OCCRP рассказал о связи бывшего саратовского сенатора с серыми схемами «Тройки Диалог»

Оценить
OCCRP рассказал о связи бывшего саратовского сенатора с серыми схемами «Тройки Диалог»
Предприниматель Валентин Завадников. Фото Архив ИА «Свободные новости»
Журналисты попытались выяснить подробности создания и обслуживания суперъяхт Валентина Завадникова и его виноградников.

Проект по расследованию коррупции и организованной преступности OCCRP опубликовал очередной материал, посвященный ландроматам - сложным схемам отмывания денег российскими бизнесменами через банк «Тройка Диалог».

На этот раз расследователи обратили внимание на траты, связанные с известным российским предпринимателем Валентином Завадниковым, с 2001 по 2012 год занимавшим пост члена Совета федерации от Саратовской области (выдвигался областной думой).

Как отмечают авторы материала, с детства Завадников увлекался яхт-спортом, а в 2004 году снова увлекся давним хобби. В течение многих лет он пользуется услугами элитного яхт-клуб Costa Smeralda на Сардинии.

«В период с 2006 по 2012 год тогдашний сенатор потратил несколько десятков миллионов долларов на строительство и обслуживание двух роскошных суперъяхт - Celestial Hope и Quinta Essentia, - сообщает OCCRP. - Свое увлечение Завадников финансировал через сеть офшорных компаний, которой управлял российский инвестиционный банк «Тройка Диалог» (…) Завадников некоторое время был директором и акционером банка».

По данным расследователей, за семь лет через ландромат «Тройка» прошли минимум 137 миллионов долларов США на аффилированные сенатору яхты и бизнес. Как оказалось, он был либо владельцем, либо основным бенефициаром как минимум пяти компаний «Тройки». Кроме того, средства переводились получателям через литовский банк Ukio.

Так, созданная Завадниковым команда парусного спорта «Синергия» распоряжалась судами через две гибралтарские компании - Gateway Overseas Ltd и Scottsburg Manor Ltd. Сенатор с четырьмя партнерами владеют первой фирмой, а руководитель команды Максим Логутенко управляет второй.

«Именно «Тройка» открыла для Scottsburg счет в Ukio и таким образом включила её в свою офшорную экосистему», - подчеркивают в OCCRP. Через литовский банк фирмы получали многомиллионные займы в долларах, не возвращали их, но получали еще.

Член литовского парламента и бывший глава Службы расследования финансовых преступлений Литвы (FCIS) Виталиюс Гайлюс заявил, что Ukio должен был сообщить об этих трансакциях правоохранительным органам. «К этим операциям нужно было отнестись как к необычным. Банк должен был обратить на них внимание и сообщить FCIS», - заявил он, добавив, что не помнит ни одного расследования связанного с оплатой яхт Завадникова через счета Ukio.

«OCCRP не обнаружил ни одного случая обвинений Завадникова в каких-либо правонарушениях, невозможно с уверенностью утверждать, что в описываемой ситуации нарушен закон», - признают расследователи.

Помимо стоящих целые состояния яхт Завадникова авторы рассказали о тосканской винодельне Fattoria di Montemaggio, которая принадлежит его дочери Валерии Завадниковой.

«Ни Завадников, ни его дочь не ответили на неоднократные вопросы журналистов об источнике этих денег и о компаниях-пустышках, которые стоят за яхтами и бизнесом Завадникова-старшего, - заметили в OCCRP. - Действительно, нет доказательств того, что Завадников совершил какие-либо преступления. Но сложная финансовая система, созданная «Тройкой», не позволяют увидеть источник денег, потраченных на яхты. Такие системы удобны для преступников, но в данном случае нужно официальное следствие, чтобы удостовериться в законности происходящего».

Член организации Transparency International Макс Хейвуд, комментируя расследование, заметил, что схема займов на яхты является «огромным красным флагом», который должен был привлечь внимание регуляторов. При этом, признал он, сферу предметов роскоши редко связывают с высокими рисками, в международных стандартах есть пробелы, которые позволяют многим юрисдикциям отталкиваться от произвольных норм.

«Основы контроля за отмыванием денег в этих сферах просто не соблюдаются. Пока надзор не будет связан с проверками и санкциями, всё это не законы, а просто бумажки», - резюмировал Хейвуд.