сел за взятку. Отбросив заманчивую перспективу занятия очернительством, следует признать: беда системная. Прежде было то же самое: артисты получали копейки, ушедшие режиссёры обижались, памятники не ремонтировались, библиотеки закрывались, нерентабельные театры загибались.

От личности министра зависит много, но далеко не всё. Мало кому удалось бы в таких аспектах, с такими ресурсами и при такой конъюнктуре сварганить что-то безупречное. Разумеется, Брызгалов был не самым лучшим бюрократом. Так ведь дело тут не только в его профессиональных и личных качествах. Хотите подтверждений? Посмотрите на опыт прежних культурных начальников.

В самое ближайшее время качественного улучшения ситуации ждать не приходится. Кого посадили на место Брызгалова? Исполняет его обязанности Наталья Терешина. По слухам, её продвигает Наталия Старшова, но Терешина не имеет непререкаемого авторитета даже внутри министерства культуры. Много ли плюсов от подобной замены мы увидим?

Комментарии: Иван Кузьмин, директор Саратовского государственного цирка имени братьев Никитиных, в прошлом министр культуры Саратовской области:

– Я оцениваю деятельность Брызгалова положительно. Хуже в сфере культуры при нём не стало. Никаких кризисов и страшных бед не было. Наоборот, я с ним всегда конструктивно сотрудничал. Михаил Аркадьевич – коммуникабельный человек, не принимающий скоропалительных, необдуманных решений.

Инна Голькина, один из руководителей продюсерского центра «Триумф»:

– Может, у Брызгалова и было желание изменить что-то к лучшему, но не думаю, что ему это удалось. Точнее сказать, ситуация в области культуры осталась той же, какой была до него. Нет ни положительных сдвигов, ни отрицательных. Поэтому итоги получаются никакими.